– Человек, который создан для меня, а я для него. – Том читал много, умел красиво выражать свои мысли, что добавляло ему популярности у женщин. – Мне всегда были чужды такие глубокие чувства, но, как только ты вошла в кабинет, я почувствовал что-то очень приятное здесь, – Оллфорд показал на сердце, – и решил не терять ни минуты на раздумья. Я верю в любовь навсегда. Только мне казалось, что я никогда такую любовь не встречу, ведь это же лотерея – встретить свою вторую половинку! Если и есть для меня любовь в этом мире, то я уверен, что она одна.

* * *

Когда-то в силу вселенской случайности пятнадцатилетний Томиан стал очевидцем измены отца. Мир юноши разбился на миллионы осколков.

Женщина, прильнувшая к Стефану, была намного красивее и гораздо моложе мамы. Заметив вошедшего Томиана, она выбежала из комнаты.

– Отец… А как же мама?

Мистер Оллфорд-старший не отличался хорошими манерами. Появление сына его не смутило. Потерев переносицу, Стефан все-таки решил сказать то, отчего мировоззрение Томиана изменилось навсегда.

– Только одна любовь, Томиан, – застегивая рубашку, проговорил он. – В жизни мы встречаем лишь одну любовь, за которую готовы бороться, которую никогда не предадим. Остальные приходят и уходят, но истинная любовь всегда здесь. – Стефан показал на сердце мальчика. – Ты когда-нибудь тоже встретишь девушку, которую полюбишь всем сердцем, но вы не обязательно будете вместе. Возможно, я запрещу тебе жениться на ней, как твой дедушка когда-то запретил мне. И тебе придется жениться на девушке, которую одобрю я. Забавно, не правда ли?

Томиан не смел повысить голос на отца, но слезы лились ручьем у него по щекам.

– Ты уже не маленький. Не хнычь. Лучше молись, чтобы я умер поскорее.

* * *

– Мы с тобой знакомы меньше дня…

– Я не люблю тратить время на очевидные вещи. Каждая минута в моей жизни что-то значит. Мне казалось, что мы с тобой оба – прямолинейные люди.

Томиан смотрел на девушку, будто она сказала нечто нелепое и смешное, хотя на самом деле непонятное говорил лишь он сам.

– Нормальные люди обычно знакомятся и лучше узнают друг друга, а только потом признаются в своих чувствах. – Флиана уже поняла, что Оллфорд был далеко не из нормальных. – Родственные души, возможно, и есть, но я в них не очень-то верю. Спасибо большое за вечер, но думаю, что продолжать этот разговор – опасное дело. Пора возвращаться.

Девушка не понимала, как уже взрослый мужчина мог так уверенно заявлять о том, что в жизни человека есть только одна-единственная любовь. Неужели он раньше никогда не испытывал влюбленность или симпатию? Быть такого не могло.

Флиана хотела встать с пола, но Оллфорд взял ее за руку и притянул к себе. Его губы оказались в опасной близости от ее губ. В эту секунду, в эту самую секунду их сердца начали биться друг для друга, будто в мире не было больше ничего, ради чего стоит жить.

– Я рожден для тебя, Флиана. Я уверен в этом.

Быть может, романтическая атмосфера так повлияла на девушку, но она сама поцеловала Томиана, заглянув в его глаза и увидев там нечто большее, чем океан.

Глава 5

Флиана

Впервые за долгое время я почувствовала себя живой. Бабочки трепетали не только в животе, они порхали по всему телу, и я невольно улыбалась, вспоминая вчерашний поцелуй. Далеко не первый поцелуй в моей жизни, но он был каким-то другим… особенным. Хотелось заново прожить вчерашний день, чтобы вновь ощутить ту безмятежность, которая охватила меня, когда наши с Томианом губы соприкоснулись. Все происходило так быстро, что, казалось, я не успевала дышать, но, наверное, все было как раз-таки в свое время.

Мой внутренний голос отрицал то, что такой взрослый, красивый, состоятельный человек, как мистер Оллфорд, мог влюбиться в меня. Нет, я не считала себя недостойной любви, но Томиан мог влюбить в себя любую девушку. Ему нужна модель какая-нибудь, а не я. Читала, что такие мысли, как у меня, называются синдромом самозванца.

– Мисс Тэйлис, ваш брат вместе с мистером Оллфордом и остальными партнерами уехали на встречу. Мне ожидать вас снаружи?

– Да, Тайлер, я уже собираюсь.

Тайлер кивнул и вышел из моей комнаты. Он был одним из охранников брата, поэтому Дэйв доверял ему.

Одевшись потеплее, я спустилась вниз. К новым черным сапогам очень шло темно-синее пальто, которое мне недавно купил брат. Шарфом я обмоталась только для красоты. Мне нравился стиль француженок. Печально, что я никогда не бывала в Париже.

– Прекрасно выглядите, мисс Тэйлис, – сделал комплимент Тайлер. – Ваш брат оставил машину, чтобы я мог отвезти вас, куда скажете.

– Отлично. Отвези меня на набережную.

Я села в машину, и мы поехали. Ночью я плохо разглядела место, где мы были, поэтому хотелось отчетливо запечатлеть его в памяти. Можно было выбрать любую достопримечательность, где бывают туристы – Биг-Бен, Музей мадам Тюссо, – но я решила вновь окунуться во вчерашнюю атмосферу.

– Вы давно работаете на моего брата, Тайлер? Он очень серьезный и скучный, скажите?

– Мистер Тэйлис очень трудолюбив. Отличный пример для подражания, – уважительно сказал охранник, и мне стало приятно, что он так хорошо отзывается о моем брате. – А самая зубастая акула бизнеса – это мистер Оллфорд. – Во взгляде Тайлера мелькнул легкий испуг. Я навострила уши. – Таких бизнесменов я еще никогда не видел. Мне приходилось работать на деловых встречах, ожидать руководство у двери. Господи, мистер Оллфорд запросто переплюнет своих предшественников. Я работал у Стефана и Теодора, но они не были настолько целеустремленными, как Томиан. Его желание побеждать неукротимо. Настоящий дьявол!

– В чем же проявляется его целеустремленность? Он ведь совсем недавно стал владельцем компании.

– Мистер Оллфорд уже работал в компании при покойном Стефане. Он вызывал восторг и трепет у окружающих своим блестящим умом и железной волей. Томиан не умеет проигрывать. Он хороший дипломат и видит людей насквозь. За последние несколько недель он успел заключить множество успешных сделок. Но взгляд у него дьявольский. Его, если по секрету, немного побаиваются.

Мы приехали к месту назначения, и я вышла из машины. Походила немного и присела на свободную лавочку. Охранник встал рядом.

– Что значит «дьявольский взгляд»?

Насколько я помнила, у Томиана были красивые и добрые глаза, без капли злобы или недоброжелательности.

– Его все боятся, – коротко ответил