Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 51

— Господь уберег, — пробурчал чуть слышно.

Кирсанов оказался прав. Валентина с ребенком гуляли по аллейкам маленького скверика. Лешик завороженно разглядывал деревянные фигуры сказочных персонажей, вырезанные местным умельцем.

— Мама, смотри, смотри, вон Лиса с колобком, а там дальше журавль с тарелкой! Помнишь, мы читали?!

— Интересные фигуры, — восхитилась Санька. — Смотрятся как живые…

— Это Серегин родственник ваял, — неохотно пробурчала Валентина. — Младший брат отца.

— Родственник? — изумилась Александра, гадая, почему муж раньше не рассказал об удивительном скульпторе.

— Никто, — скривился Кирсанов. — Он никогда нас знать не желал, — хмыкнул Кирсанов. — Всегда стороной обходил. Жив еще, теть Валь, или помер?

— Жив. На том свете уже прогулы ставят, — фыркнула Валентина. — А что ему сделается? Поди, восемьдесят лет в этом году. Всю жизнь для себя живет, в нашем клубе художником проработал до самой старости. Ни детей, ни плетей. Хобби у него такое — из дерева вырезать, — хмыкнула она.

— Бог с ним, — отмахнулся Кирсанов, оглядываясь по сторонам. — А Лара где?



Глава 4

Вернувшись домой, Александра почувствовала сильную усталость. Голова раскалывалась на части, хотелось уткнуться носом в подушку и проспать до утра. Кирсанов на кухне ужинал и вместе с сестрой обсуждал какую-то тетю Таню, школьную подружку матери. Санька закрыла глаза, пытаясь вздремнуть, но сначала пришел под бок Лешик, а потом звякнуло сообщение инстаграм. Одно, а затем и второе. И если первым оказалось дурацкое послание от Красного Перца, то прочитав второе, Санька разозлилась не на шутку. Зойка-Зайка выложила Санькин пост о развивающих играх. Правда, переписала своими словами. Получилось топорно и глупо.

— Теперь эту тему педалировать нельзя, — пробурчала Александра себе под нос и, огладив сына по спинке, прочла еще раз Женькино сообщение.

— Солнц, — писал он. — Не знаю, каким ты боком к Кирсанову, но я тебя видел у него на кухне. Догадываюсь, почему ты внезапно решила поискать Толика Меньшикова… Но хочу предупредить по-братски, не лезь в эту историю. Если человек похищает неугодных, то должен понести наказание.

— Женя, — нетерпеливо напечатала Александра. — Кирсанов — мой муж, и я ему помогаю. Любые инсинуации неуместны. — Добавила недовольный смайл.

— Не знал, не знал, дорогая! — ухмыляющийся смайлик.

— Это между нами, Жень, — тут же предупредила Санька.

— Не беспокойся, я твой секрет не выдам, — куча смеющихся смайликов. — А ты не могла выбрать в мужья кого-нибудь из порядочных людей? Я, конечно, понимаю, что там роскошный генофонд, но вот что с интеллектом делать, а?

— Жень, не юродствуй, — написала Санька. — Сергей — умный и порядочный человек. Никого не крал и вообще против криминала.

— Ты так уверена, Сашенька? Ну-ну, — тут же пришел ответ от Женьки. А вторым сообщением шли стихи:

— Всем смертным трахаться охота,

Спустив штаны, задрав забрало.

Но вот не верится мне что-то

В любовь. Твою и генерала.

— Тоже мне Станиславский, блин, — раздраженно ответила Санька и поставила негодующий смайлик. — Оставь моего мужа в покое!

— Не-а, — напечатал Женька. — Он теперь мой герой. Я про него стихи пишу.

— Рифмуешь герой-геморрой? — не удержалась Санька и добавила серьезно: — Поищи своего Меньшикова где-нибудь еще, Жень. Проверьте друзей и любовниц, поговорите с коллегами из других издательств. Может, куда поехал по их заданию?

— Уже все проверили, Саш, — с печальным смайлом прислал сообщение Женька. — Нет Тольки нигде. Ни у друзей, ни у любовниц. Карточками не пользовался, и камеры наблюдения около метро показали, что он вышел на Савеловской и куда-то пропал.

— Электрички проверили? Там вокзал рядом, — быстро напечатала Санька.

— Не знаю, Саш, полиция занимается.

— Вот и хорошо, — написала Санька. — И ты делами займись. Оставь моего мужа в покое. Понял?

— Не-а, — прислал ухмылочку Красный Перец. — Я про него поэму сочинил. По мотивам Твардовского «Ленин и печник». Ух! Огонь! Сейчас в блоге выложу. Приходи читать.

— Обязательно, — ехидно заметила Санька и, отложив смартфон в сторону, попыталась уснуть. Но сон не шел. Дверь чуть слышно приоткрылась, и в комнату просочился Кирсанов. Нагнулся над женой, осторожно клюнул в висок.

— Я не сплю, — прошептала Санька, потянувшись к мужу. — Голова сильно болит…

— Сейчас, — пробубнил он и, взяв ее ладошку в свои лапищи, нажал ногтем на какую-то точку.

«Мастер акупунктуры, блин!» — мысленно ругнулась Санька. Но внезапно головная боль прошла.

— Поспи, — пробурчал Кирсанов, накрывая ее губы своими. — Поспи, девочка, — повторил, когда поцелуй закончился. — Я на базу смотаюсь и вернусь.

— А можно не ехать? — пробормотала она и саму себя мысленно обозвала дурочкой.

— Можно, — кивнул муж, — но надо!

Когда за Кирсановым захлопнулась дверь, Санька открыла инстаграм и принялась строчить пост о плагиате.

«Плагиум в римском праве означало преступную продажу в рабство свободного человека и каралось плетьми. Может, стоит вернуть эту практику и всыпать некоторым по первое число прилюдно?» — Прикрепила несколько картинок с надписями «плагиат стоп» и опубликовала пост. Потом под другим ником зашла к Красному Перцу и обалдела. Поэта-матерщинника несло по кочкам.

«Женя, блин!» — мысленно ругнулась Александра и по диагонали быстро прочла «поэму».

«Вот же идиот, — фыркнула она. — А если Кирсанов обидится?» — вздохнула про себя Санька и перечитала заново первые четверостишия:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

У меня очко взыграло,

Перешел с ходьбы на бег.

Я гостил у генерала,

Взяв с собою двух коллег.

День был благостный, погожий,

На полях искрился снег.

Отымел он нас в прихожей,

Нехороший человек.

«О Господи, — мысленно ужаснулась Санька. — Красный Перец в своем репертуаре, а Сергей точно обидится, да еще ополчится на Женьку!»

Она прочитала комментарии и внезапно обратила внимание на реплику некой Александры Серегиной.

— Даже не мечтай, мальчик!

Естественно, коммент ничего из себя не представлял, но у Саньки екнуло внутри.

«Александра, да еще и Серегина», — мысленно хмыкнула она и полезла в профиль к подозрительной девице. А там сиськи в латексе, губы бантиком… все дела!

Санька внимательно глянула на список друзей и, чтобы не расхохотаться в голос и не разбудить сына, зажала себе рот рукой.

Подписчиков у Серегиной значилось четверо, что не новость для свежего аккаунта. Бывает! Но Санька сразу поняла, кто скрывается за незамысловатыми никами. Клоунесса — Слава Лунин, он же Асисяй, Блин Горелый — Крепс, Оля Егорова — скорее всего, Гоголь, и завершал хит-парад друзей, подтверждая Санькину версию, Миша Павлов, решивший обойтись без развеселого ника.

Она снова вернулась на страницу Красного Перца и в череде комментов быстро нашла Клоунессу и Блина. Те обзывали поэта бледным чмом и писали, что до генерала еще нужно дослужиться.

А Оля Егорова со знанием дела едко прошлась по стилистическим ошибкам.

«Тролли», — хмыкнула Александра и снова вчиталась в нетленку Красного Перца.

Без напряга и азарта

Обилетил, в дом впустив,

И довел нас до инфаркта,

Позабыв презерватив.

Подошел сперва с вопросом…

Мы такие — ну а че?

А потом бежали кроссом,

Хрен закинув на плечо.

«Придурки», — мысленно нахмурилась Санька и, сунув телефон под подушку, постаралась заснуть. И сразу провалилась в сон. Она снова и снова падала в сугроб головой, и Кирсанов спасал ее из ледяного плена. Доставал, ощупывал каждую косточку. В какой-то момент Александре даже почудилось, что Сергей не проверяет целостность костей, а ласково оглаживает Марту и Берту. Она открыла глаза и тут же сонно уставилась на мужа, лежавшего рядом.

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 51