— Что? — спрашиваю я.

Он не отвечает, потому что мы приближаемся к вершине.

— Мы можем спуститься на лыжах с вершины? Я бы хотел, чтобы ты кое-что увидела.

— Конечно.

— Это будет трасса «Блэк Даймонд», — говорит Рид с улыбкой. — Ты уверена, что готова к этому?

Я вижу свое раздражение в отражении его очков.

— Рид Мэдиган, ты правда сомневаешься, что я могу проехать по всем трассам на этом холме? У меня за плечами десять лет тренировок. Это ты не сможешь угнаться за мной.

— Это мы еще посмотрим, — говорит он с дразнящей улыбкой. — Показывай дорогу, девочка.

Я съезжаю с подъемника влево и мчусь вниз по склону к началу трассы. Затем, даже не замедляясь, перепрыгиваю через край и на большой скорости спускаюсь по крутому склону.

Отлично. Я немного хвастаюсь.

Когда склон выравнивается, я замедляюсь и оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что Рид едет прямо за мной. Когда останавливаюсь, он улыбается той самой улыбкой, в которую я влюбилась много лет назад.

— Кто-то кое-чему научился.

— Пфф, — говорю я. — Дай знать, если я буду ехать слишком быстро для тебя. — И снова срываюсь с места.

Риду, должно быть, тоже нужно что-то доказать, потому что он едет по другому участку холма. Перед следующим выступом он резко поворачивает налево и машет мне рукой, прежде чем скрыться в лесу.

Мне требуется минута, чтобы добраться туда, и к тому времени, как я пробираюсь сквозь деревья, мне уже тяжело дышится. Я нахожу его лыжи и палки, воткнутые в снег у подножия гигантского дерева.

Рид сидит на широкой ветке примерно в полутора метрах от земли. Она раздваивается, образуя букву Г, на которой удобно сидеть.

— Это то, что я хотел тебе показать. Мне нужно было узнать, на месте ли она. — Он похлопывает по ветке, приглашая меня присоединиться к нему.

— Что это? — спрашиваю я, отстегивая крепления лыж с помощью лыжной палки. — Твое любимое место для свиданий в старшей школе?

— Ты же знаешь, — Рид снимает очки и улыбается мне. — Три брата, одна машина. Парню пришлось проявить смекалку.

Смеясь, я подхожу к дереву. Непонятно, как я собираюсь забраться наверх в тяжелых лыжных ботинках.

— Иди сюда, дорогая. Мы справимся. — Расставив ноги для устойчивости, Рид наклоняется и протягивает мне руки.

Он усаживает меня рядом с собой и обнимает. Несколько минут мы сидим молча и любуемся заснеженными горными вершинами вокруг нас.

— Ты же знаешь, как поется, верно? — спрашивает он. — Рид и Ава, на дереве сидят? Ц-е-л-у-ю-т-с-я? — Мы оба смеемся, а потом Рид быстро целует меня. — Это была глупая уловка, чтобы застать тебя врасплох, — говорит он. — Но у меня к тебе серьезные вопросы.

— Все в порядке? — спрашиваю я, наклоняясь ближе. От него пахнет пряным лосьоном после бритья и чистым горным воздухом.

— Ты не против, если я вернусь в Колорадо?

— Конечно, — сразу же отвечаю я. — Это твой дом.

— Но и твой тоже, — говорит Рид серьезным тоном. — И если я вернусь, мы будем видеться каждый день.

Мое сердце нервно сжимается, потому что я не понимаю, в чем проблема.

— Я надеюсь, что мы будем видеться каждый день, Рид. О чем ты спрашиваешь?

Он разворачивает меня в своих объятиях так, что мы оказываемся лицом друг к другу. Затем аккуратно поднимает мои очки на шлем, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.

— Я люблю тебя. И я возвращаюсь сюда ради тебя, Ава. Курорт — это второстепенное. Если ты не видишь будущего для нас, я не вернусь. Я помогу отцу найти более выгодного покупателя и оставлю тебя в покое.

— О, — говорю я так тихо, что, возможно, вообще ничего не произнесла. Его карие глаза такие серьезные и такие красивые. Я не могу поверить, что Рид вообще сомневался в том, что я тоже хочу такого будущего.

— Я хочу быть здесь с тобой. Мне хочется того же, что было у моих родителей, даже если они не прожили вместе столько, сколько надеялись. Однажды я уже все испортил. Но если ты позволишь мне, я проведу остаток жизни, исправляя это.

— Пожалуйста, останься, — шепчу я. — Я никогда не переставала любить тебя и, думаю, никогда не перестану.

Он улыбается.

— Ты любишь меня настолько, что готова работать со мной каждый день и проводить со мной каждую ночь? Это много.

— Это зависит от обстоятельств, — отвечаю я. — Мне все еще полагается отпуск?

Рид широко улыбается.

— В каком-то смысле да. Но — прости — тебя все равно повысят. Ты будешь управлять курортом, а я займусь его развитием. Шейла будет твоей правой рукой, верно?

У меня на душе теплеет.

— Это похоже на сон.

— Я хочу этого для тебя. — Он сжимает мое колено и смотрит на открывающийся вид. — Я много думал об этом последние сутки. Если у тебя есть другие идеи, я готов их выслушать. Но я не буду притворяться, что знаю, как управлять этим местом…

— И я не буду притворяться, что знаю, как работает коммерческая разработка, — добавляю я. — Мы справимся, Рид. Планирование будущего никогда не было нашей проблемой.

— Я был нашей проблемой, — бормочет он.

— Нам просто не повезло, — настаиваю я. — И кто знает? Может, нам еще не раз не повезет. И это было бы ужасно, но мы не можем допустить, чтобы это сломило нас дважды.

— Ни за что, — соглашается он. — Я люблю тебя и никогда не перестану. Однажды я потерял тебя и не допущу, чтобы это повторилось.

— И я тоже не допущу, — обещаю я ему. — Я хочу, чтобы у нас был реальный шанс.

Рид обнимает меня и целует меня по-настоящему.

И тогда мы действительно становимся героями детской песенки — целуемся на дереве.

Мы вместе катаемся на лыжах по всей горе. И каждый раз, когда поднимаемся на подъемнике, мы придумываем что-то новое.

— Мне нужно попросить Уэстона и Крю переехать домой, — заявляет Рид, пока мы проезжаем над соснами.

— А они согласятся?

Он смеется.

— Не так-то просто. Но я могу начать разговор. Им обоим рано или поздно понадобятся перемены. А если мы действительно хотим развивать это место, нам нужны хели-ски и хафпайп18, верно?

— Да, — признаю я. — Но есть другие пилоты и другие райдеры.

— Я хочу их, — говорит Рид. — Их обоих. Но вот