– Я сделаю для тебя все что угодно, Ноа, и ты это знаешь… но мы ничего не будем делать, пока страх, с которым ты смотришь на меня, не исчезнет из твоих глаз.

После этого он вышел из машины, и мне понадобилось время, чтобы биение моего сердца вернулось к нормальному ритму.

На следующий день Дженна заехала за мной около 15:00, чтобы пойти прогуляться по магазинам. По ее словам, поездка на Багамы давала нам прекрасный повод полностью обновить гардероб. Моя мама, которая не могла нарадоваться, что Николас пригласил и меня, дала мне свою кредитную карту и умоляла купить хоть что-нибудь. Странно было видеть ее такой счастливой только лишь потому, что мы с ее пасынком поладили, тем более что, с ее точки зрения, вся эта затея с моим приглашением в первую очередь была актом братских чувств. Я даже представить себе не могла, как изменилось бы выражение лиц мамы и Уилла, если бы они узнали, чем мы занимались последние несколько недель.

Я продолжала размышлять, стоит ли мне все-таки ехать с Ником на Багамы, пока Дженна дефилировала по примерочной в тысячном эксклюзивном наряде. Она была такой стройной и худой… Я завидовала ее оливковой коже, которая так отлично смотрелась в любой одежде. Я пока не решилась ничего купить, да и не очень меня это интересовало, учитывая, что дома и так было слишком много еще не ношеной одежды.

Когда Дженна снова направилась в примерочную, зазвонил мой мобильник.

– Слушаю вас… – сказала я, но ответа не последовало. Я посмотрела на экран – номер был скрыт.

– Слушаю вас, – повторила я громче.

Я слышала в трубке дыхание, и по моему телу прошел неприятный холодок. Я отключила телефон в тот момент, когда Дженна вышла из примерочной.

– Кто это был? – спросила она.

– Не знаю, скрытый номер, – ответила я, забирая свою сумку и направляясь к выходу.

– Мне однажды тоже позвонили со скрытого номера, и оказалось, что это какой-то псих, который был просто одержим мною, – сказала она. – Он звонил мне беспрестанно, мне приходилось менять номера. Лион был в бешенстве.

Какая глупость. Кто захочет меня доставать таким способом? Потом я, правда, вспомнила, что Ронни, по словам Ника, угрожал мне, но я не придала этому значения.

Десять минут спустя мы обе сидели за столиком на террасе «Старбакс». Я пощипывала черничный кекс, а она пила клубничный фраппучино.

– Могу я спросить тебя кое о чем? – спросила она после долгого молчания.

– Конечно.

– У тебя есть чувства к Нику?

О, боже мой! Я не ожидала такого вопроса. Неужели это было заметно? Я пыталась проглотить застрявший кусок, запивая его апельсиновым соком, а сама в это время прикидывала, что мне на это ответить.

– Почему ты спрашиваешь? – ответила я вопросом на вопрос.

Она внимательно за мной наблюдала.

– Вчера на дне рождения… Я не знаю… Мне показалось, что я кое-что заметила, – сказала она, пристально глядя на меня и внимательно наблюдая за моей реакцией. – Я никогда не видела Ника таким счастливым, а в тот момент, когда он увидел тебя, это было как озарение! Он выглядел совершенно другим человеком… Не знаю, может, это просто мое воображение, но, наблюдая за вами в игре в бутылочку, я видела, как вы оба отреагировали на слова Анны и на твой поцелуй с Сэмом.

Хм… Она была очень наблюдательной. В каком-то смысле мы позволили себе накануне вечером забыть о том, что вокруг нас были люди, которые могли легко заметить, что между нами происходит. Хотя, если быть до конца честными… А что между нами происходило?

– Дженна, он мой сводный брат, – ответила я, пытаясь уйти по касательной.

Она сразу же закатила глаза.

– Он тебе не брат и не родственник, так что не впаривай мне эту чепуху, – внезапно сказала она серьезно. – Я прекрасно знаю Ника и вижу, как он изменился… Я не знаю что, но что-то происходит. Может быть, вы и правда пытаетесь быть сейчас друзьями. Или у тебя действительно есть чувства к нему? – продолжала она, глядя на меня так, как будто пыталась просветить меня рентгеновскими лучами.

Были ли у меня чувства к Нику? Да, я что-то испытывала и должна была признать это, по крайней мере для себя самой, но что именно… Я понятия не имела, что это, но точно знала, что схожу с ума.

– Мы пытались быть друзьями из-за наших родителей, – сказала я, понимая, что это ложь. – Я не испытываю к нему неприязни, по крайней мере сейчас, когда узнаю его все больше и больше.

Дженна, казалось, взвесила мои слова, а потом кивнула, взяв снова соломинку в рот.

– Ладно, но только не говори мне, что не было бы круто, если бы вы, ребята, переспали? Это ведь не считается инцестом, правда? – в лоб сказала она мне с хитрой улыбкой.

Мне пришлось откашляться, чтобы не подавиться оставшимся кексом.

28. Ник

Отель Atlantis на Багамах заслуженно признан одним из лучших отелей в этой зоне. Я бывал в нем дважды, и это было великолепно. Часть гостиницы была сделана как большой аквариум, чтобы можно было видеть акул, диковинных рыб и морских обитателей разных видов, когда идешь по проходам к ресторану или казино. Ноа была потрясена, и мне было приятно осознавать, что я как-то к этому причастен. В отеле для нас были забронированы две комнаты. Одна для девочек, другая для нас.

Мы прибыли в отель днем, и девушки настояли на том, чтобы сразу пойти на пляж. Я умирал от желания увидеть Ноа в бикини, так что через полчаса мы уже вышли на теплое послеобеденное солнце. Для меня поход на пляж всегда ассоциировался с серфингом, так как мне совсем не нравилось валяться на полотенце и жариться на солнце, но в тот день мне было все равно. Я знал, что смогу насладиться прекрасными видами отнюдь не пейзажей.

Но я был разочарован. На пляже Ноа сняла платье. В отличие от Дженны, которая надела очень провокационное белое бикини, на ней был черный закрытый купальник. Ей очень шло, но мне хотелось увидеть немного больше ее кожи, ее мягкий, плоский живот, изгиб талии…

Дженна с Лионом сразу же пошли купаться. Она залезла ему на плечи, а он дурачился,