Я прижалась к нему.

— Ты стал другим, — сказала я.

— Нет. Я стал собой. Таким, каким был до того, как меня сломали.

— А я тебя починила?

— Ты меня вылечила. Валерианкой.

Я рассмеялась.

— Вечно ты с этой валерианкой.

— Это наша история. Начало.

Мы стояли у моря, смотрели на чаек, и я думала о том, что жизнь — удивительная штука. Она бьёт, ломает, ставит на колени. Но если повезёт — поднимает. И дарит шанс.

Мне повезло. Я встретила его. Своего Танка.

* * *

Вечером, когда Варя уснула, мы сидели на веранде. Пили чай с мятой — без валерианки. Смотрели на звёзды.

— Юля, — сказал он. — Ты не хочешь вернуться в науку?

— Нет, — ответила я. — Моя наука — теперь ты и дочка.

— Но ты же умная. Талантливая. Ты могла бы...

— Андрей, — перебила я. — Я счастлива. Мне не нужно большего.

Он посмотрел на меня. В его глазах было что-то, что я не могла прочитать. Благодарность? Удивление? Любовь?

— Ты необыкновенная, — сказал он.

— Обыкновенная. Просто любящая.

Он поцеловал меня. Долго, нежно, как тогда, в машине после ссоры.

— Пойдём спать, — сказал он.

— Пойдём.

Мы ушли в дом. Варя спала в своей кроватке, раскинув руки звездой. Я поправила одеяло, поцеловала её в лоб.

— Спокойной ночи, малышка.

Андрей обнял меня за плечи.

— Спокойной ночи, любимая.

Мы легли. Я прижалась к нему, слушала его сердце. Ровное, спокойное, живое.

За окном шумело море. Где-то далеко лаяла собака.

Я закрыла глаза и подумала: «Я думала, что спасаю его. А оказалось — он спас меня от правильной, но пустой жизни».