Я слышу голос отца у себя в голове. Он снова и снова повторяет, что я неудачник и мне нужно найти нормальную работу. Положив руки на край её стола, я стараюсь, чтобы голос звучал уверенно, а не как у нищего, просящего подаяние.

— Миссис Эрикс, я справлюсь. Я знаю, что могу принести пользу вашему агентству, и понимаю, какую выгоду получу от представительства здесь. Да, мне не хватает впечатляющего опыта, который вы ищете. Я не изучал театральное искусство в лучших школах и не снимался в рекламе в три года. Но это — то, чего я хочу. Это то, кем я являюсь. Я обещаю, что буду работать лучше всех. Я сделаю всё по высшему разряду. Я не разочарую вас. Для меня неудача — не вариант. Что-то внутри подсказывает мне, что я сейчас именно там, где должен быть. Всё, что мне нужно, — один шанс.

Она на мгновение замолкает, глядя на меня глазами, полными эмоций. Я чувствую это. Она сдаётся. Она почти решилась. Она собирается взять меня.

И в этот момент дверь её кабинета распахивается.

В комнату вваливается женщина с толстым слоем макияжа на лице и бледная, как полотно. Даже под макияжем она выглядит ужасно.

— Стейси, прости, что прерываю… У нас завал с прослушиваниями для рекламы зубной пасты, и у меня… — Она прикрывает рот рукой, издавая рвотные звуки, и её тело начинает дрожать.

Женщина резко подбегает к мусорному ведру, и её выворачивает — завтрак, обед и, судя по всему, всё меню на неделю.

— О боже! Грейс! Иди домой! — Стейси вскакивает, подходит к коллеге, проверяет, всё ли с ней в порядке, и провожает её к двери.

Нет.

Вернись.

Ты же только что собиралась подписать со мной контракт.

— Мистер Рис, — Стейси поворачивается ко мне и грустно улыбается. — Спасибо, что пришли. Когда у вас появится более насыщенное резюме, пожалуйста, загляните ко мне снова. В холле есть информация об актёрских курсах и фотосессиях у профессиональных фотографов. Можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете.

Нет.

Нет!

Отказ.

Неудача.

Проигрыш.

От ворот поворот.

Выйдя из офиса, я ещё некоторое время стою в холле, наблюдая за настоящими актёрами, приходящими на настоящие прослушивания. Я сижу среди них, притворяясь одним из них — тем, кто всё ещё верит в успех.

Я не спешу уходить домой, потому что в тот момент, когда выйду из этого здания, я знаю: мой единственный шанс начать настоящую актёрскую карьеру останется не более чем воспоминанием.

Глава 2: Джулия

~ Проблемы с парнями ~

— Мисс Питерсон, без обид, но на этот раз я не позволю тебе выиграть. О, я уже рассказывала тебе о предстоящей семейной поездке? — я шумно выдыхаю, передвигая шашки по доске.

По четвергам я всегда отлыниваю от работы на полдня, чтобы поработать волонтёром в доме престарелых «Аутерс». Так уж получилось, что дома престарелых пахнут как миллион домов бабушек и дедушек одновременно — что-то вроде смеси конфет и мази. Я люблю бывать в «Аутерс»: здесь так приятно общаться с замечательными людьми. Так важно приносить пользу обществу, помня, что пожилые люди тоже нуждаются в любви и… чёрт возьми.

На самом деле я прихожу сюда, чтобы пожаловаться на свою неблагополучную семью, потому что всем моим друзьям и коллегам уже надоело это слушать. Старикам, по большому счёту, тоже всё равно, но большую часть времени они просто счастливы, что с ними кто-то играет в шашки. Я бы сыграла в шахматы, но разве я похожа на Эйнштейна? Поверь, я не похожа на Эйнштейна.

— Я имею в виду, я изо всех сил стараюсь не думать об этом слишком много, и я мало что могу сделать, чтобы избавиться от неловкости всей этой ситуации, но… что ж, вот и всё, — я вздыхаю и дважды перебрасываю красную фишку через чёрную. — Думаешь, я слишком много об этом думаю? Мама сказала, что я слишком много думаю, но давай будем честны. Она также сказала, что я слишком много думаю о том факте, что Дэнни не собирался делать мне предложение, и посмотри на нас сейчас.

Я перевожу взгляд на свой палец без кольца и некрасиво хмурюсь.

«Маме следовало назвать меня Жалкой. Это кажется более уместным».

Я поднимаю взгляд на сидящую напротив меня старушку, которая широко улыбается и кивает в ответ. Счастливые слушатели — лучшие слушатели, поэтому я продолжаю болтать.

— Я знаю, о чём ты думаешь. Почему этот придурок не сделал мне предложение? Ну, наверное, потому, что он был слишком занят, трахаясь с моей мерзкой сестрёнкой-шлюшкой. Я так часто жалею, что у меня нет другой сестры. Я бы хотела взять её и запихнуть обратно в мамину утробу, а потом завести другую сестру. Настоящую сестру, а не шлюшку.

Пожилая женщина улыбается ещё шире и кивает ещё чаще.

Я прикусываю нижнюю губу, впиваясь зубами в кожу, и прищуриваюсь.

— Ты не забыла вставить слуховые аппараты, мисс Питерсон?

В ответ — лишь широкая улыбка с фальшивыми зубами и энергичное кивание.

— Отлично. В любом случае, по крайней мере, на этот раз мне есть кого взять с собой домой на рождественские выходные в коттедж. Мама постоянно напоминала мне о том, что я пропустила последние три года, вызывая у меня чувство вины и говоря, что бабушке, вероятно, осталось жить с нами недолго, потому что она стара как мир — без обид.

Кивок.

Улыбка.

Улыбка.

Кивок.

— Кроме того, это Рождество будет особенным.

Я достаю из кармана пальто коробочку с кольцом и наблюдаю, как глаза мисс Питерсон расширяются от радости. Наклонившись к ней, я шепчу:

— Ричард собирается сделать мне предложение!

— Ха! — доносится до моих ушей голос старика Эдди, сидящего за столиком в другом конце зала. — Солнышко, откуда ты знаешь, что мужчина собирается сделать предложение? Либо он сделает, либо нет!

— Заткнись, Эдди. Сегодня утром он оставил кольцо под кроватью.

— Ты хочешь сказать, что он уронил его под кровать сегодня утром? — Эдди хихикает, подкатывая своё инвалидное кресло к столу и присоединяясь к нам с мисс Питерсон.

Закатив глаза, я пожимаю плечами.

— Ка-рто-шка! Ка-рто-шка! Неважно! Я помолвлена!

— Он не спрашивал твоего согласия.

Я хмурюсь, глядя на сверкающий, немного обескураживающий бриллиант.