Одна из девушек рядом с ней ловит мой взгляд, наклоняется и что-то шепчет. Кэмерон мгновенно оборачивается, ее карие глаза расширяются от удивления, она вскакивает и бросается ко мне. Ее объятие едва не сбивает меня с ног.

— Не верю своим глазам! Ты вернулась! — кричит она, отстраняясь, чтобы рассмотреть мое лицо.

— Похоже на то, — отвечаю я с улыбкой.

За то время, что меня не было, мы с Кэмерон постепенно отдалились: сообщений становилось все меньше, пока в какой-то момент они и вовсе не прекратились. Но, глядя на нее сейчас, кажется, будто ничего и не изменилось.

— Пойдем! Все хотят с тобой познакомиться, — тянет меня Кэм к столику. Мы останавливаемся перед ее друзьями — двумя девушками и парнем. Все смотрят на меня так, будто я игрушка, способная развлечь их скучные жизни.

— Лавли, это Стайлс, — она указывает на парня с темными глазами и платиновыми волосами. Он приветствует меня кивком. — А это Лилли и Зои.

— Очень приятно, — говорю я, пока Кэм устраивается рядом с парнем и тянет меня за собой. Я сажусь напротив Зои — именно она шепнула что-то Кэм на ухо, когда я вошла, словно она знала меня раньше. Она немного похожа на меня: длинные черные волосы и белая, почти фарфоровая кожа.

— Правда, что ты вернулась в Серпентайн-Хилл, потому что ни один университет тебя не принял? — спрашивает Зои, не скрывая любопытства в своих голубых глазах.

— Кто тебе это сказал? — интересуюсь чувствуя легкий дискомфорт.

— Все слышали о том, что ты натворила, Лавли, — говорит Кэм, ее пальцы мягко обвивают мое запястье. — Потом пошел слух, что ректор уговаривал совет «Вангарда» принять тебя, ведь ни один другой вуз не захотел этого делать. Но мы не знали, действительно ли ты вернешься.

— Думаю, теперь у вас есть ответ, — произношу я, только сейчас осознавая, каким унижением, должно быть, обернулось для моего отца то, что ему пришлось просить за меня. Мысль, которая даже не приходила мне в голову раньше.

— А как тебя не посадили? — спрашивает Стайлс. Я вздыхаю с улыбкой, задавая себе вопрос, все ли мои новые знакомства будут такими.

— Я была задержана, пока мама не внесла залог. Потом был судебный процесс, а я уже была на свободе.

— Везучая сучка! — Кэм крепко обнимает меня и целует в щеку.

Не проходит и получаса, как я решаю уйти, сославшись на то, что иду ужинать с отцом. В Калифорнии меня не тяготило быть в центре внимания — я встречалась с раннинбеком «Золотых Медведей» и все еще наивно верила, что он не предаст меня. Смешно вспоминать мою тогдашнюю невинность. Здесь же мне хотелось быть невидимкой. Но это вряд ли окажется легкой задачей.

Я открываю дверь машины и чувствую за спиной чье-то присутствие. Сердце подскакивает, я резко оборачиваюсь — и вижу лишь Кэм.

— Напугала тебя, да? — она прикусывает губу.

— Я не ожидала, что придется проходить допрос, — шучу я.

— Знаю, прости, но ты вроде как стала сенсацией, — Кэм хмурит брови. — Черт, ты подожгла машину игрока «Медведей» — «Черные Вороны» тобой гордятся, Лавли.

— А я нет, — отвечаю, устраиваясь поудобнее в кресле. Поджечь ту машину было второй глупостью, первой же — пойти в тот лес. — Мне пора, поговорим в другой раз. — Я захлопываю дверцу, и подруга отходит в сторону.

— Ты выглядишь горячо за рулем этой тачки, — бросает она, когда я завожу мотор, и тот мощно рычит.

Я посылаю ей воздушный поцелуй и возвращаюсь домой.

В душе я размышляю о том, чтобы перебраться в спальню в стиле сьют — она просторнее, с собственной ванной и великолепным видом на закат. Смываю шампунь с волос, как вдруг раздается пронзительный вой сигнализации.

Черт побери!

Отец обещал прислать мастера, но никто так и не появился. Торопливо заворачиваюсь в полотенце и бегу по коридору, оставляя влажные следы на полу, спускаясь на первый этаж. Добегаю до панели у входной двери, отключаю сигнализацию — и вновь остаюсь наедине с голосами в голове.

Поднимаясь к своей комнате, замираю на ступеньке: из подвала доносится какой-то звук. После него тишина кажется особенно подавляющей.

Отступаю назад, глядя на приоткрытую дверь подвала под лестницей.

— Все в порядке, Лавли, просто вернись наверх, — уговариваю себя. Наверняка это всего лишь скунс. Разум пытается внести толику здравого смысла, но ноги уже несут меня к кухонному шкафу.

Я вытаскиваю самый большой нож из ящика с приборами. В пустом доме эхом отдаются лишь мои шаги, пока приближаюсь к подвальной двери. Смотрю на лезвие, вижу свое отражение в полированном металле и ловлю себя на мысли, что веду себя как сумасшедшая. Открываю дверь, и полумрак поглощает лестницу, ведущую вниз. Нажимаю на выключатель — лампы мигают, прежде чем разгореться, освещая знакомое пространство, которое сейчас кажется особенно мрачным.

В воздухе витает запах сырости, пока спускаюсь по истертым деревянным ступеням. Подвал представляет собой настоящий лабиринт забытых вещей: пыльных коробок и ненужных предметов. В углу стоит старая ударная установка. Вспоминаю, как отцу пришлось делать звукоизоляцию, когда Тайлер в первый год старшей школы решил собрать группу.

Мои губы растягиваются в улыбке.

Я оказываюсь возле старой стиральной машины и замираю — тишина становится почти осязаемой. Под звуки бешено колотящегося сердца оглядываюсь: на стене висят охотничьи трофеи отца, рядом — пыльные ящики.

Внезапно раздается новый звук. Я резко оборачиваюсь и щурюсь, пытаясь разглядеть источник. Мерцающий свет отбрасывает тени на стены, усиливая тревогу, словно моих собственных страхов было недостаточно. Иду к дальнему углу подвала, понимая, что не успокоюсь, пока не выясню, откуда шум. Приоткрытая коробка среднего размера привлекает внимание. Осторожно приподнимаю крышку и, к своему удивлению, замечаю в темноте пару светящихся желтых глаз.

Кот.

Его черная шерсть поблескивает в тусклом свете. Он смотрит прямо на меня, и накатившее облегчение смешивается с нервным смешком.

Это всего лишь кот.

— Как же ты сюда забрался, пушистик?

Подняв взгляд, замечаю щель в приоткрытом окне. Я вздыхаю, закрываю его, беру коробку и поднимаюсь наверх вместе с находкой, чувствуя себя нелепо.

Ставлю коробку на диван, и кот тут же выпрыгивает. Я протягиваю руку — он обнюхивает ее и трется мордочкой.

— У тебя есть хозяин?

Кот мяукает в ответ. Я улыбаюсь, поглаживая его по голове. Он выглядит худым, но здоровым.

И, наверное, проголодался.

Я направляюсь на кухню. За неделю здесь побывала папина домработница: оставила готовую еду и сделала покупки. Наверняка найдется