— Как ты посмел притащить свою шлюху в наш дом? — сиплю я.

— О, у меня уже шлюхи появились, — усмехается он. — Не знал. Но спасибо, что сообщила.

— Да почему ты считаешь, что я полная идиотка? — всплескиваю руками и мотаю головой.

— Я этого не говорил. Ты сама это произнесла.

Ну, да, конечно. Я выставляю себя идиоткой.

— Ты не ответил на вопрос.

— А что ты хочешь услышать, Полин? Что? Ты поэтому по дому бегала, как чокнутая? Думала, что найдешь здесь кого-то?

— Я же не знала, что ты так быстро управишься и выставишь ее, — фыркаю я.

— А-а, вот оно что, — протягивает он. — М-да, ты определенно тронулась умом.

— Это я тронулась? — усмехаюсь. — Ты посреди для решил сходить в душ просто так, да? Вчера перед сном плохо помылся? Или чемодан был такой тяжелый, что ты весь вспотел?

— Боже, — он устало трет лоб. — Придумывай себе, что хочешь, раз даже не потрудилась спросить у меня об этом.

— Ой, прости, — наигранно произношу я. — И почему же ты решил сходить в душ, милый? Удиви меня.

— Да нечем мне тебя удивлять, — хмурится он. — Ты ведь уже сама придумала замечательное оправдание этому. Так какой мне смысл сейчас что-то говорить и пытаться разубедить тебя? Ты же все равно веришь в то, во что тебе самой хочется.

Поджимаю губы и до боли впиваюсь ногтями в ладони, чтобы не разреветься.

Он издевается надо мной?

— В душевой подтекал кран, — произносит Марк, когда я уже и не жду от него ответа. — Решил резьбу посильнее затянуть. Потом открыл воду, чтобы проверить, нормально ли все. Но, видимо, случайно провернул переключатель, и на меня хлынула вода из тропического душа.

— Поэтому ты не удержался и решил помыться? — усмехаюсь я.

— Да не мысля я! — раздраженно отвечает он. — Снял промокшие вещи, но услышал, как щелкает замок. Поэтому быстро завернулся в полотенце и вышел посмотреть. Все!

— Встречать грабителя в одном полотенце. Умно, — хмыкаю я.

Но Марк выглядит вполне искренним, хоть у меня это и не особо укладывается в голове.

— Во-первых, не в одном, — он распахивает полотенце и демонстрирует мне свои боксеры. — А, во-вторых, причем тут вообще грабитель? Район новый, люди в домах путаются. Ты не помнишь, как девушка пыталась открыть нашу дверь своими ключами? Я думал, что снова кто-то ошибся.

— Ну, это точно меняет дело. Открыть кому-нибудь дверь в полуобнаженном виде — это вообще замечательная идея.

— Нет, я должен был одеться и подождать, пока нам сломают дверной замок, — выплевывает он и уходит в спальню, добавив: — И зачем я только перед тобой распинался? Все равно остался хреновым.

Захожу в ванну и вижу одежду Марка на стиралке. И правда, мокрая. Выходит, не было тут никакой женщины, а я зря с ума сходила?

Вздыхаю, чувствуя свою вину за весь этот концерт. Теперь я во всем вижу измену, даже не разбираясь в ситуации.

Но я не должна чувствовать свою вину. Марк сам спровоцировал меня на это своим поведением. Все, Полина, соберись. А то так и недалеко до того, чтобы безоговорочно поверить в верность Марка.

Захожу в спальню и смотрю на почти обнаженного мужа. Он роется в своем чемодане и ищет, что ему надеть.

Даже в нынешнем состоянии не могу не подметить, какой он у меня красивый. И только злюсь из-за этого, отвожу взгляд.

— Долго еще будешь себя накручивать? — с нервной усмешкой спрашивает он.

— До тех пор, пока ты мне не докажешь свою верность, — хмыкаю я. — Но это тебе, очевидно не нужно, как и наша семья. Иначе ты бы не убежал сюда.

— По десятому кругу начнем?

— Да нечего начинать. Я тебе все уже сказала, а ты показал свое истинное отношение ко мне, — общение с Марком раздражает меня все больше и больше.

Он не хочет слышать меня. И сам будто не понимает, как поступает со мной. Или просто делает вид, что не понимает.

— Лизу хочет к бабушке в гости. Ее нужно отвезти, — продолжаю я. — Сегодня.

— А, так ты из-за этого пришла? — ухмыляется, изогнув бровь. — Но позвонить, конечно, не могла.

— Я звонила тебе. И Лиза звонила. Ты не взял трубку.

— И ты, конечно же, сразу решила, что я с другой, и прискакала, — укоризненно мотает он головой.

— Я пришла только ради дочери! — раздраженно отвечаю я и выхожу из комнаты.

Бесполезно с ним о чем-то говорить. Зачем я вообще пришла? Надо было самим добираться с несколькими пересадками. Долго, нудно, зато нервы себе не потрепала бы.

— Подожди, — слышу, уже стоя в коридоре. — Я оденусь, и поедем.

Глава 7

Выхожу на улицу и пока жду мужа, набираю номер мамы.

— Привет, Поль. Как твои дела? — отвечает она на звонок.

— Привет, мам. Все нормально, — стараюсь говорить бодро, чтобы не выдать своего истинного состояния. — Ты недавно говорила, что хотела бы взять Лизу к себе на пару недель во время каникул. Ты все еще хочешь, или планы изменились?

— Очень хочу! И ничего не изменилось. А ты что, решила ее отпустить ко мне? — с надеждой спрашивает мама.

— Да, она очень хотела к тебе поехать, и я дала добро. Мы уже собираемся к тебе. Через пару часов будем.

— Ой, как здорово. Приезжайте! — взвизгивает она. — Я пока для Лизоньки ее любимый супчик и котлетки приготовлю.

— Хорошо. Тогда до скорого.

— Подожди, — останавливает меня мама. — Поль, у тебя точно все нормально?

— Да, все в порядке.

— Просто подозрительно как-то. Лизу вдруг решила у меня оставить. И голос еще у тебя какой-то странный.

— Все хорошо, мам, не накручивай себя, — отмахиваюсь я. — Просто работы сейчас много, устала.

— Понятно, — как-то недоверчиво протягивает она. — Ладно, приезжайте. Дома тогда еще поговорим.

Кладу трубку. Вот как она поняла, что что-то не так? Теперь ведь не успокоится, пока не выудит из меня правду. Но я пока не готова рассказывать маме о том, что происходит у нас с Марком.

Да и не уверена, что вообще настанет момент для подобного обсуждения. Не такие уж у нас с мамой доверительные отношения. Это с Лизой она любящая и ласковая бабушка. А вот мамой она всегда была тираничной и властной. Поэтому я не воспринимаю ее, как поддержку. И почти уверена, что если поделюсь с ней своими проблемами, то услышу лишь упреки в свой адрес.

— Поехали, — раздается голос мужа за спиной, и меня невольно передергивает.

Медленно выдыхаю, успокаивая себя, сажусь в машину к Марку и отворачиваюсь к окну.

В какой момент наши отношения дали трещину? Когда Марк так сильно поменялся и стал таким принципиальным и самовлюбленным эгоистом? И почему я этого не заметила раньше?

Не понимаю, что мне теперь делать. Как жить в этом подвешенном состоянии? Прямо как с котом Шредингера: пока коробка неоткрыта, измена существует и не существует одновременно. А мне очень надо открыть эту чертову коробку! Пока мои собственные нервы не сожрали меня.

Зря я угрожала Марку разводом. Только все испортила. Мне стоило промолчать, затаиться и пристально наблюдать за мужем.

Но я повела себя слишком импульсивно, и тем самым отрезала себе возможность хоть как-то контролировать мужа. Надеялась на один результат, а получила совсем иной и только навредила самой себе.

— С чего вдруг ты решила отправить дочь к бабушке? — интересуется Марк.

— Она так захотела, — бесцветным голосом отзываюсь я. — И это очень вовремя. Я сейчас не в состоянии ей объяснять, почему отец теперь живет отдельно от нас.

— Не утруждайся. Я сам с ней поговорю.

— Правда? — наигранно удивляюсь я. — И что же ты ей скажешь?

— Разберусь, — небрежно бросает он.

— Конечно. Ты у нас мастер разбираться, — хмыкаю я. — Сбегаешь при любой трудности вместо того, чтобы решать ее.

— Ты это сейчас серьезно? — он резко останавливается перед нашим подъездом, и я едва успеваю выставить руку перед собой, чтобы не стукнуться лбом о приборную панель.

— Марк, ты нормальный вообще? Зачем так резко тормозить! Я ведь чуть головой не ударилась!