В конце концов, сегодняшние проблемы возникли не из-за магазина.

Вчера утром у Кристин начались схватки, и, когда Джефф позвонил вечером, его голос звучал чертовски обеспокоенно.

- У нее все еще высокое давление, и лекарства, которые ей дали, потому состояние не улучшалось, не помогают.

Я понятия не имел, что сказать, кроме как заверить его - их обоих, - что мы с Тимом будем держать оборону.

- Спасибо. У нас обоих отлегло от сердца, поверь мне.

И это было последнее, что я слышал.

Кори оторвался от укладывания вышитых футболок для гольфа в коробку.

- Есть какие-нибудь новости?

Я покачал головой.

- Никаких. Надеюсь, отсутствие новостей - хорошая новость.

Несколько минут спустя Мэри Энн оторвалась от настройки одного из граверов.

- Есть какие-нибудь новости о боссе?

- Нет.

Прошел час. Другой.

По-прежнему ничего.

Сотрудники перестали задавать вопросы, но их глаза говорили сами за себя. Никто не собирался успокаиваться, пока мы что-нибудь не услышим.

В четверть двенадцатого утра, когда мы с Мэри Энн ругались из-за набора табличек с именами, которые никак не подходили друг к другу, мой телефон ожил.

Весь магазин замер.

Я узнал мелодию звонка, но определитель номера подтвердил это: Джефф.

Я глубоко вздохнул и ответил.

- Привет. Как Кристин и ребенок?

- Они оба в порядке. - В его голосе слышалось явное облегчение, и когда я выдохнул, все остальные тоже. Джефф продолжал: - Какое-то время все шло как по маслу, но около часа назад они сделали кесарево сечение. Хотя у них обоих все хорошо.

- Приятно слышать. - Я вслепую пошарил вокруг в поисках стула и, когда нашел его, сел. Я был так взволнован, что от облегчения у меня даже закружилась голова. - Как у тебя дела?

- Хорошо. Я в порядке. После этого я, наверное, буду спать целый месяц.

Я фыркнул.

- Только не с ребенком в доме.

- Блядь. - Он тихо рассмеялся. - Со мной все будет в порядке. Я вымотан, но рад, что с ними все хорошо. Как у тебя дела в...

- Джефф. - Я закатил глаза, хотя он этого не мог видеть, что вызвало несколько смешков у окружающих. - Не беспокойся сейчас о магазине, ладно?

- Просто позволь...

- Здесь все в порядке. Я зайду, когда закончу дела.

Он на секунду замолчал, и я подумал, что он продолжит расспрашивать о деталях, но он этого не сделал.

- Ладно. Я пришлю тебе смс с номером палаты.

- Ладно. Скоро увидимся. - Я помолчал. - Я люблю тебя.

- Я тоже тебя люблю. Я, пожалуй, пойду.

- Да, я тоже.

Я повесил трубку, и все обменялись улыбками, прежде чем вернуться к работе. Один телефонный звонок - и настроение в цеху резко изменилось. Теперь, когда над всеми нами не висела тяжелая атмосфера неопределенности, сотрудники болтали во время работы, используя радио и оборудование.

Я вернулся в офис, чтобы разобраться с бумагами. Пока я просматривал заказы, Тим заглянул в дверь.

- Эй, если хочешь съездить в больницу, я могу закрыть магазин сам.

У меня было искушение настоять на том, чтобы шоу продлилось еще несколько часов. Сегодня днем на станках было сделано несколько важных работ, в том числе одна из них была переделана. Мы не могли позволить себе больше ошибок. Но Тим справился с ситуацией, и после всех этих опасений мне нужно было самому убедиться, что с Джеффом, Кристин и ребенком все в порядке.

- Ты не против?

Тим покачал головой.

- Вовсе нет. Это даст мне немного практики, прежде чем вы начнете брать выходные вместе. Просто передай им поздравления от всех нас.

- Так и сделаю.

С Тимом в голове я отправился в Горную Методистскую больницу. Из-за недавнего снегопада все сегодня ехали как идиоты, но я не особо возражал. Я доберусь туда. Черт возьми, чтобы удержать меня от этого места, потребуется гораздо больше усилий, чем лед и пробки на дорогах, так что я мог набраться терпения еще минут на двадцать или около того.

И это определенно был долгий путь. Последние несколько месяцев, тем не менее, были лучшие. Мы с Джеффом все еще жили порознь, но я все меньше и меньше времени проводил в своей квартире и большую часть ночей проводил дома с ним. Может, когда все уляжется, я вернусь.

У консультирования были свои взлеты и падения. Первый консультант, к которому мы обратились, не помог, но Джефф согласился попробовать другого, и она постепенно помогла нам разобраться во многих вопросах, из-за которых мы спорили. Или игнорировали, в большинстве случаев.

Тем не менее, совместная работа в магазине изменила ситуацию даже больше, чем консультант. Присутствие кого-то еще рядом сняло стресс с Джеффа, и, испытав этот стресс на собственном опыте, я лучше понял, с чем ему приходилось сталкиваться и насколько требовательным был бизнес на самом деле. Не могу сказать, что был сильно удивлен, когда у Кристин начались проблемы с давлением; ее врач настаивал, что это полностью связано с беременностью, но я сомневался, что магазин не причем.

Поэтому в перерывах между сменами на своей обычной работе я помогал, где мог. Вообще-то я должен был закрывать его сегодня вечером, но когда у Кристин начались схватки, я позвонил своему боссу и сказал, что меня не будет, скорее всего, до завтра. Я не знал, буду ли я с Джеффом и Кристин или в магазине, но Линда может сама несколько дней руководить ювелирным магазином.

Будет странно перестать работать в магазине, как только Джефф и Кристин продадут его. Чем больше времени я проводил там, тем меньше меня возмущало это место, и я наслаждался жизнью. Я не возражал против того, что Джефф работал допоздна, потому что, черт возьми, я тоже был там. И поскольку Джефф чаще, чем я, имел дело непосредственно с покупателями, это было более практическое занятие, а не торговля, как на другой моей работе. Сказать, что это место мне нравилось, было бы преуменьшением - я буду скучать по нему, когда оно исчезнет.

Я свернул с шоссе и заехал на парковку у подножия Методистской горы. Войдя внутрь, я проследовал по указателям к родильному отделению.

Дверь была открыта, но я помедлил на пороге, не желая быть навязчивым.

Кристин спала. Джефф тоже. Он сидел на жестком пластиковом стуле, опершись одной рукой