шепчу я ей, лаская губами ее воспаленные губы. Мои пальцы с особой осторожностью касаются ее округлившегося живота, чувствуя, как в груди рождается бесконечная нежность к ней и к нашему ребенку.
Она мягко стонет, ее пальцы погружаются в мои волосы, слегка сжимая их в ответ на мои ласки.
— Я так тебя люблю, Джафар, — едва слышно произносит она.
Наши поцелуи становятся глубже и горячее, она прижимается ко мне бедрами и я осторожно проникаю в нее, стараясь быть максимально бережным и внимательным, чувствуя каждый ее вздох, каждую реакцию. Мы движемся в унисон, медленно и глубоко, потому что несмотря на ее нетерпение, я не могу взять ее грубо, пока она беременна, но в этой долгой и нежной любви тоже есть своя изюминка. Амира полностью открыта передо мной, доверяя мне себя целиком, и пока я довожу ее до оргазма, она льнет ко мне с жалобным хныканьем, словно я ее убиваю, и от такого наслаждения на ее лице, я чувствую, как поджимаются мои яйца, даже несмотря на то, что я недавно кончил.
Наконец, достигнув вместе вершины, мы лежим рядом, тяжело дыша, и я не выпускаю ее из своих рук, чувствуя, как ее сердце стучит так близко к моему.
— Когда он родится, у нас больше не будет таких ночей, — внезапно говорит она, надув губки.
Я улыбаюсь и целую ее в нос.
— Тогда будут дни.
— С четырьмя детьми, постоянно требующими внимания? — фыркает она. — Сильно сомневаюсь. Предупреждаю тебя, Джафар, этот последний. Хватит с нас четырех.
— Ты же сама их хотела, — хмыкаю я. — Уверена, что не потребуешь пятого?
— Теперь точно уверена, — вздыхает она. — А если я вдруг передумаю, отговори меня, понял? Не позволяй моим гормонам воздействовать на мой мозг, Джафар.
— В прошлый раз ты так же говорила, — пытаюсь не засмеяться.
— И чем это закончилось? Я, конечно, довольна. Это было правильное решение, потому что Хамза вырос и мне нужен новый малыш, но пятого нам не потянуть, Джафар. Не потакай мне, когда я говорю глупости.
— Но мне так нравится давать тебе все, что ты захочешь, — шепчу ей на ухо, прикусывая мочку. — И ты такая красивая, когда беременна, что я не могу устоять.
— Тогда нам конец, — вздыхает она. — Мы будем размножаться до старости.
Я смеюсь над ее отчаянным тоном и снова обнимаю ее, заверяя, что наш четвертый — точно последний.
К сожалению, так и случается. Но наших трех девочек и мальчика достаточно, чтобы она чувствовала себя счастливой и получила ту большую семью, о которой всегда мечтала.
