И он сделал! Теперь эта девочка только его, и он никому не позволит её у себя отнять! Чувство собственника заволокло сознание черной пеленой. Если её кто-то обидит он убьёт этого человека. Вот так просто, без раздумий!

Потому что Лия, как глоток свежего воздуха в забитой гарью и дымом жизни Шахина. Эта девочка вызывает у него желание не просто жить, а жить для неё.

Это настолько забытое чувство… когда-то давно у Амира уже был друг, почти что брат. С Петькой он чувствовал себя нужным, тот оберегал его, помогал во всем и Амиру хотелось жить, несмотря на то, что собственным родителям он был не нужен. Теперь желание оберегать родилось у него самого. Как будто Лия вернула его в прошлое, позволив снова испытать давно закопанные в могилу памяти эмоции. После Петьки он больше ни к кому не прикипал. Жизнь научила, что привязываться нельзя! Любая слабость потом будет использована против тебя же. Но с Лией всё было иначе. Её откровенность не давала повода усомниться в честности намерений и желаний. То, как она сбегала из дома, как пыталась доказать, что наказывать других плохо. От нее он не ожидал подвоха. Амиру нравилась ее женская сила и слабость одновременно. Ему нравилось в ней буквально всё.

Шахин не заметил, как уснул, а проснулся, когда часы показывали шесть. Выработанная годами привычка вставать рано заставила осторожно подняться. Лия мирно спала, светлые локоны разметались по подушке. Амир засмотрелся. Одеяло сползло на бок, открывая ему вид на узкую талию, плавно переходящую в округлые бедра. Девочка лежала на животе, а у него сразу перед глазами кадр вспыхнул, как он отбрасывает угол покрывала и входит в неё сзади. Не будь ночью её первый раз, он бы сейчас так и сделал. Взял её разнеженную после сна, покрыл бы поцелуями острые плечи и лопатки, пока толкался бы в горячую влажность, при одном воспоминании о которой, его коротить начинает.

Утренняя эрекция мгновенно усилилась, наливая член горячей кровью. Дьявол! Ведьма маленькая! Только думает о ней и уже теряет контроль, сумасшествие какое-то!

Натянув на себя спортивные штаны, Амир вышел из комнаты и отправился в гостевой душ, чтобы не разбудить малышку. Пусть спит.

Постояв под прохладным напором и приведя эмоции в подобие порядка, мужчина заварил себе черный кофе. Подкурил сигарету и вышел на террасу. Прохладный утренний воздух взбодрил. Солнце только вышло из-за горизонта, окрашивая своими первыми лучами верхушки домов, а он вдыхал никотин и думал о том, что впервые за последние годы испытывает чувство счастья и удовлетворенности. Он многое имел, прошёл через такое, что другим и не снилось, но всегда было что-то, что от него ускользало. Нечто, как ему казалось, незаметное, то, что можно заменить материальными благами. Оказалось, нет. Это нельзя было заменить. Потому что то, что в данный момент прожигало его грудную клетку невозможно было купить ни за какие деньги.

- Доброе утро, - мелодичный голос ворвался в мысли и заставил мужчину обернуться.

Он как раз сделал очередную затяжку и едва ею же не подавился. Лия, обернутая в простыню, вышла на террасу. Её пальцы держали ткань на груди, а на бедрах полы расходились в стороны. Амир резко выпустил клуб сизого дыма.

- Доброе. Ты почему встала так рано?

Затушил сигарету и не дав Лие дойти до баллюстрады, развернул её обратно.

- Почти семь, это не рано. Да и тебя не было, я вышла на поиски, - Лия обернулась, останавливаясь посреди зала и подняла лицо для поцелуя.

Амир погладил припухлые после долгих, ночных поцелуев губы большим пальцем. Они у неё были безупречные. Капризно изогнутые, большие и мягкие.

Лия осторожно поцеловала кончик его пальца, а после и вовсе приоткрыла рот, дерзко смотря мужчине прямо в глаза. Его повело моментально, как если бы залпом хлебнул самогона. Новая волна возбуждения родилась из ниоткуда и скрутила вены. Он протолкнул палец глубже и едва не застонал, когда гранатовые губы сомкнулись вокруг него и мягко втянули.

Свободной рукой Шахин потянул за край простыни, и та упала к ногам, оставляя девушку абсолютно голой перед ним.

- Красивая моя, - выдохнул Амир, накрывая небольшую грудь ладонью и сжимая её.

Фиалковые глаза закатились, и девочка застонала, запуская вибрацию по его пальцу, всё еще находящемуся в её рту.

Понимая, что снова дьявольски хочет её, Шахин, набросился на мягкие губы, одновременно с этим поднимая Лию над полом. Тонкие руки тут же обвили его шею, Лия приникла к нему всем телом, целуя голодно в ответ, будто не видела долгое время и адски соскучилась.

Пронеся ее через гостиную, Амир опустил малышку на кухонный стол. Благо квартира студия позволяла сделать это не преодолевая ненужных коридоров и стен, иначе Амир пригвоздил бы Лию к одной из них.

Продолжая неистово целовать её, пальцами развел влажные складки и погладил клитор. Он знал, что эта часть тела у Лии самая чувствительная. Изучил вопрос после того первого раза в машине. Сексологи утверждали, что если ласкать его не по центру, а вокруг, минуя ту часть, где сконцентрированы сотни нервных окончаний, оргазм не придет сразу, а удовольствие будет острым и продолжительным. Если же надавить на его центр, то девушка кончит почти сразу же, только это не всегда может принести желанное удовольствие. Зачастую это даже неприятно, но со временем чувствительность притупится и можно будет её изводить часами. Так, как Шахин и хотел. Он готов терзать Лию мучительно долго. Вся его сущность вопила об этом. Брать эту девочку, пожирать, пить жадными глотками, доводя её до умопомрачения.

- Амир, - Лия застонала, когда он зажал клитор между средним и указательным пальцами.

- Да, Лия?

- Я хочу тебя внутри!

- Может быть еще больно!

- Мне всё равно! Пожалуйста! – прошептала она, хватаясь руками за его плечи и отчаянно смотря в глаза. - Вчера мне было так хорошо. Я хочу снова тебя чувствовать!

Эта просьба в купе с горящим возбужденным взглядом вышибли почву из-под ног! Как можно быть настолько соблазнительной и невинной одновременно?!

Невозможно держать себя в руках!

Яростно целуя тонкую шею, Амир подтянул Лию на край стола, спустил штаны и освободив тяжелый член, вошел в тугую плоть.

Мышцы мгновенно свело, а по пояснице пронеслась судорога.

- Какая ты узкая! Больно?

- Нет! Не сдерживайся! – взмолилась