Но Рид не кричит в ответ. Его спокойствие — одна из тех черт, которые изначально привлекли меня в нем. Он медленно вздыхает, и я вижу, как он с трудом сдерживается.

— Хорошо, — медленно произносит Рид. — Это справедливое замечание.

Они еще какое-то время смотрят друг на друга, пока Марк не вздыхает.

— Послушай, пойдем со мной домой. Познакомишься с Мелоди. Поздороваешься…

— Мелоди, — тихо произносит Рид. Как будто пробует это слово на вкус.

— Она тебе понравится, — говорит босс, хотя на лице Рида появляется все больше скептических выражений. — Мы съедим по несколько ее лавандовых песочных печений, а потом я расскажу тебе все, что ты хочешь знать о предложении от Шарпа.

— Да, хорошо, — кивает Рид. — Это отличный план.

— Я только возьму пальто. — Марк возвращается в свой кабинет, а Рид следует за ним.

Я откидываюсь на спинку стула и аккуратно откладываю осколки треснувшей кружки в сторону. Возможно, я смогу починить ее, когда мой пульс придет в норму. Чтобы занять руки, я выдвигаю ящик стола и начинаю искать суперклей.

Но при этом подслушиваю.

— На сколько ты приехал? — спрашивает Марк у сына.

— На несколько дней, — отвечает Рид.

Я мысленно аплодирую. Так как смогу пережить несколько дней с Ридом в доме. Потом он уедет еще на десять лет, и мне больше не придется о нем думать.

— Мне нужна комната, — добавляет Рид.

— Поговори с Авой, — отвечает его отец. — Ава! Можешь заставить брелок на моих ключах сыграть мелодию еще разок? И найти комнату для Рида?

— Конечно! — кричу я и тянусь к клавиатуре. Маячок, который я прикрепила к брелоку Марка, очень пригодился. Я несколько раз нажимаю на экран, и откуда-то из кабинета снова доносятся знакомые звуки «Let It Snow».

— Нашел!

Прежде чем я успеваю подготовиться, перед моим столом появляется Рид с угрюмым выражением лица.

Собравшись с духом, я принимаю самый невозмутимый вид, на какой только способна женщина, глядя на мужчину, разбившего ей сердце.

— Папа говорит, что я должен попросить комнату у тебя. Но я могу пойти на стойку регистрации, если так будет проще.

— Нет, — быстро отвечаю я. — Я занимаюсь всеми конференц-залами. И номерами. И бронированием для свадеб. И долгосрочной арендой, бронированием развлекательных мероприятий, всеми крупными покупками и еще тысячей других вещей.

Я — основа «Мэдиган Маунтин», а Рид об этом даже не подозревает.

С этой успокаивающей мыслью я тянусь к клавиатуре и перехожу в систему бронирования. Сейчас только ноябрь, так что у нас есть свободные номера, особенно в лучших и самых дорогих отелях.

Отрезвляющая мысль заставляет меня замереть с пальцами на клавиатуре. Если я поселю Рида в отремонтированном люксе «Виста», он, возможно, никогда не захочет оттуда уезжать. В этой комнате есть джакузи в ванной со стеклянными стенами, где можно нежиться, наблюдая за закатом над горой. Там также есть телевизор с большим экраном и камин. Это словно кусочек рая.

Но мне нужно, чтобы Рид Мэдиган исчез. Продажа курорта пойдет на пользу всем участникам сделки. Семья Мэдиган станет еще богаче. Это позволит Марку уйти на покой, и этот человек готов начать новую главу своей жизни. Он этого заслуживает.

И последнее, но не менее важное: это даст мне возможность получить повышение и прибавку к зарплате. И — что самое приятное — двухнедельный отпуск. За последние пять лет у меня не было больше нескольких выходных подряд.

Рид Мэдиган не испортит все для своего отца, который наконец-то обрел счастье. Или для меня. Я этого не допущу.

— Ого, у нас тут все занято, — говорю я, щурясь и глядя на экран. — Возможно, тебе придется поселиться с отцом и его новой женой. — Это должно его выманить. Даже хладнокровный и собранный Рид не смог бы избежать неловкости, если бы ему пришлось спать в комнате своего детства, в то время как его отец с новой женой в другой части дома вели бы себя как влюбленный молодожены.

— Должно быть что-то еще, — настаивает Рид. — Сейчас только ноябрь.

— Да, но… — Я быстро киваю, потому что врать мне не свойственно. — В эти выходные проходит фестиваль пива в Пенни-Ридж. — Это чистая правда, хотя «Мэдиган Маунтин» находится слишком далеко от города и цены слишком высокие, чтобы кататься тут в выходные перед началом лыжного сезона.

— А как насчет помещений для персонала? — спрашивает он. — Только не говори мне, что в начале сезона у тебя полный штат операторов подъемников.

— Верно. — Рид только что подкинул мне еще одну дьявольскую идею. — Это хороший план. Я могу разместить тебя в комнате для персонала. — У нас на территории есть место для более чем тридцати сотрудников. Здесь есть двенадцать квартир для сотрудников, а также двухэтажный коттедж с комнатами по типу общежития.

Представьте себе «Грязные танцы», только с меньшим количеством танцев и большим количеством снега. В крошечном городке сложно нанять персонал для сезонной горнолыжной базы, поэтому нам нужно сделать так, чтобы сезонным работникам было удобно жить поблизости. Маленькие номера не отличаются стильным дизайном, но они вполне подходят для размещения молодых людей из Дании, Германии и Новой Зеландии, которые проводят зиму, работая за низкую плату и получая бесплатный ски-пасс2.

— Я согласен, что бы это ни было, — бормочет Рид.

— Как хочешь! — Я тянусь к ящику и достаю ключ. Он от комнаты номер двадцать пять, самой маленькой и темной. Где гремят трубы отопления, а под дверью гуляет сквозняк.

Но я предлагаю ему именно этот ключ. И мне даже не жаль.

3. Колледж Миддлбери, Вермонт

Январский семестр 2011 года

Утро пятницы. Ава разглаживает края влажной глиняной фигурки в художественной студии, когда кто-то ставит поднос на стол рядом с ней.

— Можно мне здесь сесть? — спрашивает мужской голос.

Она поднимает глаза и видит потрясающего парня с темными волнистыми волосами и задумчивым взглядом, который ждет ответа.

— Да. Конечно, — выпаливает она.

Он отодвигает стул и садится.

— Я Рид.

Ава уже знает, кто он. Все знают. Он — прославленный американский лыжник, известный своим безрассудным поведением. В колледже Миддлбери полно спортсменов, но в Риде есть что-то особенное, что всегда привлекало ее внимание. В окружении легкомысленных парней из колледжа Ава видит в нем серьезного человека. Мужчину. Даже несмотря на то, что они ни разу не разговаривали.

До сих пор.

— Заранее прошу прощения, если попытаюсь списать у вас домашнее задание. — Рид хмурится и стягивает полиэтиленовый пакет с наполовину вылепленной глиняной вазы, которую он, должно быть, начал лепить в начале недели.