Осталось как-то прожить эту неделю и не столкнуться в универе с Никоновым.

Глава 5

Ульяна

— Папуль, я сегодня ночую у Настюхи! — объявляю я, заходя на кухню.

Папа ужинает и поглядывает на экран телевизора, где транслируют новости.

— С ночевкой? — он переводит взгляд на меня и округляет глаза.

— Ну да, — щелкаю кнопкой чайника и принимаюсь готовить две чашки чая. — У нее сегодня день рождения, и мы с Ленкой хотели ее поздравить.

Папа смотрит на меня недоверчиво:

— Ульяш, а ты вообще уверена, ну… что это уместно?

— Почему нет? — удивляюсь я.

— Настя… понимаешь… ее семья из другого круга.

Да, это так.

Мы с папой живем просто. Он работает на заводе, а мамы у нас нет — умерла, когда мне было тринадцать. Папа с тех пор так и не нашел себе женщину.

Семья Насти другая. Отец предприниматель, а мать главврач одной из городских больниц.

Я прекрасно понимаю, что мы находимся немного на разных социальных уровнях, но тем не менее в ее доме мне никогда не давали повода чувствовать себя не в своей тарелке.

— Все нормально, папуль. Настя сама пригласила нас с Ленкой. Там будем только мы втроем. Настины родители улетели в отпуск в Азию.

— А ее брат?

— А что брат? Тоха старше нас, наверняка у него другие интересы и он откажется от просмотра «Дневников Бриджит Джонс», — тихонько смеюсь, а папа отвечает задумчиво:

— Не могу его в этом винить… Ладно, Ульяш, если хочешь, конечно, иди. И поздравь от меня Настю. Кстати, что насчет подарка? Дать тебе денег?

Отмахиваюсь.

— Не переживай, пап. Я летом подзаработала немного, так что уже купила подарок. А ты в ночную смену уходишь?

— Да. Встретимся уже утром?

— А как же.

Вечером я еду в коттедж, где живет семья Насти. Подруга спешит мне навстречу.

— Привет, Настюш! — вручаю ей пакет с небольшим презентом. — Поздравляю тебя с днем рождения! Счастья, огромной любви и много-много поводов для радости.

Обнимаемся со Смирновой, и она говорит расстроено:

— Представляешь, Лена написала, что не приедет. Заболела.

— Жаль, — поджимаю губы.

— Придется без нее.

— Ага. Не отменять же просмотр. Где Антон?

— Не знаю, — Настя разводит руками. — Поздравил меня и уехал еще в обед. Да какая разница? Он все равно не сможет разделить нашего веселья.

Забуриваемся с Настей к ней в комнату. Тут все по-девчачьи. Обилие розового, мягкие игрушки, стена с фотографиями.

Ложимся на кровать и включаем фильм. Объедаемся сладким и комментируем то, что видим.

— Нет, все-таки он навсегда для меня будет мистером Дарси, — вздыхаю я, глядя на Колина Ферта.

— Не могу не согласиться, — кивает Настя.

Спустя несколько минут мы слышим копошение на первом этаже, голоса, и наконец дверь спальни подруги распахивается, и входит Антон.

— Эй! А вдруг мы тут голые! — Настя кидает в него подушкой, но Тоха уворачивается. — Стучать надо.

— Черт, систер, я все время забываю, что ты выросла. Помнится, раньше тебя ничего не смущало, и ты могла носиться по дому голышом.

— Мне было три, — Настя закатывает глаза. — Подумаешь, прошло каких-то семнадцать лет.

— Вот именно! — Антон хлопает в ладоши. — Значит, так! Ваше, несомненно, очень увлекательное и веселое отмечание дня рождения заканчивается. Настя, блин, тебе сегодня двадцать, а вы смотрите какое-то мыло для сорокалетних кошатниц! Спускайтесь, нас ждет вечеринка!

Последнее слово он выкрикивает. А потом явно ждет от нас какой-то вау-реакции, но улыбка на его лице затухает, потому что мы переглядываемся с Настей.

— Уль! Ну ладно эта — она родилась с учебниками в зубах, но ты-то должна заценить подарок.

— Эм-м, — смотрю на подругу, но та говорит:

— Во-первых, «Бриджит Джонс» — это не мыло для сорокалетних! Вот посмотришь фильм и потом выскажешь свое мнение, а судить о картине по отрывкам — бред. Во-вторых, ты же в курсе, что дети рождаются без зубов?

Антон стонет.

— Вот именно об этом я и говорю! — в этот момент/и тут же дом наполняется шумом битов и шквалом голосов. — Так, переодевайтесь и спускайтесь на вечеринку! Настя-я-я, там будет Саня…

— Ты гад, Антон.

— Ага, — говорит, довольный собой, и смывается.

Саня — детская любовь Насти, насколько мне известно. Так что Антон заходит с козырей.

Следующие полчаса мы с подругой приводим себя в порядок. Она дает мне свое платье, потому что я приехала к ней в джинсах и кроссовках, а сама переодевается в короткую юбку и топ с длинным рукавом.

Спускаемся на первый этаж, а тут уже вечеринка вовсю. Я не знаю почти никого, зато Настя свободно общается с друзьями брата.

Мне в руки засовывают стакан с вином, я беру его и отхожу в сторону, отделяясь от этой вакханалии.

Вообще я не очень люблю такое. Вот просмотр фильма мне по душе.

Настя же включается в разговоры, краснеет от внимания, а я чувствую себя не в своей тарелке.

В какой-то момент дверь открывается, и появляется Максим Аристархович.

В джинсах и футболке, поверх надета клетчатая рубашка. Сейчас это не препод, а молодой красивый парень. В руках у него букет роз, и он спешит вручить цветы имениннице.

— Макс!

— Максим приехал!

Максима тут же окружают парни и девчонки, а я иду в кухню и выхожу через черный ход на улицу. Не хочу, чтобы он видел меня. Ни к чему нам лишние контакты. Между нами и так сложились странные отношения.

Прохожу по ухоженному заднему двору и сажусь в плетеное кресло, стакан с вином ставлю на газон, а себя обнимаю руками, потому что я не одета для прогулок под луной и мерзну.

Самое правильное решение сейчас — это уехать. Ради самой себя. Потому что я понимаю, что как дурочка влюбляюсь в него. А мне нельзя. Не в него. Не сейчас.

Мы разные. Даже в обществе это будет порицаться. Препод и студентка. У меня начнутся проблемы в универе, а потом я наверняка буду собирать свое сердце по осколкам…

Мотаю головой. Боже… ничего нет, а я уже представляю нас вместе. Вот именно об этом я и говорю! С глаз долой — из сердца вон.

Достаю телефон и