Я просыпаюсь рано утром в субботу, в день, когда Нейт должен устраивать вечеринку в таунхаусе.

Но его все еще нет. Здесь по-прежнему пусто.

Я выхожу на прогулку по району. Весенняя погода прекрасна, небо голубое, и я обожаю архитектуру в Кенсингтоне. Уже почти полдень, когда получаю сообщение от Нейта.

Нейт: Наконец-то вылетел. Тут творился полный кавардак. Ассистентка и организаторы вечеринки скоро должны быть в доме, чтобы начать все подготавливать. Не волнуйся, они останутся на первом этаже.

Черт. Значит ли это, что я не увижу его до самой вечеринки? Я печатаю вопрос о том, когда Нейт приедет, когда прерывает двойной энергичный лай.

Стэнли и Куинси, две таксы, и Ричард направляются в мою сторону. На нем снова плоская кепка, но на этот раз без пиджака, просто рубашка и пуховая жилетка.

— Доброе утро, — говорит он. Куинси вежливо сидит у его ног, пока Стэнли вьется у моих. — Разве не чудесный день?

Мы заканчиваем тем, что гуляем вместе в саду. Теперь, когда я знаю, как туда попасть, бываю чаще в красивом и безмятежном пространстве, отведенном для местных жителей. Фонтан посередине счастливо булькает, а Стэнли млеет от моих поглаживаний, повиливая маленьким хвостиком. Его висячие уши словно шелк.

— Где-то здесь был мяч, — бормочет Ричард и лезет в карманы жилета. Он протягивает мяч. — Если хотите его развлечь.

Я провожу целый час, болтая с Ричардом и играя с собаками. Он британец, почти агрессивно британец, но, кажется, не возражает против моей светской болтовни и бесцельного топтания рядом. Совсем наоборот.

Когда наконец направляюсь домой, глянцевая черная дверь таунхауса распахнута настежь. Двое мужчин поднимаются по ступенькам, неся между собой гигантский холодильник.

Приготовления начались.

Я машу рукой в знак приветствия женщине средних лет, стоящей в моей гостиной — в гостиной Нейта — и раздающей приказы кейтерингу, грузчикам и всякому другому персоналу.

Я проскальзываю мимо всех наверх, в свою комнату. Нервозность удерживает там большую часть дня. Я читаю книгу, ищу потенциальную новую квартиру и выбираю два художественных музея, в которые хочу пойти.

Пока день тянется, я выбираю платье, чтобы надеть вечером, только чтобы передумать и выбрать другое, а потом еще одно. Наконец останавливаюсь на черном платье, которое доходит до щиколоток. Оно скрывает многое... но облегает фигуру, и это делает его откровенным. Обычно я ношу с ним пиджак, но, стоя перед огромным зеркалом в ванной, решаю обойтись без пиджака.

Прежняя я оделась бы скромнее. Не новая я. Не лондонская я.

Внизу начинает играть музыка, и я слышу пару торопливых ног, спускающихся по лестнице за пределами комнаты.

Нейт.

Он дома.

На этой вечеринке я не знаю никого, кроме него.

И едва понимаю, зачем она должна состояться.

Приоткрыв дверь спальни, я подглядываю в щель. Внизу голоса. Их много, и на мгновение я подумываю закрыть дверь и спрятаться. И, может быть, прежняя я так бы и сделала.

Ретировалась бы с книгой.

Но это не тот человек, которым я хочу быть. Человек, которым очень стараюсь стать, в роль которого вживаюсь, который хватает возможности, когда те появляются.

Я спускаюсь по лестнице.

Первый этаж таунхауса Нейта превратился в элегантный бар. Люди слоняются вокруг с бокалами шампанского в руках. Входная дверь открыта, и прямо снаружи стоит мужчина. Это что, вышибала? На домашней вечеринке? Музыка играет из колонок, которых я не вижу. Должно быть, они спрятаны.

Шаги замедляются, когда я подхожу к подножию лестницы. Сканирую комнату, переводя взгляд с человека на человека. Я никого не узнаю. Большинство выглядят примерно моего возраста, некоторые постарше, и несколько помладше.

Хорошо, что я не накинула пиджак. Но, возможно, следовало надеть каблуки вместо балеток. Люди разодеты как кинозвезды.

Я провожу рукой по перилам. Пока что Нейта не вижу. Ни в гостиной, ни в смежной кухне...

Но затем замечаю.

Он стоит в дверях кабинета, засунув руки в карманах, и разговаривает с двумя мужчинами, чьих лиц я не вижу. Кивает на все, что те говорят, но глаза прикованы ко мне.

Наблюдает, как я спускаюсь по лестнице.

Я улыбаюсь, возбуждение бурлит в венах. Это была долгая неделя.

Его губы изгибаются в ответ. Это крошечная реакция, но она есть. Безмолвное «привет».

Я пробираюсь к кухонному острову, где обычно завтракаю. Прямо сейчас пространство кишит людьми. Женщина в фартуке наливает еще бокалы шампанского, а дорогая каменная столешница уставлена канапе и закусками.

Эта домашняя вечеринка совсем не похожа на те маленькие званые ужины, которые мы с Дином раньше устраивали.

Я хватаю бокал с пузырьками и маленький крекер с каким-то паштетом. Улавливаю обрывки разговоров. Что-то о том, что сезон инвестиций почти закончен, а акции — это зимний вид спорта, доносится до меня, и я бреду к задней двери, которая ведет в сад.

Я не знаю, как представиться. Привет, я... подруга Нейта, живущая с ним?

Его арт-консультант. Так он назвал меня в галерее, и это не неправильно. Ложные впечатления и все такое. Может быть, пришло время тоже научиться использовать их в своих интересах.

— Ты пришла, — говорит Нейт.

Я оборачиваюсь и обнаруживаю его рядом, с собственным бокалом шампанского в руке. Нейт выглядит спокойным, даже безмятежным, лицо приятно нейтрально.

Словно знает, что за ним наблюдают.

— Ты вернулся, — говорю я. — И учитывая, что мне нужно лишь спуститься по лестнице, это было нетрудно.

Он смотрит вниз на мое платье, и улыбка играет на губах.

— Ты выглядишь великолепно.

— Спасибо. Эм, кто все эти люди?

— Понятия не имею, — говорит он.

Я закатываю глаза.

— Ладно, это не может быть правдой. Кто составлял список гостей?

— Моя ассистентка, организатор вечеринок и брат, — говорит он. — Я сделал несколько дополнений.

— Правда? — я оглядываюсь через плечо, взгляд останавливается на группе красивых женщин, стоящих у обеденного стола. — Кто?

— Ты, среди нескольких других.

Я толкаю его плечом.

— Спасибо за это, кстати.

— Я не собирался запирать тебя в спальне, — мой взгляд встречается с его.

— Мы не виделись целую неделю.

— Да. И мне жаль. Поездку пришлось продлить, — он вздыхает, брови сдвигаются. — Наш поставщик в Берлине задержался по пути на встречу, и мы не смогли прийти к... решению. Пришлось остаться подольше, чтобы утрясти детали.

Несмотря на в остальном приятное выражение его лица, под глазами слабые круги и напряженность в челюсти.

Нейт носит маску.

— Ну, здесь было очень тихо без тебя.

— Правда? Мне жаль.

— Так и должно быть. Я была вынуждена выполнить несколько своих целей самостоятельно, — его глаза темнеют.

— Каких именно?