Наверное, это должно было мне напомнить, что стоило бы придержать свою дерзость и не нарываться на неприятности, но я не смогла. Или не захотела. А может просто устала молчать. В любом случае, я сказала то, что сказала.

— А ты — нисколько.

Ещё один мой ответ, который Ниязу не понравился. Но на удивление, спорить он не стал. Вместо этого, запустил руку в мои волосы, пропуская их через пальцы.

У меня аж перед глазами потемнело от сокрытого в этом жесте.

Нияз любил мои волосы. Постоянно трогал раньше, распускал, перебирал. Когда-то давно, когда они были очень и очень длинными. Теперь же это выглядело, как новая пощёчина. Именно поэтому я взмахнула рукой, избавляясь от его прикосновения.

Вышло слишком резко и как-то даже грубо, но что уж теперь.

Нияз замер. В чёрных глазах зрачок ахнул и сузился. Дыхания тоже больше не чувствовалось. Он затаился, как хищник перед прыжком.

— Если разговор окончен, я пойду, — произнесла хрипло, отведя взгляд. — Нужно проследить, чтобы Фархат с Мурадом в самом деле не потоптали цветы твоей матери.

Боялась, что Нияз воспротивится, заставит вернуться к былому, но он вдруг и правда отпустил.

Я не ожидала, и потому сильно растерялась в первое мгновение. А когда дошло, что действительно могу уйти, поспешила это исполнить. Вышло не особо уклюже, я зацепилась ногой за подол, но Нияз и тут проявил чуткость, поддержав за талию. Вот только обратно отпускать не стал.

Вдохнув-выдохнув, я подняла взгляд. И тут же утонула в его бездонном чёрном взоре. Опять слишком близком. Лицо обжёг его вздох, и я невольно вздрогнула. Зачем-то вдруг вспомнилось, как хорошо нам было в прошлом вместе. И как я таяла от нашего первого поцелуя. Постыдного. Запретного. Досвадебного. Рука на талии стала ощущаться явнее, чётче, горячее. Всё с приставкой слишком. Именно поэтому поспешила разорвать нашу близость. Но на деле загнала себя в ещё большую ловушку, когда Нияз шагнул ко мне ближе, а я оказалась вновь прижатой к стене. И всё это он проделал, не сводя с меня пристального взгляда.

— Нияз… что ты делаешь? — прошептала, выставив руки перед собой.

В разуме нарастала паника.

Неправильная ситуация. Очень. Как и моя реакция на неё. Слишком яркая и однозначная. Совсем не такая, какая должна быть к человеку, от которого получила столько боли.

— А что я делаю, Алия? — поинтересовался Нияз ответно.

Хороший вопрос. С виду будто и правда ничего, но внутри огнём полыхало от того, что он так близко рядом, трогал меня с таким видом, будто имел на это право. Рука буквально жгла талию через слой одежды.

Я попыталась отодвинуться, но Нияз выставил свободную руку, перекрыв возможность маневрировать. Сердце в груди сбилось со своего ритма и забилось сильнее.

— Отойди.

Старалась звучать требовательно, но вышло скорее жалко. Голос срывался на сип. А мои собственные руки, вместо того чтоб оттолкнуть, больше огладили сильные мышцы, чем действительно надавили. Нияз тут же напрягся на мою вольность, а взгляд чёрных глаз стал колючим.

— Не отойду, — произнёс он.

— Отойди, — повторила уже мрачно, давя сильнее на его грудь.

Но проще с Халисой Сабитовной договориться, чем мужа оттолкнуть. Более того, он прижался ко мне вплотную.

— Не хочу, — криво ухмыльнулся. — И не уйду. К тому же, ты обещала быть послушной. Но что-то я пока этого не вижу. Только и делаешь, что споришь.

— Какой хозяин, такая и рабыня, — съязвила недовольно.

И тут же пожалела о том, когда Нияз склонился ко мне ближе.

— Ещё немного и подумаю, будто ты хочешь…

— Я ничего не хочу! — перебила я его, не дав договорить.

Не знала, как именно он собирался продолжить фразу, но нутром чуяла, что ничего хорошего я не услышу. Вот и вмешалась.

— От кого угодно, но не от тебя! — добавила, чтоб совсем отбить у него охоту думать и говорить нелепости.

Нияз шумно выдохнул, а через миг и я, когда его губы коснулись моего уха.

— Тогда почему ты дрожишь, Алия?

И вовсе я не дрожала!

А если и дрожала, то по самым простым причинам.

— Ты меня пугаешь, — сказала честно.

— Когда боятся, не дерзят, как это делаешь ты, — противопоставил он всё тем же шёпотом.

Поджав губы, я подумала и промолчала. Но не он.

— Маленькая лгунья, — выдохнул.

Ухо опалил его выдох, отчего я в самом деле вздрогнула.

Уши моя слабость. Физическая. О которой я совсем забыла за эти шесть лет. А вот Нияз точно помнил и пользовался этим знанием в свою угоду.

— Хватит. Уйди, — попыталась увернуться.

Не ушёл, конечно же. Более того, к очередному выдоху прибавились губы.

Но лучше бы он меня ударил!

— Нет, — замотала головой. — Нет, — забилась в его руках, как пойманная птица. — Отпусти меня. Пусти. Я не хочу.

— Опять лжёшь, — криво усмехнулся Нияз.

Но отпустил. И отступил. Правда больше ничего мягкого в его лице по отношению ко мне не было. И не надо. Лишь бы он держался как можно дальше.

— Самой не надоела вся эта ложь? — поинтересовался муж уже грубо.

С моих губ сорвался всхлип. И я знала, что это ошибка, но не смогла смолчать. Не в этот раз.

— Я не лгала. Никогда. Это ты… ты так решил. Ты поверил. Им. Не мне.

Конечно же, я тут же поплатилась за эти слова. Нияз не просто оказался опять рядом, а заново прижал меня к стене.

— И снова ложь. Ты снова врёшь мне, Алия. Говоришь, не врала никогда, но именно это ты и сделала, — пророкотал на повышенных тонах.

Словно гром сотряс небеса.

— Неправда. Я не делала. Ничего. Я тебя любила. Любила, ясно тебе? Это ты… всё ты…

— Любила? — скривился Нияз, заставив замолчать. — Так любила, что бегала на свиданки к тому заезжему? Так ты меня любила, да, Алия? — грохотал не своим голосом.

— Нет! Никуда я не бегала! — воскликнула в сердцах.

— Не бегала? Я был там, Алия. В тот день. Я видел тебя. Видел. Собственными глазами. Как ты спешила к нему на встречу. И при этом нагло врала, что находишься у родителей.

— Ч-что? — переспросила я дрожащим шёпотом, глядя на него в ужасе.

— Что, теперь ты уже не такая самоуверенная? — съязвил муж, не скрывая брезгливости.

— Я… я не… не понимаю, — помотала головой.

На Нияза совсем стало страшно смотреть.

— Не понимаешь, значит? — ухмыльнулся зло. — Тогда я тебе с этим помогу.

Ещё не договорив, он схватил меня выше локтя и потянул за собой вниз по лестнице. И