Пошел нахуй, Розанов!

Ты ебаное ссыкло, Розанов!

Вали обратно в Россию, кусок дерьма!

И все в таком духе.

Илья мысленно улыбнулся. Ему это нравилось. Нравилось приезжать в разные города и разочаровывать толпы болельщиков команд противников на их домашних аренах по всей Северной Америке. Ему нравились оскорбления, освистывания, а больше всего — безмолвие толпы, настолько подавленной игрой его команды, что даже не удосуживалась освистать их. Обессиленная, униженная толпа. Илья любил это больше всего.

В Филадельфии толпа все еще шумела. Этот город нелегко было заставить замолчать. Илье предстояло потрудиться, чтобы добиться той великолепной, опустошенной тишины, которой он так жаждал.

Он сел на скамейку рядом с Брэдом Хаммерсмитом. В прошлом тот был форвардом. А еще ему оставалось не так долго до столетнего юбилея.

— Заводишь друзей? — поддел он Илью.

— Я играю в хоккей.

Хаммерсмит фыркнул.

Во время коммерческой паузы мимо скамейки запасных проехал один из защитников «Филадельфии».

— Продолжай в том же духе и увидишь, чем это закончится, Розанов, — пригрозил он.

— Я знаю, чем. Моя команда выиграет.

— Отсоси у меня, Розанов. — Это будет лучший минет в твоей жизни, сладкий. Илья игриво подмигнул ему. — Педик, — буркнул игрок.

Илья пожал плечами. То была полуправда.

Ну, или, может, процентов на тридцать.

В этот момент на экранах табло появился фрагмент матча «Монреаль» — «Оттава», который также проходил тем вечером. Холландер только что забил гол. Ну естественно.

Холландер принял быстрый пас и забил гол с нереальной точностью, которой славился. Илья видел, как он обнимал товарищей по команде, как его лицо озаряла широкая ликующая улыбка. Илья и сам улыбался, сидя на скамейке запасных в Филадельфии.

Что ж, теперь ему придется забить минимум два гола за оставшееся время.

Больше переводов в ТЕЛЕГРАМ-канале https://t.me/+Avo-Ls4fORkzZDMy

Октябрь 2016 года — Монреаль

— Джеки беременна.

Шейн резко остановился. Они гуляли в павильоне экосистемы залива Святого Лаврентия в Монреальском Биодоме (Монреальский Биодом — научный центр и экологический музей-зоопарк, совмещающий сразу пять миникопий экосистем: южноамериканский тропический лес, североамериканский лаврентийский смешанный лес, морская зона — из залива Святого Лаврентия, полярная зона Арктики и Антарктики — прим. пер.).

— Опять? — удивленно спросил он.

Хейден рассмеялся.

— Господи, ну спасибо.

— Прости! В смысле, поздравляю.

Хейден бросил на него полный иронии взгляд.

— Да, похоже, ты очень рад за меня.

Шейн жестом указал на коляску, в которой тот вез своего годовалого сына, а затем на трехлетних девочек-близнецов, с интересом заглядывающих в контактный аквариум.

— Ну, я имею в виду...

— Да, — вздохнул Хейден. — Я понимаю. Но Джеки счастлива. Вернее... она заебалась постоянно сидеть без мужа, так ей веселее.

Стоящий рядом отец с малышом лет трех укоризненно посмотрел на них.

— Прошу прощения, — скороговоркой извинился Хейден после чего вновь обратился к Шейну: — Мне нужно следить за языком. Джеки всегда так говорит.

— Издержки нашей профессии, — философски заметил Шейн.

— Я знаю, я... эй! Джейд, милая, не брызгай на сестру! Мне нужно завести дома штрафную коробку (или банка для ругательств — какая-то специальная емкость, куда человек, который позволил себе нецензурное слово, должен положить доллар в качестве штрафа при каждом подобном инциденте — прим. пер.) или что-то типа того.

— Не думаю, что ты можешь себе это позволить.

В плане брачных уз и отсутствия детей Шейн был в меньшинстве среди своих товарищей по команде. Большинство парней женились задолго до двадцати пяти лет. Хейден женился на Джеки в двадцать один, провстречавшись с ней всего год. Шейн был свидетелем их знакомства. Хейден затащил его и еще нескольких парней в ночной клуб, где и познакомился со своей будущей женой. Шейн тогда ушел с женщиной, с которой у него произошел один из самых неловких сексуальных контактов в жизни. Как звали эту очень терпеливую женщину... Оливия? Офелия?

Но Джеки была замечательной. Хейден сделал хороший выбор, женившись на ней. И их дети были очаровательны, хотя назвать близняшек Джейд и Руби казалось несколько странно (Джейд и Руби — второстепенные персонажи диснеевского мультсериала «София прекрасная» — прим. пер.).

— Спасибо, что поехал с нами, — поблагодарил Хейден, наклоняясь, чтобы подобрать пустышку, которую его сын Артур уронил на землю. Он быстро вытер ее о рубашку и сунул обратно в рот малышу. Шейн брезгливо поморщился, чего друг не заметил. — К нам в гости приехала сестра Джеки, они вместе хотели пройтись по магазинам и прочее дерьмо.

— Штрафная коробка, — напомнил Шейн.

— Точно. Шопинг и все такое. В любом случае, с этими тремя монстрами невозможно куда-то нормально сходить, так что я благодарен тебе за помощь.

— Без проблем, чувак.

Шейн искренне наслаждался. Биодом оказался отличным местом, куда можно прийти, не собрав вокруг себя толпу. Люди были настолько увлечены животными и заняты своими детьми, что не обращали внимания на других взрослых. Сам Шейн надел бейсболку и неприметную черную куртку, чтобы еще меньше выделяться. Пока что это удавалось.

— Вот черт, по-моему, Руби пытается вытащить морскую звезду. — Хейден подтолкнул коляску к Шейну. — Присмотри за Артуром секунду, ладно?

Он метнулся к контактному аквариуму и близняшкам. Шейн не успел даже открыть рот. Он опустился на колени перед коляской и ласково улыбнулся маленькому мальчику.

— Привет, дружок. Хорошо проводишь время?

Артур протянул ручку и ухватился за козырек его бейсболки.

— Пойдемте посмотрим на пингвинов! — предложил Хейден.

Он вернулся, неся в подмышках по близняшке.

— Пингвины! — завопили хором обе девочки.

— Пингвины! — повторил Шейн, хлопая в ладоши и пытаясь подражать их восторгу.

Хейден закатил глаза.

— Ладно, дети. Вперед за вашим старшим братом Шейном.

Он поставил на пол девочек, и каждая взяла Шейна за руку. У него сжалось сердце. Их ладошки были такими крошечными.

В павильоне Антарктики ему с Хейденом удалось присесть на скамейку, припарковав рядом коляску, пока близняшки наперегонки понеслись к стеклу, торопясь увидеть пингвинов.

— В общем, у Джеки есть подруга... — начал Хейден.

О, Иисусе. Опять началось.

— Нет, — отрезал Шейн.

— Я понимаю, но послушай. Она красотка, и сама по себе классная. И инструктор по йоге. Ты ведь любишь йогу, правильно?

— Уверен, она замечательная, но сейчас я не хочу ни с кем встречаться.

— С какого х… в смысле почему нет? Ты