— Мои дети. Мой сын. Я хочу, чтобы вы забрали моего сына.

— Не волнуйся. Мы постараемся, — Ростоцкий кладет руку мне на локоть. — Сейчас просто иди наверх и отдыхай.

Но как я могу отдыхать?

Как?

У Ростоцкого звонит телефон, он смотрит на номер, хмурится.

— Слушаю, Ростоцкий? М-м... Максим?

Глава 36

Кирилл

Как же эта чертова баба меня задолбала! И как же я близок к тому, чтобы убрать ее.

Лика с Ростоцким. Что он задумал?

Я знаю, что у Ростоцкого были связи с Лозицким, но вроде как они разошлись как в море корабли, я считал Рафаэля конкурентом, причем не слишком-то успешным.

Что сейчас?

Расклады поменялись? Или Рафа специально действует назло мне?

Я не хочу, чтобы Лика оставалась с ним. Я должен ее достать.

Но и Крис нельзя оставлять.

Я чувствую, что она что-то задумала, подошла к черте.

В последнее время я всё больше убеждаюсь в ее ненормальности. Она не просто неуравновешенная, легковозбудимая, импульсивная. Крис по-настоящему больна.

И в руках этой сумасшедшей суки мой бизнес, дело всей жизни.

Но самое страшное даже не это. Жизнь моих близких в ее руках.

Как я мог довести ситуацию до этого?

И Лозицкий тоже, старый дурак! Всё строил из себя хитрого лиса! В итоге оказался в жопе и меня на дно утянул.

И сдох как собака…

Сейчас мне его ни хрена не жалко, потому что он жил всегда как хотел. И часто действовал жестко, использовал незаконные методы.

Я тоже хорош, конечно, многое знал и закрывал глаза.

Лозицкий не грабил, не убивал лично. Но сколько людей были разорены из-за его действий? Скольких он оставил у разбитого корыта? К смерти скольких причастен? И как сумел втянуть в это и меня? Сейчас я хрен кому докажу, что не знал, был не в теме.

Мы вместе отмывали бабло. Вместе.

Получается, у меня тоже руки по локоть в дерьме.

И теперь какая-то мелкая шавка Кристина смеет мне угрожать.

Тварь.

И я должен к ней ехать.

И я должен делать вид, что все окей.

И даже трахать ее.

Может, к хренам всё? Свалить? Забрать семью, забрать бабло, которое смогу, и свалить?

Я могу обосноваться где-то за границей, надо только продумать где.

В принципе, у меня есть бабки в офшорах, есть тайные счета.

Да, депутатства мне не видеть, да и хрен бы с ним. Не очень-то и хотелось.

Просто сейчас этот мандат — охранная грамота для Лики.

Пока я могу манипулировать тем, что мне для выборов нужна жена — никакого развода, да и с Ликой всё будет в порядке.

Ведь так?

Снова звонок.

Опять Кристина. Черт, я собрался к ней ехать. Отвечаю, стараясь сделать тон нейтральным.

— Да?

— Ты не едешь ко мне — я решила сама приехать к тебе. Если гора не идет к Магомету, да? Открывай, Александров, у меня икра и шампанское.

Чтобы ты подавилась той икрой, гадина!

Сжимаю челюсти.

Что делать? Что мне делать?

Ведь эта тварь сейчас хочет не бабло, не компанию — она и так очень хорошо поживилась на дурачке Лозицком, завещание сделало ее очень богатой женщиной.

Деньги ей не нужны.

Ей месть нужна.

И я.

Горничная идет к двери — охрана уже сообщила, что ко мне приехали гости.

Черт, Макс в доме! Я совсем забыл о нем.

Не хочу, чтобы сын видел меня с этой шаболдой.

Надо было мне ехать к ней. Я продолбался.

Кристина заходит, походка чуть шатающаяся, она уже открыла шампанское и лупит прямо из горла. Сука.

— Ки-ир! Дорогой!

— Ты на хрена так убралась уже, Крис? И зачем ко мне притащилась в таком состоянии, а? Это мой дом! У меня тут ребенок, вообще-то!

— Ты задолбал, Александров! — тут же ощетинивается мелкая сучка. — Дом, семья, ребенок… Задолбал!

— Поехали, отвезу тебя домой.

— Никуда я не поеду, я хочу трахаться. С тобой. Понял?

— Ты совсем уже, Крис? С ума сошла?

— Я? Да! Я сошла! От тебя с ума сошла! Я думала, когда старик на тот свет отправится, ты будешь мой! Нам ничего не будет мешать! Мы с тобой — команда! Мы должны быть вместе. И я тебя люблю, а ты любишь меня. Ведь любишь?

— Крис… тормози!

Она подходит ближе, ее ярко-розовая шубка падает прямо на пол, под ней шелковое платье на бретельках, больше похожее на комбинацию. И чулки.

— Кирилл, ты меня любишь?

— Крис, в чем дело?

— Я хочу тебя, вот в чем дело. Ты со своими делами совсем обо мне забыл, ты…

— Твоего мужа похоронили два дня назад. Ты о чем? У меня с женой проблемы, с сыном, а ты…

— А я предлагала тебя избавить от всех проблем.

— Что?

— То, Кирилл, нет жены — нет проблемы!

— Хватит, Кристина! Ты прекрасно знаешь, что я не могу развестись. Выборы!

— Выборы, выборы, кандидаты пи… — ухахатываясь, поет она строчки известной песни, а у меня внутри всё клокочет от ярости.

Ругаю ее про себя самыми грязными словами.

Смотрю и представить не могу, как я вообще мог до нее дотрагиваться? Мерзкая дрянь.

— Прекрати, Кристина. Пойдем.

— Никуда я не пойду. Я хочу тут, у тебя, в супружеской постели, понял?

— Охренела в край? Крис?

— Я охренела? А может, это ты охренел? Может, ты забыл, что я могу тебя по щелчку пальцев в порошок? И ничего ты мне не сделаешь. Потому что в случае моей смерти вся информация о тебе и Лозе будет у кого надо. Ты лишишься всего. Но это еще хрен с ним. Те, кто за мной стоит — помогут! И останешься ты вдовцом… Кстати, а чего ждать?

— В смысле?

— Ну, развод влияет на выборы, а смерть супруги? Она может увеличить шансы на успех, Александров! Представляешь? Убитый горем кандидат в депутаты хоронит жену! Это будет бомба. Мандат обеспечен.

— Ты точно сошла с ума!

— А вот теперь нет. Я нормальна как никогда, и это отличный выход. Отправим на тот свет твою Лику, да? Есть способы. Никто не подкопается.

— Именно так ты избавилась от Валериана? Убила его?

— Ты что, Кир? Судмедэкспертиза однозначно показала на тромб, — она мерзко хихикает, — это, правда, стоило мне пару миллионов, но что мелочиться, да? Зато свобода!

— Ты его убила?

— Убила, закопала, на могиле написала.

— Кристина!

— Идеальное преступление, когда есть бабки. Слушай, у