В углу стоял Гас, скрестив руки. Рядом с ним Финн болтал с одним из братьев Ганьон. Наши семьи годами враждовали, и хоть я не сказал бы, что мы теперь друзья, после того как Финн стал встречаться с Адель Ганьон, напряжение между нами заметно спало.

Судя по всему, в зале собрались вообще все жители Лаввелла и даже кто-то из соседних городков.

— Где я, чёрт возьми, нахожусь? — прошептал я.

Вик похлопала меня по бедру, от чего по телу тут же пробежала искра.

— Лаввелл, Мэн. Пристегнись, красавчик. Будет жарко.

— Прежде чем мы перейдём к более увлекательным вопросам, — произнёс мэр, его голос эхом разнёсся под потолком, — мне нужно коснуться текущей ситуации с полицией.

По залу прокатился вздох.

— Как многие из вас уже знают, шеф полиции Соузу отстранили от должности на время расследования.

Некоторые кивали, другие выглядели шокированными. Я знал шефа с детства. Он тренировал нашу бейсбольную команду и ходил с моим отцом на рыбалку. Но в этом году он подсыпал наркотики моему брату Коулу и пытался подставить его, обвинив в разрушении хоккейной арены.

Слава богу за жену Коула. Благодаря быстрой реакции Виллы, нам удалось всё доказать. Она первой оказалась на месте и сразу взяла у него кровь на анализ — результаты не оставили сомнений: его действительно накачали.

По словам мамы, у Соузы нашли тот же препарат, что был в организме Коула. Теперь на него заведено дело, и проблем у него выше крыши.

Я много лет был отстранён от дел семьи. Возвращаться в это всё было непросто, даже дезориентирующе. Но я знал — мне нужно быть частью этого. Даже если придётся принять последствия поступков отца и то, как они повлияли на наш город и на нашу семью.

Он уже несколько лет сидел за решёткой. Но вопросов и подозрений всё ещё оставалось слишком много.

— С щедрой поддержкой штата, — говорил мэр Ламберт, — мы проводим аудит деятельности полиции. Это займёт около шести месяцев. За это время мы оцифруем архивы, проведём переобучение всего состава и назначим временного начальника. Я хочу заверить вас, что безопасность нашего города и его жителей остаётся для нас абсолютным приоритетом.

Я вытянул шею и нашёл глазами Коула. С его ростом не заметить его было просто невозможно. Он стоял рядом с трибунами, где сидела Вилла с родителями. Её отец был городским врачом десятки лет, пока она не заняла его место. Этот человек накладывал мне швы столько раз, что я уже сбился со счёта. Ещё одно напоминание о том, как давно я не был дома.

И о том, как многое изменилось. Отец в тюрьме, семейный бизнес продан, а наш город переживает куда более тяжёлые времена, чем когда я уезжал.

Но пока я чувствовал себя потерянным, болтающимся где-то между и изо всех сил пытавшимся найти своё место в жизни, мои братья справлялись куда лучше. Возможно, они прожили и проработали последствия поступков отца, пока я тушил пожары и жил в пузыре собственного незнания. Сейчас они были полноценной частью этого сообщества — с семьями, делами, карьерой.

Даже Джуд теперь выглядел счастливым. Он играл музыку, гулял с собакой, продолжал работать в семейной компании, которой теперь владела Хлоя — бывшая жена Гаса, а теперь его девушка.

Заседание продолжалось. Выступил ответственный за водоснабжение, монотонно рассказывая о запрете на полив газонов. Скауты отчитались о продаже цветов. А миссис Блейкли, под гул неодобрения со стороны миссис Дюпон, зачла план мероприятий на 4 июля.

Когда очередь дошла до Вик, она передала мне Тесс и уверенно направилась к трибуне. Её тёмные волосы струились по спине, а глаза светились.

Чёрт, я ничего не мог с собой поделать, она меня завораживала.

С широкой улыбкой она поправила микрофон. Мне бы в жизни не хватило духу говорить перед сотнями людей, а она выглядела так, будто чувствует себя как дома.

Она поблагодарила всех за участие в недавнем сборе средств и начала рассказывать о планах на летний благотворительный фестиваль. На прошлой неделе мы с ней сделали презентацию между сериями Schitt's Creek и коробкой макарон с сыром от Энни, которую разделили на ужин.

— Как вы помните, в прошлом году соревнование по рубке дров прошло с большим успехом. — По залу пронёсся свист и одобрительные возгласы, в основном женские.

Тесс захлопала в ладоши и закричала.

— Ик-ик!

Вик помахала ей в ответ с улыбкой.

— В этом году мы планируем добавить ещё больше активностей.

— Аукцион холостяков! — крикнула кто-то из зала.

Вик вцепилась в края трибуны и злобно уставилась на источник шума.

Люси Майерс, бывшая в школьные годы нашей поварихой, встала с громким вздохом.

— Мне сказали, что в этом году будет аукцион холостяков-лесорубов.

Несколько пожилых дам засвистели и заголосили.

Плечи Вик напряглись. Она покрутила шеей, словно сдерживая раздражение. Рядом со мной Джуд съехал пониже в кресле — всё-таки он был самым завидным дровосеком города. Я подсунул ему Тесс, чтобы отвлечь, и она сразу вцепилась ручками в его бороду и дёрнула.

— Я ценю ваши письма, звонки и электронные письма на этот счёт, — сказала Вик, сузив глаза, — но в этом году мы не будем устраивать аукцион лесорубов.

По залу пронёсся рёв недовольства, и плечи Джуда немного расслабились.

— Вместо этого мы расширим соревнования лесорубов и добавим несколько новых номинаций, в том числе и детский конкурс.

Реакция была более сдержанной.

— История и традиции Лаввелла связаны с лесозаготовкой. Развитие бренда лесорубов может привлечь туристов и дать нам экономический толчок.

После этих слов в зале поднялся интерес.

— У нас будет профессиональная демонстрация, и Реми Ганьон…

Зал взорвался аплодисментами в честь местной спортивной звезды.

На лице Вик заиграла облегчённая улыбка.

— Реми будет с нами, и мы пригласили других спортсменов со всего региона Новой Англии. Коул Эберт займётся разрешениями для бизнеса, так что если кто-то из вас хочет поучаствовать — пишите нам.

Десятки рук поднялись одновременно.

— А можно я выступлю с йодлем?

— Куда подавать петицию, чтобы лесорубы были без рубашек?

— Сколько туристов ожидается?

— Будет ли категория для пожилых?

Вик терпеливо отвечала на каждый вопрос и пролистывала слайды. Она объясняла финансовые расчёты, говорила, как плата за участие и продажа билетов помогут продовольственному фонду, и с каждой минутой в зале нарастало оживление.

Чем дольше длилась её презентация, тем ярче становилось её лицо. Это делало её ещё красивее. Её любовь к своему делу была видна каждый день.