Даже если он был расстроен, что мама не придет, мальчик и вида не подал.

– Малыш, прости меня, – Эви опустила сына на пол и виновато вздохнула. – Я знаю, как важен сегодняшний день для тебя и очень сожалею, что не смогу присутствовать.

– Для меня важнее, чтобы моя мама улыбалась, – Кайден яростно помотал головой так, что его светло-каштановые кудри разлетелись во все стороны. – Поэтому обязательно получи эту работу. А я отлично повеселюсь, обещаю.

Эви сморгнула слезы.

«Как же мне чертовски сильно повезло с сыном».

Он был самым добрым человеком, которого она знала.

Возможно, Эви из-за недостатка финансов и не могла дать ему все самое лучшее, но малыш никогда не жаловался.

В магазине, стоя рядом с игрушками, он всегда отводил взгляд в сторону и не было ни единого раза, чтобы он попросил маму что-нибудь ему купить, и это все разрывало Эви сердце. То, каким понимающим был Кайден. То, что она пока не могла позволить себе купить все, что хотел ее ребенок. Он заслуживал целые созвездия. Но в реальном мире мама едва могла купить ему хотя бы гребаный велосипед.

Это поменяется. Скоро.

Девушка собиралась усердно работать. Вцепиться ногтями и зубами и карабкаться, карабкаться, карабкаться наверх… Пока не достигнет вершины. Она обязательно обеспечит Кая всем, что только захочет ее мальчик.

Всем, кроме того, что Кайден мечтал заполучить больше всего на этом свете – папу.

«Прости, прости, прости меня…» – мысленно извинялась каждый день Эви, зная, что ужасно виновата перед сыном.

Она не наврала.

Не совсем.

Эви сказала, что его папа был хорошим человеком. Что когда-то они очень сильно любили друг друга. Что он был желанным ребенком. Она честно сказала: «Так получилось, Кай, что мы с твоим папой перестали друг друга понимать. Мне пришлось уехать, чтобы начать все сначала, а он пошел своей дорогой».

Эви опустиланебольшуюдеталь о том, что Дамиан понятия не имел о ее беременности.

Или о том, что он жестоко предал ее.

О том, что случилось с их семьями.

О том, что она по сей день собирает осколки своего разбитого сердца…

«Спасибо за то, что сделал меня неуязвимой. Потому что нельзя сломать то, что уже сломлено. Теперь я стала копией тебя, Дамиан. Можешь гордиться своей работой».

Эви слегка встряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, и взяла сына за руку.

Необходимо было подбросить его до театра, а потом привести себя в порядок и доказать компании, что они не ошиблись, пригласив ее на собеседование.

***

Несмотря на то, что Эви была достаточно уверенным в себе человеком, волнение скрутило живот, стоило ей переступить порог ресепшена.

«Не могу поверить, что я действительно здесь!»

Эви (как и любой человек, имеющий отношение к сфере адвокатуры) была наслышана об "Greenberg, Knight J. Corporation".

Это была глобальная юридическая фирма, предоставляющая широкий спектр услуг клиентам по сопровождению бизнеса мирового масштаба и разрешению юридических споров и задач.

Пару лет назад компания запустила международную инициативу, которая предоставляла юридическую помощь в регионах с недостаточным уровнем обслуживания.

Она не раз выигрывала громкие дела с политическими деятелями и бизнесменами, что в конечном счете превратило их в нерушимую империю, чьи филиалы были раскиданы по всему миру.

И у нее был вполне реальный шанс стать их частью.

Если стажировка пройдет хорошо, и она сумеет эффективно подготовиться к экзамену, получив адвокатскую лицензию, то, скорее всего, Эви пригласят в основной штат. Она сможет обеспечить сына, сможет стать более независимой, а главное – будет работать там, где мечтала всегда.

Эви нравилась адвокатура. Нравилось, что она могла помочь людям – мужчинам, женщинам, кому годно – защитить их права. Нравилось, что она могла исправить этот неправильный мир хотя бы на йоту.Восстановить справедливость.

Секретарь направил девушку в нужный кабинет. Поднимаясь в огромном лифте наверх, на пятнадцатый этаж, она сжала руки в кулаки, пытаясь справиться с волнением.

«Я объективно хороша в своем деле. Или они меня примут, или они круглые идиоты. Их потеря», – усмехнулась мысленно Эви, бросив взгляд на огромное зеркало, находящееся в лифте.

Оттуда на нее смотрела стройная девушка с волосами цвета самого яркого пламени, собранными в аккуратный пучок, и сияющими голубыми глазами. Эви не нанесла полноценный макияж, ограничившись тушью и помадой темно-персикового оттенка. Она надела черное платье-пиджак выше колена и обулась в свои любимые ботильоны на шнуровке, надеясь, что не слишком вышла за образ делового стиля.

Двери лифта открылись.

Эви уверенным шагом направилась в кабинет руководителя компании.

– Мисс Коллинз, – поприветствовал ее привлекательный мужчина, выйдя навстречу.

Девушка спокойно встретила его взгляд, пожав руку директору.

– Мистер Гринберг, – склонила она набок голову. – Спасибо, что пригласили.

– Прошу, садитесь, – махнул на стул светловолосый мужчина, пока обходил стол, чтобы сесть за свое место.

Он был достаточно высоким, с легкой щетиной на лице, одетый в дорогой костюм, немногим за тридцать.

Девушка сохраняла беспристрастное выражение лица – еще одно ее характерное качество – Эви умела приспосабливаться к любой ситуации и примерять нужную маску. Она где-то читала о том, что люди, которые быстро переключают эмоции, на самом деле глубоко травмированы. Этот феномен назывался «диссоциацией». И был связан с тем, что человек начинал воспринимать происходящее так, словно оно происходило не с ним. Он выключался из реальности. За счет чего интенсивность эмоций снижалась, и человек мог стать более «хладнокровным».

Несмотря на то, что Эви была очень вспыльчивой, в работе она всегда хорошо абстрагировалась и не позволяла эмоциями вскружить себе голову.

«Мое сердце погибло дождливой ночью пять гребаных лет назад…»

– Я ознакомился с вашим резюме и остался очень впечатлен. Юридическая школа в Беркли является одной из лучших не только в стране, но и во всем мире, – мужчина снова прошелся взглядом по бумагам, хоть давно выучил все, что касалось Эви Коллинз. – К тому же ваша дипломная работа заслуживает похвалы.

Девушка сдержанно улыбнулась:

– Благодарю вас.

– Расскажите про свою практику. Где вы ее проходили и что она в себя включала? – спросил мужчина, сцепив руки в замок.

– Я проходила практику в Вашингтоне