— Я просто хочу знать, счастлив ли он. — Он снял очки и стряхнул с них снег. — И да, я знаю, что это максимально неуместно.

— Потому что мог бы спросить его сам. — Я поправила шапку на ушах.

— Мог бы. — Его челюсть дёрнулась.

— Но он не ответит, да?

Рид покачал головой.

— Он… — Я пожала плечами, подбирая слово. — Он Уэстон. — Мы жили вместе пять недель, что не делало меня экспертом, но я узнавала его всё больше каждый день. И удержаться от того, чтобы не прикасаться к нему, становилось всё труднее — но брату это знать точно не стоило. Чёрт, мне стало жарко. — Ему не обязательно выглядеть счастливым, чтобы быть счастливым — если понимаешь, о чём я. — Я переступила с ноги на ногу, снег хрустнул. — Он не то чтобы мастер эмоциональных выражений.

Рид фыркнул. — Слабо сказано.

Звук лопастей разрезал воздух, и я подняла голову как раз в тот момент, когда вертолёт Уэстона показался над вершиной — достаточно низко, чтобы я видела раскраску, но достаточно высоко, чтобы не поднимать снежную бурю. Скорее всего, мне показалось, но будто бы он замедлился прямо над тем местом, где я стояла, прежде чем спуститься к вертолётной площадке.

— Надо признать, это чертовски круто, — пробормотал Рид.

— Невероятно — было бы точнее.

— У них было два тура утром и частный после обеда, — сказала я, заметив, что очереди больше нет, а подъёмник поднимает пустые кресла. День был закончен.

— Отличный старт для такого бизнеса. — Рид следил взглядом за Уэстоном, пока тот приземлялся. — Спустишься со мной? — кивнул он на кресельный подъёмник.

— Конечно. — Я перевернула табличку на штативе с фотографией на закрыто и пошла наверх. Мы были всего в сотне футов от подъёмника, но ноги горели, лёгкие ныли — летом я занималась только портфолио, а не походами.

Сотрудники отмахнулись нам, мы подошли к белой линии, и подъехало кресло. Я делала это миллион раз, но каждый чёртов раз боялась упасть и попасть в чей-нибудь TikTok.

Мы сели и поднялись над склоном — вдвоём, в пустой линии. Молчание стало неудобным секунд через двадцать. Дело было не в том, что я не любила Рида. Он был хорошим начальником — справедливым, внимательным. Но теперь я смотрела на него не только своими глазами, но и глазами Уэстона — и от этого становилось неловко. Он явно пришёл из-за того, что я живу с Уэстоном.

Щемящее сочувствие кольнуло в груди.

— Наверное, непросто, — тихо сказала я, взглянув на Рида. Черты, которые делали из него брата Уэстона, были очевидны: линия челюсти, скулы. Только Уэстон был… жёстче. Закрытее.

— Что?

— Когда он возвращается домой после стольких лет и всё ещё ведёт себя как упрямый, замкнутый… придурок по отношению к тебе. — Не то чтобы он этого не заслуживал, но я сомневалась, понимал ли Рид вообще, почему Уэстон так зол. Братьям нужно было когда-нибудь всё обсудить.

Рид рассмеялся, но это не был счастливый смех. — Как ты и сказала — он Уэстон. Я просто… — Он взглянул на горизонт и выдохнул так тяжело, что мне показалось, что он обрушит подъёмник. — Хочу знать, что он в порядке. Это я, по сути, заставил его вернуться.

— Он в порядке, — сказала я, вспомнив выражение его лица, когда мы летали на прошлых выходных. А потом — тот ужас, когда в ангаре мы оказались слишком близко. Притяжение между нами уже жило своей собственной жизнью. Моё тело чувствовало его всегда, когда он входил в комнату — будто воздух начинал гудеть. Я всё время нечаянно касалась его — проводя рукой мимо стакана, проходя на кухне… Напряжение в доме было оголённым проводом, готовым вспыхнуть.

— Надеюсь, — сказал Рид.

— Ты поднимался с ним? Летал?

Рид покачал головой. — Он едва меня в ангар пускает.

Я улыбнулась. — Тебе стоит попросить. Там, наверху… — Я пыталась подобрать слова, чтобы не выдать свои чувства. — Он в своей стихии. Словно внешние слои жесткости исчезают, и он просто… Уэстон.

Рид прочистил горло, и я почувствовала, как щеки вспыхнули. — Ава сказала, что ты поставила себе цель заставить его улыбаться. Я не знаю, благодарить тебя или предупредить.

— Не нужно ни того, ни другого. — Я посмотрела ему в глаза, приподнимая очки. — Он отличный парень, Рид. Он… надёжный. Добрый, хоть он и поспорил бы. Мягкий, когда нужно. И невероятно стабильный, несмотря на то, что я знаю его всего чуть больше месяца.

— Надёжный, — повторил он. — Да. Он всегда был таким — делал, что нужно, даже если не обязан.

Я промолчала. Во-первых, Рид был моим начальником, а во-вторых… если выбирать сторону, то я явно была на стороне Уэстона.

Мы уже почти приехали — лыжников под нами почти не осталось.

— Слушай, Ава хотела спросить, но я подумал, что должен я, — начал Рид, напряжённо сжав челюсть. — День благодарения через пару недель. Мы были бы рады, если бы вы пришли к нам.

Я рассмеялась — видя его насквозь. — В надежде, что я приведу Уэста?

— Уэста? — Его глаза расширились. — Похоже, ты правда его знаешь.

Улыбка сошла с моего лица. — Не могу обещать, что он придёт, — сказала я. — Но постараюсь.

Облегчение осветило его черты. — Спасибо.

Мы сошли с подъёмника, и моё сердце подпрыгнуло, когда я увидела Уэстона и Саттон — они ждали меня. На его губах была улыбка от чего-то, сказанного Саттон, и она размахивала руками, пока мы с Ридом подходили.

— Привет, мам! — замахала Саттон руками в варежках. В этом году она выбрала неоново-розовые, и я знала, что пройдет всего пара недель, прежде чем их придется заменить. Этой осенью ей понадобились новые ботинки, новые лыжи и вся новая зимняя экипировка после летнего скачка роста, но её улыбка стоила удара по моему бюджету.

Уэстон улыбнулся, но улыбка исчезла, как только он посмотрел на Рида, а затем повернулся ко мне.

— Подумал, что тебе, возможно, понадобится подбросить тебя домой, — сказал он, — а вот эту я нашел слоняющейся.

— Я не слонялась! — рассмеялась Саттон. — Я выбрасывала стакан из-под какао в мусорку!

— Как прошел твой первый день на склонах, Саттон? — спросил Рид.

— Отлично! Я каталась с Максом утром. Он никогда раньше здесь не катался, поэтому я показала ему все лучшие трассы. Он уверенно стоит на укатанных тропах, но в лесу ему еще нужно потренироваться. — Она сморщила нос.

— По крайней мере, честно, — пробормотал Уэстон, уголок его рта дернулся в улыбке.

— И я пришла к Рейвен к десяти, чтобы помогать новичкам, как и обещала, —