— Нас всё устраивает, — сказал Рис, и в голосе его прозвучала лёгкая раздражённость. — К тому же ты знаешь, что её мать мне не по душе.

Отец усмехнулся. — Я пару раз встречался с этой Керри Моран. Даже святой терпение бы потерял.

— Вот именно, — ответил Рис. — Так что меня всё устраивает.

— Да, но когда вы, наконец, поженитесь? Будете и дальше по воскресеньям ходить порознь?

Рис пожал плечами. — Не вижу причин менять привычки только потому, что женимся.

— Оставь его, дорогая, — сказал мой брат, бросив на жену значительный взгляд. Не уверен, что именно он хотел этим сказать, но, думаю, это была их супружеская немая перепалка.

— Ну что, кто-нибудь из вас видел тот фильм по телеку вчера вечером? — спросил папа, ловко сменив тему. — Не помню названия, но главный актёр уже в первые пять минут показал всё своё добро. Я тогда подумал: вот уж чего не ожидаешь увидеть после новостей.

Почти все разразились смехом. Я взглянул на Мэгги — она улыбалась, держа на вилке морковку.

— Ты уверен, что не помнишь название, Юджин? — спросила Доун, вытирая слезу со смеха. — Чтобы я добавила в свой список для просмотра.

— Вылетело из головы, — ответил папа, уголки его губ дрогнули в улыбке. — Но если вспомню — напишу тебе сообщение.

Оставшаяся часть ужина прошла гораздо лучше — разговор лился легко, атмосфера стала непринуждённой. Мэгги всё время сидела рядом со мной, и я наслаждался её близостью.

Что же такого во мне вызывала эта женщина? Не то чтобы у меня стояли толпы женщин у двери, но если бы я захотел девушку, уверен, смог бы найти. Так почему же меня так тянуло к этой загадочной попутчице с автобуса?

Найджел ушёл раньше обычного, сославшись на то, что нужно доделать работу к завтрашнему дню. Он попрощался со всеми, в том числе и с Мэгги, хотя я всё равно заметил между ними напряжение. Меня раздражало, что именно сегодня, из всех дней, он решил быть в дурном настроении — в тот момент, когда я хотел, чтобы он произвёл хорошее впечатление. Мне хотелось, чтобы Мэгги понравились и мой лучший друг, и моя семья.

Мы все, как обычно, помогали убирать со стола. Мэгги попыталась помочь, но я не позволил ей — она ведь гостья. Вскоре ушли и Рис, и Росс с Доун и детьми. Доун быстро обняла Мэгги, сказав, что рада была познакомиться.

Ну, хоть кто-то умел быть вежливым.

Она поднялась наверх, чтобы воспользоваться ванной, а я остался на кухне с отцом — мы убирали последние тарелки.

— По-моему, всё прошло неплохо, — сказал он, и я вопросительно приподнял бровь. — Что? Всё ещё злишься из-за того, как повёл себя Найджел?

Я кивнул и нахмурился, потом взглянул в окно, где Дэниел с восторгом гонялся за старым регбийным мячом, разорвав его в клочья. Меня всегда удивляло, как сильно моя собака могла радоваться самым простым вещам.

— Знаешь, Найджел всегда немного ревновал тебя, — сказал папа. — Вы ведь друзья с пяти лет, и он терпеть не мог, когда кто-то ещё пытался с тобой подружиться.

— Это неправда. Он был добр с Эмер, — показал я жестами.

На лице отца появилось странное выражение. — Да, пожалуй, даже слишком добр.

Я нахмурился ещё сильнее. — Что ты имеешь в виду?

Папа шумно выдохнул.

— Да ничего. Забудь. Не понимаю, зачем мы вообще говорим о твоей бывшей, когда наверху сидит красивая девушка, которая, по-моему, явно к тебе неравнодушна.

Я сразу насторожился и обо всём забыл. — Ты думаешь, я ей нравлюсь?

Улыбка отца стала мягкой. — Да, сын, думаю, нравишься.

В этот момент я услышал, как Мэгги спускается по лестнице, и вышел в прихожую, чтобы встретить её внизу.

— Привет, — сказала она, потом посмотрела на куртку, висевшую на вешалке. — Уже поздно, мне пора.

Я поднял руку, прося подождать, и пошёл к задней двери за поводком Дэниела. Его голова мгновенно вскинулась, как только он увидел поводок — подбежал ко мне и сел, терпеливо ожидая, пока я пристегну его ошейник. Когда мы вернулись, Мэгги уже стояла у входной двери.

— О, — выдохнула она, глядя то на собаку, то на меня. — Ты проводишь меня домой?

Я кивнул и быстро показал жестами: — Если ты не против?

Надеюсь, она помнила знаки, которые я показывал ей в автобусе на прошлой неделе. Я увидел, как она задумалась, будто стараясь вспомнить, а потом кивнула, снова встретившись со мной взглядом. — Не против.

Я опустил поводок и подошёл к вешалке, чтобы достать её куртку. Жестом попросил повернуться, чтобы помочь ей надеть её, и она послушно сделала это. Когда она стояла ко мне спиной, я собрал её мягкие, шелковистые волосы в руку, чтобы не прищемить их, и накинул куртку на плечи. Мои костяшки случайно коснулись её шеи — я услышал лёгкий вдох. Что-то сжалось у меня в груди от этого звука — короткого, удивлённого. Она просунула руки в рукава, и я неохотно отпустил её волосы. Они рассыпались по спине, когда она повернулась ко мне, глаза её сияли.

— Спасибо, — сказала она, и я кивнул, стараясь не показывать, как сильно мне понравилось это прикосновение. Я надел пальто, взял поводок и подошёл к двери.

Я открыл её, жестом приглашая Мэгги выйти первой. Она вышла, я последовал за ней, а Дэниел, как всегда, шёл у ноги — послушный, не тянущий поводок. От Мэгги веяло лёгким цветочным ароматом, когда она шла рядом. Вечер был прохладным, по улице гуляли люди, кто-то ехал на велосипеде. Лёгкий холод касался шеи и ушей — напоминание, что зима уже близко.

— У тебя очень милая семья, — сказала Мэгги, затем нахмурилась. — Как давно вы с Найджелом дружите?

Я посмотрел на неё мягко, извиняясь взглядом за его поведение, и поднял пять пальцев.

— Пять? — переспросила она. — Пять лет?

Я покачал головой. Она прикусила губу, задумавшись.

— Ну, точно не пятьдесят — ты ведь ещё не настолько стар, верно? — улыбнулась она, и я ответил тем же. — А, значит, с пяти лет? — Я кивнул, и её глаза округлились. — Вау, это долго. Я не поддерживаю связь ни с кем, кого знала в том возрасте.

Я пожал плечами, желая объяснить, что Найджел — парень неплохой, просто неудачно себя повёл. В школе он всегда был за меня горой, защищал, когда кто-то пытался дразнить за немоту. Потом я вырос, стал крупнее — и дразнить перестали. Мне больше не нужна была его защита, но мы всё равно