К паху.

- Рит, если я тебя поцелую, ты мне врежешь по морде?

Он не мог не задать этот вопрос.

Ответ прекрасно знал, и всё-таки спросил.

- Врежу, - сразу же ответила Рита, после чего последовала небольшая пауза в прикосновении диска к лицу.

И сама она напряглась. Несколько раз быстро-быстро моргнула.

- Но целуй.

Второй раз говорить ему не надо.

Он мог бы, конечно, тормознуть.

Свести к шутке…

Не стал.

Быстро подался вперед и прижался к сладким губам Риты, упорно пахнущими не алкоголем и салатом, а чем-то вкусным. Клубникой. Ягодами, летними травами. И теплом.

Ему точно пора завязывать с выпивкой, и даже плевать на то, что куранты не пробили полночь. Руки в ноги и идти спать – вот что ему надо в срочном порядке сделать, раз романтическая хрень все сильнее забирается в голову.

Иначе быть беде.

Не романтик он.

Здесь другое.

Только что?

***

Рита не знала, чего ожидала от поцелуя.

В целом от своего сумасшедшего порыва.

Но назад дороги не было. Раз сказала.

Мужчина припал к её губам. Прижался, а потом резко подался назад, наигранно прищурившись и даже состроив гримасу.

- Теперь бей, - полушутливо бросил он, не отрывая от неё взгляда и не отодвигаясь.

Их тела почти соприкасались.

У Риты от удивления распахнулись глаза.

И это что – всё?

Как оказалось, нет.

И как оказалось, мужчине хватило её заминки, а, может, что и на лице отразилось, потому что он повторно подался вперед, обхватывая её затылок пятерней и направил к себе навстречу.

Рита ничего не успела ни подумать, ни понять. Удивление сменилось куда более серьезными эмоциями, которые не заставили себя долго ждать вместе с страстным прикосновением Савелия.

Это был взрыв. Извержение вулкана. Что-то ещё…

Последнее, что Рита увидела, прежде чем её глаза закрылись, были плечи Савелия. Акцент сместился на них. Чтобы сразу же уйти выше – к губам. К щетине, что царапнула кожу Риты. К языку, который беспринципно и нагло вторгся в рот Риты, вынося разумные доводы прочь и показывая, что игра закончилась.

Теперь пришло время настоящему поцелую.

Её целовали. Страстно и жадно. Трепетно и властно. Обводили контуры губ, захватывали, тянули. Толкались вперед языком, находили её. Кружили, вызывая в теле реакцию.

Где-то на задворках сознания всколыхнулась мысль, что вчера этот мужчина поимел её против воли, обошелся с ней не должным образом, а сегодня что? Она всё забыла и готова рухнуть в объятия незнакомца?

Другая мысль последовала сразу же – что об этом незнакомце она знает уже немало! Даже паспорт его видела.

И эти губы… Разве они могли быть губами насильника?

В голове все перемешалась, Рита уже ничего не понимала. Она устала от одиночества и страха, от неопределенности. В груди полыхал пожар, тело невольно откликалось на чужие прикосновение. На то, как он держал её, как сжимал затылок. Что происходило сейчас с ними? С ней?

Страсть? Вожделение? Сработала химия?

Что?

Рита постыдно призналась, что ей нравятся губы Савелия. Не сам он. Нет-нет. Никаких отношений. Никаких мужчин.

Пройдет метель, и она уедет к Але. Забудет о новогодней ночи, о том, что было перед ней. И об этом Мартыненко, от взгляда которого в душе поднимался вихрь.

Глухо застонав, Рита заерзала, выгнулась. Инстинкты вели её дальше, в пучину похоти, которая уже распространялась по крови, идя в разрез с логикой и с принципами девушки.

Язык Савелия вытворял с ней невероятное. Разве можно вспыхнуть от одного поцелуя? И почему так сладко? Потому что ново? Потому что феромоны другие? Другой запах?

Она шарахалась от мужчин! Не желала никого, кроме мужа. А сейчас задыхается от поцелуя. И ей нравится! Вот от чего диссонанс звучал не только в голове, во всем теле.

Их тела почти соприкасались. Расстояние между ними было минимальное. Сдвинься Рита еще немного и её грудь коснется мужчины.

Куранты, начавшие отсчет последней минуты, ворвались в сознание и заставили молодых людей оторваться друг от друга.

Они оба дышали тяжело, точно не целовались, а сдавали норматив по бегу.

Савелий смотрел на Риту совершенно невменяемым диким взглядом. И от его взгляда взрывались петарды. Разве может мужчина смотреть так? Его глаза пылали от сдерживаемой страсти, ноздри раздувались от возбуждения, грудь ритмично поднималась и опускалась. Он пытался обуздать желание, что рвалось наружу.

Рита несколько раз моргнула и слабо улыбнулась, не зная, как вести себя дальше. Безумие отступало, реальность возвращалась.

- С Новым годом, Рита.

- С Новым годом, Савелий.

- Ещё есть время для желания.

- Есть…

- Загадывай.

- А ты?

- Ну-у, - протянул он, не смягчая взгляда. – Тоже, наверное, надо. Но я большой мальчик и давно не верю в чудеса.

Внезапно Рите стало принципиально важно, чтобы он загадал желание. Она и сама давно не верила в чудеса, особенно, учитывая, что произошло в её жизни за последние месяцы. Хотя, как посмотреть. Говорят же, что всё, что ни делается – к лучшему. Спорное выражение, но пусть сегодня оно окажется верным.

Рита, едва не запутавшись в своих ногах, ринулась к столу. Хорошо, что они не до конца осушили бокалы. Она схватила своё и Савелия. После чего быстро протянула мужчине.

- Загадывай! – приказала она.

А у самой зашумело в ушах.

Успели? Успели же?

Да. Должны.

Взгляд мужчины изменился. Губы тронули едва заметная не то усмешка, не то улыбка. Но Мартыненко послушно осушил бокал под завершающийся отсчет последней минуты уходящего года.

- Пусть всё будет, Рит, - глухо с вибрирующими интонациями в голосе произнес Савелий, вставая рядом с девушкой.

- Да, Сав, пусть всё будет.

Она не отвела взгляд.

ГЛАВА 11

Интересно, а сколько бы знакомых поздравили Риту с наступившим Новым годом, работай у неё телефон?

Девушка с грустью констатировала, что большинство знакомых у неё – это знакомые и друзья Филиппа. А её, личные?

Савелию в очередной раз позвонили, и Рита едва ли не скрежетала зубами.

От зависти. Да-да. Чего уж тут скрывать…

Весь день – тилинь-тилинь. То сообщение, то звонки. Мир сошел с ума, или все проснулись разом и, похмелившись, решили душевные беседы вести? Сам Савелий, кажется, был не прочь потрепаться по телефону.

Почему Риту это так злило? Хороший вопрос.

Может, потому, что она рассчитывала на его внимание, а её поставили в игнор?

Так, что ли, получается?

Но зачем ей внимание Мартыненко? Нарываться на дальнейшие неприятности? А они будут… Если он её ещё раз поцелует.

Что вчера было? Помутнение? Излишки алкоголя? Зачем ей сдался его поцелуй! И Алька, зараза, подлила масла в огонь.

Та сразу, после того, как узнала о изменах Фила, заявила, что и ей срочно нужно с кем-то переспать. И не назло. А потому что пора идти дальше. Мол, нечего зацикливаться на одном мужике, который, оказался, недостойным козлом.

Секс с другим мужчиной у Риты случился. Только радости принес мало.

Скорее, шок.

И какое-то странное продолжение.

Первое января для Риты выдавалось грустным. До трех ночи бабахали салюты, периодически освещая небо яркими красками. Рита долго не могла уснуть. Всё думала, думала. Днем легче не стало.

Праздничная ночь закончилась. Вставал острый вопрос – что дальше?

Она загостилась у Савелия. Пора вроде бы и честь знать, но куда идти?

Вид из окна не внушал оптимизма. По-прежнему, валил снег. Если бы Рита оказалась в снежном плену с мужем год назад, чтобы она чувствовала? Наверное, радость и вдохновение. Счастье, что она с любимым одна, и у них есть время для себя.

Рите пока не удавалось не откатываться в прошлое, что было плохо.

- Давай, Сань, увидимся. Конечно! – Савелий завершил разговор и посмотрела на Риту. – Что сидим, притихши?