Все это она выпалила на одном дыхании.

Мне вдруг показалась ее речь чересчур нервной и не совсем искренней, но, возможно, Оксана была права, и я просто не видела всей правды. Ведь подобные сомнения в моей голове были и раньше, а теперь их подтвердил еще один человек.

А еще меня неприятно поразила новость об излишней агрессии Матвея. Внешне он производил впечатление человека доброго и открытого, но что я могла о нем узнать за такой короткий период знакомства, он мог легко скрывать свой истинный характер. И еще не закончив абьюзивные отношения с мужем, мне совсем не хотелось погружаться в следующие.

Оксана внимательно наблюдала за переменой моего настроения, а потом добавила:

— И главное, не забывай про возраст, женщины стареют быстрее мужчин. Очень быстро ты увянешь, а у него будет самый расцвет сил. Конечно, он начнет ходить налево, но будет тебя жалеть и скрывать. Печальная участь, ничего не скажешь. Ладно, побегу, много дел. Спасибо за кофе, — с этими словами Оксана выпорхнула за дверь, а я осталась наедине со своими мыслями.

Сомнения навалились на меня с новой силой. Все то, чего я так боялась, озвучила Оксана.

Зазвонил телефон — это был Матвей.

— Привет, Карина! — весело проговорил он. — Настроение шикарное, поехали сегодня кататься на аттракционах и есть мороженое? Я угощаю.

Мое внутреннее состояние совершенно не способствовало веселью.

— Не хочется, Матвей, давай в другой раз, — вяло ответила я.

— Ты не заболела? — встревоженно спросил Матвей, — хочешь, я приеду?

— Нет, не надо, а хотя... Приезжай сегодня ко мне, есть разговор.

— Мне не очень нравится твой тон, но я приеду, надеюсь, ничего серьезного не произошло. До вечера, — он повесил трубку.

Я позвала Матвея в гости, потому что решила, что это будет наш последний вечер вместе. Наши отношения были невозможны по ряду причин, и я решила порвать с ним это зарождающееся чувство между нами сейчас, чтобы потом не было слишком больно.

Я приняла ванну, накрасилась, а волосы оставила свободно лежать на плечах. Надела новый голубой комбинезон без рукавов и босоножки. Накрыла на стол, достала бутылку вина — окончание отношений тоже следовало отметить, и принялась ждать Матвея.

Он не заставил себя долго ждать и без стука вошел в калитку. В очередной раз я залюбовалась его статной фигурой и красивым лицом. Он, не останавливаясь, подошел ко мне и хотел обнять, но я жестом руки отстранила его.

— Не надо нежностей, — произнесла я медленно, — давай лучше присядем.

Матвей выглядел настороженным и озадаченным:

— Что случилось, Карин? Мы вроде только начали сближаться, я думал, наши отношения развиваются, но сегодня ты снова холодна и неприступна, в чем дело?

— Ничего особенного. Сегодня я позвала тебя, чтобы сказать, что между нами ничего быть не может...

— Ты уже это говорила, но я тебе ответил, что не отступлю, потому что ты мне очень нравишься и я хочу быть с тобой, — Матвей говорил очень эмоционально, глаза его сверкали.

— Нет, Матвей, я все решила за нас двоих, — устало сказала я, избегая смотреть ему в глаза, — я поняла, что ты мне не нравишься, извини, но быть с тобой я не хочу.

Он недоуменно смотрел на меня, казалось, до него с трудом доходил смысл моих слов:

— Этого не может быть, — почти шепотом произнес Матвей, — я же чувствую бешеное притяжение между нами. А то, что было с нами в поезде? Это же была фантастика...

— Это был просто секс по пьяни, — я постаралась произнести эти слова спокойно, хотя внутри все переворачивалось от вранья. Но рвать все между нами надо было жестко и беспощадно, а потому я старалась держать себя в руках из последних сил.

— Так вот, оказывается, что это было для тебя? А я-то, дурак, подумал, что встретил необыкновенную женщину, что мы с тобой как две половинки одного целого, выходит, я ошибся?

— Да, Матвей, ты ошибся, — хрипло произнесла я, прогоняя подступающие слезы, — а теперь уходи навсегда и, если сможешь, прости. И я отвернулась.

Несколько минут за моей спиной стояла безмолвная тишина.

— Прощай, Карина, — тихо и как-то безжизненно произнес Матвей. Через секунду калитка захлопнулась.

Вот и все...

Я забежала в дом, захлопнула дверь и бросилась на кровать. В этот момент краски дня для меня померкли.

Глава 17

Пару дней я почти не вставала с кровати, то спала, то просто смотрела в потолок.

Матвей больше не звонил, он поверил мне и ушел.

Я ведь добивалась именно этого. По иронии судьбы я только сейчас поняла, что по уши влюбилась в него. Головой я осознавала, что это чувство невозможно, но ничего не могла с собой поделать. Я скучала по Матвею, каждую минуту вспоминала его образ, нежные слова, прикосновения.

На третий день я поднялась с постели.

Накинула кофту, вышла в сад, присела на скамейку.

У соседей сын Юлии Борисовны Роман красил забор. Увидев меня, он махнул мне рукой, подзывая к себе поближе. Собрав остатки сил, я подошла к нему.

— Приветствую соседку, — доброжелательно пробасил он, — ты чего бледная такая, не заболела?

— Нет, — качнула я головой, — просто не выспалась. Ты хотел о чем-то поговорить?

— Да спросить хотел, ты Оксанку не видела? Два дня уже дома не ночует, телефон выключила, мать волнуется, вы с ней вроде сдружились, вот я и подумал, может ты в курсе?

— Нет, я не знаю ничего, она мне не звонила. Может на работе кого подменяет, сходите в бар, вдруг она там?

— Да был уже утром, ни ее, ни босса уже два дня никто не видел. Ладно, не буду тебя задерживать, будем дальше искать, если что-нибудь узнаешь, сообщи, пожалуйста, — и он зашагал в сторону дома.

Я окаменела.

Это было очень странно, ни Матвея, ни Оксану никто не видел уже два дня, они исчезли как раз примерно после нашего расставания.

Совпадение?

Возможно да, а быть может и нет.

Весь день я не находила себе места, звонила им обоим, наплевав на гордость, но телефоны не отвечали, ходила из угла в угол, пыталась сама себя успокоить, что мне нет никакого дела до того, где находятся Оксана и Матвей, а самое главное,