— Это отвал башки, — на полном серьезе выдыхает подруга, — кем бы он ни был, я ему не завидую.

— Я тоже, — смеюсь в ответ, и с пакетами наперевес заворачиваю на парковку.

— Уля, подожди, — несется за мной Злата на своих десятисантиметровых каблуках, — ты же понимаешь, что к такому образу нужна прическа и вечерний макияж.

— Черт. Ты уверена? — морщусь, потому что на это придется потратить не меньше двух часов моего времени.

Ярик, ты слишком дорого мне обходишься. И это, не считая цен на новые шмотки, потому что больше всего я ценю свое свободное время.

— Конечно, уверена. Вялый пучок на голове, который ты так любишь делать, здесь не прокатит.

— Чего это он вялый? У меня шикарные волосы.

— Ну, а кто спорит. Просто за ними надо уметь ухаживать.

— Ладно, я поняла. Поехали уже, — с этими словами закидываю пакеты на заднее сидение и сажусь за руль.

Хорошо, что салон, который выбирает подруга, находится практически в шаговой доступности. На дорогу тратить время не нужно. Пока мне делают прическу, Злата замечает, что и маникюр неплохо бы обновить.

И чего спрашивается докопалась, я его неделю назад делала. Он, видите ли, теперь к платью не очень подходит. Я в раздражении закатываю глаза, но соглашаюсь.

На все про все у меня уходит три часа драгоценного времени, поэтому из салона я выхожу злая и очень уставшая. Ну, держись, Ярик, не завидую я тебе сегодня.

Глава 7

Поддерживать положительный настрой в ожидании вечера мне помогает только тот факт, что Ярика я доведу до белого каления и насовсем отобью желание шантажировать меня всякими там нелепыми фотками.

Хорошо, что Мирон уезжает на какую-то встречу и вернуться обещает только на следующий день. Я даже не уточняю, что это за работа у него такая, что на нее нужно уезжать с ночевкой. Мне бы самой остаться незамеченной. Не хочу, чтобы брат знал о том, что я ходила с этим болваном на ужин.

Принимаю ванну с ароматическими маслами, чтобы поднять себе настроение и максимально расслабиться. У меня от природы красивая смуглая кожа, поэтому особых усилий по уходу не требует. Немного поправляю макияж, который сделал мастер, и прическу, только потом начинаю одеваться.

Хорошо, что подруга настояла на покупке тонкого, как паутинка, белья. С этим платьем другое не подошло бы. А вариант идти в загребущие лапы Ярослава совсем без него, я не рассматриваю. Дразнить тоже нужно уметь, один неверный шаг и начнутся необратимые процессы.

Без пяти восемь мне приходит сообщение о том, что этот неотесанный принц уже ждет меня у ворот. Смотрюсь еще раз в зеркало, поправляю помаду и, прихватив сумочку, выхожу из дома.

Едва я появляюсь в поле его зрения, сразу жалею, что заранее не включила камеру. Потому что такие моменты однозначно должны остаться в моем телефоне на память, чтобы периодически их пересматривать.

Ярик вытягивает шею, как желторотый птенец, и таращится на меня, приоткрыв рот. Еще чуть-чуть и изо рта начнет капать слюна. Глаза размером по пятаку, а в их непроглядной темноте отражается шок и немое восхищение.

Пожалуй, завтра стоит извиниться перед Златой за свое поведение и нетерпение. И даже подарить коробку любимых конфет. Без ее прямого участия такого эффекта бы я не добилась.

— Привет, — легкомысленно произношу и грациозно опускаюсь на пассажирское сидение, — мы поедем или у тебя случился паралич лицевого нерва? Может, ты не ешь после шести в связи с преклонным возрастом или просто передумал? Я приму любой вариант. Мне есть чем заняться по вечерам.

— Не дождешься, — отмирает Ярослав, — просто не ожидал, что такая пацанка, как ты, может хоть иногда выглядеть прилично.

Вдогонку к его шоковому состоянию, решаю добавить еще немного спецэффектов. Сажусь так, чтобы разрез на платье разошелся в стороны, обнажая ноги в кружевных чулках.

Ярик начинает удушливо кашлять, а я злорадно улыбаться. А когда машина срывается с места с резким визгом шин и скрипом его зубов, начинаю думать, что, наверно, не стоило на него вываливать все сразу, нужно было дозировать. Нам ведь еще до ресторана как-то добираться.

Стараюсь незаметно подсматривать за мужчиной рядом, и замечаю, как сильно он сжимает руль руками. Кажется, он оказался более восприимчивым, чем я думала. Не то, чтобы я жалею, что так вырядилась, но теперь главное, чтобы эта игра не переросла во что-то опасное и непредсказуемое для меня.

На нем сегодня идеально сидящий костюм и сногсшибательный парфюм, а еще он очень красивый мужик, поэтому на него невозможно не реагировать. По крайней мере мой организм оставаться полностью равнодушным отказывается. Это настораживает, но я стараюсь взять себя в руки и успокоиться. Ресторан, это общественное место. Почти всегда людное. Не оприходует же он меня прямо на столе посредине зала.

До ресторана добираемся молча, каждый глубоко в своих мыслях, а когда останавливаемся, я понимаю, что Ярик тоже неплохо подготовился. Столик в таком ресторане получить не просто, его нужно бронировать минимум за месяц. Значит, у него, как и у моего брата, везде есть связи.

Внутри очень уютно и совсем немного посетителей, но кажется меня это уже не напрягает. Пока администратор ведет нас к столику, Ярослав сначала перехватывает мою руку и переплетает пальцы, а потом и вовсе, чтобы помочь сесть, обнимает за талию. Делаю резкий вдох и чувствую, как молниеносно по телу разлетаются мелкие импульсы. Незаметно веду плечами, чтобы стряхнуть с себя наваждение, и делаю вид, что отвлекаюсь на телефон.

Только этого мне не хватало. Я не собираюсь в него влюбляться, более того, не желаю испытывать к нему даже мимолетную симпатию. С первого взгляда понятно, что он непростой человек и достаточно скрытный, а если копнуть дальше, боюсь даже представить, на какие сюрпризы там можно нарваться.

Беру в руки папку меню и полностью туда погружаюсь, потому что чувствую, как пристально меня разглядывает Ярослав. Если раньше в машине он сидел сбоку, то теперь в ресторане в упор прожигает меня глазами. Я его взгляд чувствую каждой клеткой своего организма, он проникает глубоко под кожу и оседает внутри легким трепетом.

— Выбрала? — спрашивает лениво, с легкой ноткой превосходства. Видимо думает, что я в таком месте первый раз. Уверен, что в силу своего возраста, я бываю только