Игорь, все еще не веря своим глазам, с трудом сглотнул и выдавил, глядя прямо на нее:

— А я смотрю, вы тоже умеете удивлять… — его голос дрогнул, а в словах явно читался намек на ее неожиданную готовность и отсутствие белья.

В ответ Виктория Викторовна лишь скользнула кончиками пальцев вниз, к своей влажной киске. Она чуть раздвинула нежные, уже блестящие от возбуждения губки, открывая взгляду набухший, упругий клитор.

— Меньше слов… — тихо, но властно прошептала она.

Игорь резко договорил, понимая, к чему она клонит:

— … ближе к делу… Ага.

Он тут же опустился на колени перед ее креслом. Решив продолжить игру, он раздвинул ее ноги чуть шире, обнажая ее дырочку полностью, и с хитрой ухмылкой прошептал:

— Ну что, соскучилась по моему язычку?

Она в ответ лишь коротко и раздраженно цокнула, но в ее глазах плясали искорки нетерпения. Наклонившись вперед, она запустила пальцы в его волосы, нежно, но неумолимо направляя его голову вниз, к своей пылающей от желания промежности.

Игорь не заставил себя ждать.

Едва его лицо оказалось в сантиметрах от ее горячей дырочки, он высунул язык и без прелюдий провел им по всей длине ее щели, ощущая солоновато-сладкий, знакомый и пьянящий вкус ее возбуждения. Он тут же вошел в ее мокрую, готовую дырочку, погружая язык внутрь, и из ее груди вырвался сдавленный, глубокий стон, от которого все ее тело слегка затрепетало.

Игорь принялся умело работать языком, исследуя каждую складку ее горячей, бархатистой плоти изнутри. Он чувствовал, как она пульсирует вокруг него, сжимаясь в ответ на каждое движение. Через мгновение он чуть отстранился, и с его губ до подбородка тянулась тонкая, блестящая нить ее соков.

Не давая ей опомниться, он снова наклонился, но на этот раз начал снизу, почти от самого ануса, и медленно, невероятно чувственно провел плоским языком вверх по всей узкой щели между ее половыми губами, пока не достиг набухшего, твердого клитора. Он задержался там, покрыл его горячим, влажным поцелуем, а затем снова провел языком, на этот раз быстрее и настойчивее.

Ее стоны стали громче, прерывистее. Тогда он плотно обхватил губами ее клитор, создав легкий вакуум, и принялся теребить его кончиком языка — быстрыми, вибрирующими движениями, которые заставляли ее бедра непроизвольно подрагивать и выгибаться навстречу его лицу.

Игорь действовал теперь с легкой грубоватой страстью, интенсивно лаская ее языком, заставляя ее стонать все громче. Затем он снова отстранился, позволив прохладному воздуху коснуться ее разгоряченной кожи, и медленно, чувственно провел языком по всей длине ее щели, смакуя ее насыщенный, терпкий вкус. Еще раз он погрузил язык в ее сладкую, узкую дырочку, и Виктория откинула голову на спинку кресла с глухим, сдавленным стоном, полностью отдаваясь наслаждению.

В голове у Игоря мелькнула дерзкая мысль: «Может, снова попробовать войти в ее попку пальцем?» Он снова провел языком вверх, к ее клитору, а указательный палец свободной руки поднялся к ее анальному отверстию, начав мягко массировать тугую мышечную складку, чуть надавливая.

— Нет, — тут же прозвучал ее резкий, не допускающий возражений шепот.

Игорь мгновенно убрал руку, поняв запрет. Он тут же сменил тактику. Погрузив язык обратно в ее влажную киску, он схватил ее за бедра и чуть приподнял, притягивая ее еще ближе к своему лицу. Она не сопротивлялась, ее тело было податливым и пластичным. Тогда он снова отстранился, раздвинул ее ягодицы пальцами и, склонившись ниже, провел кончиком языка по ее крошечному, упругому анусу, лаская его нежными, круговыми движениями.

Игорь продолжил ласкать ее дырочку языком, смачивая его своей слюной. Почувствовав, как мышцы немного расслабились, он сильнее надавил упругим кончиком языка, пытаясь проникнуть в тугую складку. Он пробовал на вкус ее интимную дырочку, стараясь войти как можно глубже, ощущая ее уникальный, солоноватый аромат.

Заметив, что Виктория не только не сопротивляется, но и тихо постанывает, он с усмешкой подумал: «Палец — нет, а лизать — да, пожалуйста?»

Отстранившись на мгновение, он пальцами раздвинул ее ягодицы еще сильнее, растягивая мышечное кольцо. Он увидел, как ее анус, влажный от его слюны, рефлекторно сжимался и пульсировал. Игорь снова вошел языком как можно глубже, заставляя ее громко застонать и участить дыхание.

Затем он вернулся к ее киске, проведя языком по всей щели и страстно поцеловав ее опухшие от возбуждения половые губки. Он начал быстро и интенсивно теребить ее клитор, а в этот момент резко, но аккуратно, ввел указательный палец в ее «запретную дырочку».

Она даже не успела ничего сказать, лишь чуть приоткрыла глаза от неожиданного наслаждения. Игорь начал интенсивно работать и языком, вылизывая ее киску, и пальцем, ритмично трахая ее в попку, создавая двойную стимуляцию, от которой ее тело затряслось мощными судорогами наслаждения. Он старался выдержать равномерный ритм, погружая палец в ее тугую анальную дырочку и одновременно вылизывая ее влажную, сладкую киску. Он чувствовал, как ее тело приближается к пику, и хотел довести ее до оргазма как можно скорее.

Виктория дышала тяжело и прерывисто, ее низкие стоны становились все громче. Решив усилить воздействие, Игорь осторожно ввел в ее анус второй, еще более наглый пальчик. Она снова открыла глаза и посмотрела на него, но в ее взгляде уже не было запрета — лишь мольба и полное повиновение. Он ускорил движения пальцами, растягивая ее узкий проход, а в это время его губы снова создали вакуум вокруг ее клитора, и он принялся яростно ласкать его языком.

И тогда ее тело напряглось в финальном, мощном спазме. Она инстинктивно сжала его голову бедрами, ее пальцы впились в его волосы, и из ее горла вырвался долгий, сдавленный, почти рыдающий стон наслаждения. Игорь почувствовал, как ее анальная дырочка судорожно сжала его пальцы, а его подбородок и щеки стали мокрыми от хлынувших из нее соков.

Только сейчас она, наконец, расслабила бедра, и Игорь смог отстраниться, все еще не вынимая пальцы из ее горячей, пульсирующей попки.

Он смотрел на нее, переводя дух, когда вдруг…

Дверь в кабинет с грохотом распахнулась без единого стука. На пороге стоял высокий мужчина в идеально сидящем дорогом костюме. Его лицо было искажено яростью. Он резко захлопнул дверь за собой, и гулкий звук оглушил тишину кабинета.

— ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ МИЛЛИОНОВ ЗА ОДИН СРАНЫЙ МЕСЯЦ, ВИКА, А⁈ — проревел он, его голос звучно ударил по стенам. — ДВАДЦАТЬ! СУКА! ПЯТЬ!