Игорь сидел отстранённо, с тоской думая о шестидесяти тысячах, которые ему придётся отдать. И вдруг в его пьяную голову пришла, как ему показалось, гениальная идея: пока Алина «занята» с тем мужчиной, нужно срочно уйти отсюда — куда угодно, лишь бы не быть здесь, когда она вернётся! Если они сейчас не решат, куда идти, то останутся в ресторане, и тогда неминуема встреча с официанткой и необходимость платить.

Он резко перебил Семёна Семёныча, в его глазах загорелся странный азарт.

— Семён Семёныч, коллега, дорогой мой! — начал он с непривычной горячностью. — Мы только разогрелись! Девочки предлагают продолжить — а мы что, будем спорить? Давайте не будем портить такой прекрасный момент!

Амина вскрикнула и хлопнула в ладоши:

— О, Игорь, за нас!

После этого она с хитрой, милой улыбкой подошла к Семёну Семёнычу и устроилась у него на коленках. Обняв его за шею, она посмотрела ему прямо в глаза и сделала огорчённое лицо:

— Семён Семёныч, ну пожааалуйста… Неужели вы нас так легко бросите?

Семён Семёныч сдался под её напором. Он поправил очки и произнёс с напускной серьёзностью, хотя его руки уже обнимали её талию:

— Что ж, если рассматривать ситуацию с точки зрения оптимального распределения временного ресурса… Вечер действительно ещё не исчерпал свой потенциал. И, принимая во внимание столь… убедительную просьбу, полагаю, мы можем позволить себе продлить это приятное времяпрепровождение.

Он хотел продолжить, но Азиза резко перебила его, подняв телефон:

— Супер! Я уже забронировала уютный домик за городом. Там есть бассейн и сауна.

Семён Семёныч, воодушевлённый тем, что на нём сидит Амина, и желая показать себя с лучшей стороны, тут же согласился:

— Ну что ж, в таком случае… остаётся вызвать официантку для получения фискального документа и заказать транспортное средство.

Игорь сидел с улыбкой злодея, чей гениальный план воплощается в жизнь. Но в этот момент Азиза заявила:

— Такси не нужно. Я за рулём.

Семён Семёныч с удивлением посмотрел на стопку с виски в её руке и собрался было возразить, но Игорь резко влез, опасаясь, что ситуация развалится:

— Ну что, отлично! Тогда давайте быстрее звать официантку и двигать! — он говорил с непривычной энергией, чувствуя, как свобода от долга становится всё ближе.

Семён Семёныч, даже несмотря на то, что Амина всё ещё сидела у него на коленях, пытался вернуть в разговор ноту здравомыслия. Его лицо выражало явное беспокойство, и он собрался было высказать свои соображения насчёт трезвости водителя, но Игорь, уловив его настроение, резко поднялся и начал активно всех торопить.

— Так, девочки, собираемся быстрее! Ничего не забываем! — он говорил громко и энергично, перекрывая любую возможность для возражений.

Все, включая Амину, подхватили его импульс. Амина с неохотой поднялась с колен Семёна Семёныча, и тот, слегка опешив и слегка наклонясь к Игорю, понизил голос до серьёзного, почти отцовского тона:

— Дружище, вынужден констатировать, что я категорически не поддерживаю идею передвижения на автомобиле, управляемом лицом, явно употреблявшим спиртные напитки. Это противоречит не только правилам дорожного движения, но и базовым принципам самосохранения.

Игорь, панически желавший поскорее скрыться, похлопал его по плечу с наигранным спокойствием:

— Семён Семёныч, да она шутит! Мы сейчас выйдем и сразу закажем такси, не переживайте вы так.

Семён Семёныч открыл рот, чтобы добавить что-то ещё — вероятно, пространное рассуждение о рисках и ответственности, — но Игорь уже решительно махнул рукой в сторону прохода.

— Всё хорошо, всё под контролем! Официантка! — его голос прозвучал громко и властно, привлекая внимание. — Нам счёт, пожалуйста!

Игорь, позвав официантку, наблюдал за хаотичным сбором. Девочки, смеясь, собирали телефоны, сумочки и ключи. Ксюша ловко пристроила в свою сумку почти полную бутылку только что принесённого виски. Семён Семёныч, уже встал, поправляя свой пиджак, с пьяной умилённостью наблюдал за этой суетой.

К столику подошла официантка с терминалом и протянула папку со счётом. Игорь, увлечённый своим «гениальным» планом побега от Алины, с ужасом вспомнил обещание оплатить всё.

Он машинально взял папку, мысленно ругнувшись: «Бля, и сколько там…»

Раскрыв счёт, он увидел сумму, от которой по телу пробежали ледяные мурашки. Цифра была оглушительной, и на его тут же лице явственно отразилось шоковое огорчение, которое не ускользнуло от Семёна Семёныча.

— Дружище, — пьяно, но величественно произнёс Семён Семёныч, кладя руку Игорю на плечо. — Позвольте мне в качестве жеста искренней признательности за столь… насыщенный вечер взять на себя сию приятную обязанность. Прошу вас, не лишайте меня этой возможности.

Игорь смотрел на него как на явившегося ангела-спасителя, не в силах вымолвить ни слова. Семён Семёныч взял из его рук счёт, бегло глянув на итог, ничуть не удивился и, достав из внутреннего кармана пиджака карту, изрёк:

— Что ж, полагаю, оплата будет по карте.

Официантка с профессиональной улыбкой протянула терминал. Раздался одобрительный щелчок. Оплата прошла.

Игорь ощутил, как с его плеч свалилась тяжёлая гора. Он смог наконец глубоко и свободно вздохнуть.

— Ну что, пошли? — обретя дар речи, произнёс он.

— Всё оплатили? Супер! Тогда пошли! — крикнула Азиза, и вся весёлая компания, громко переговариваясь, направилась к выходу из ресторана, оставляя за собой опустевший стол и приятную, хоть и дорогую, память о вечере.

Они вышли на ночную улицу, и первое, что сделал Игорь, — лихорадочно оглядел территорию у входа. Никого. Ни намёка на белую блузку и чёрный фартук. Только тёплый летний воздух, приглушённый гул города и свет фонарей.

Он отшатнулся от двери и сделал глубокий вдох. Воздух пах пылью, бензином и свободой. Внутри у него поднялась странная, нервная смесь облегчения и абсурдного веселья. Он мысленно представил выражение лица Алины, когда та, закончив сосать очередной член, вернётся в вип-зону и обнаружит лишь пустой стол и неоплаченные… нет, оплаченные Семёном Семёнычем, но совершенно не те чаевые.

«Дурацкая ситуация… — пронеслось у него в голове, и он фыркнул, не в силах сдержать улыбку. — Идиотская. И… стрёмная до чёртиков».

Но вместе со стыдом и лёгким уколом трусости он чувствовал и радость — дикую, мальчишескую, почти животную. Радость от того, что пронесло. От того, что он выкрутился. От того, что этот сумасшедший поход в ресторан, полный глупостей, алчности и случайного секса, наконец-то остался