Игорь взял ее руки — те самые ухоженные, властные руки, что только что сжимали его голову, — и своими ладонями мягко, но неумолимо приподнес одну руку к своему члену.

Она не сопротивлялась. Ее пальцы, холодные и нежные, коснулись его горячего пениса, и сначала неуверенно, а потом с большей определенностью сомкнулись вокруг него.

— Игорь, — ее голос был хриплым, но в нем снова зазвучала привычная сталь. — Я уже сказала…

— Я помню, — резко перебил он, глядя ей прямо в глаза. — И я не прошу тебя делать минет.

Она смотрела на него с неподдельным удивлением, не понимая, чего он хочет.

Тогда он подошел к ней ближе, вплотную, к самому краю кресла. Он взял ее груди своими руками, снова сжав ее упругие сиськи, и направил свой член между ними, прижимая его пышными, теплыми грудями, создавая тесное и горячее углубление из ее грудей.

— Я хочу вот этого, — прошептал он, и это прозвучало не как просьба, а как констатация факта.

Он уже приготовился к первому движению, но она резко отстранилась.

«Вот так и знал, — яростно пронеслось в голове у Игоря. — А лизать ее киску — пожалуйста, в любое время, а как доходит до меня…»

Однако вместо того, чтобы оттолкнуть его окончательно, она потянулась к своей элегантной сумочке, стоявшей на столе. Достала небольшой тюбик с кремом для рук. Сосредоточенно, не глядя на него, выдавила немного густой белой массы на пальцы. Затем, с деловым видом, нанесла крем на свою грудь, между декольте, распределяя его по коже, которая уже лоснилась от их страсти.

После этого она сама взяла свои груди в руки, приподняв и сжав их, создав идеальную, скользкую ложбинку. Ее взгляд снова встретился с его, и в нем читалось не смущение, а решимость и вызов.

— Ну, — произнесла она ровным тоном, будто давая добро на запуск проекта.

Игорь не мог сдержать ухмылки. Эта женщина всегда все превращала в контролируемый процесс. Он подошел вплотную, приставил свой возбужденный член к образовавшемуся желобку между ее сжатых грудей. Ее пальцы сильнее сдавили груди по бокам, плотно обхватывая его, создавая упругое, горячее и невероятно скользкое кольцо.

И тогда он начал двигаться. Сначала медленно, ощущая каждую деталь — нежность ее кожи, упругость груди, прохладу крема, смешивающуюся с жаром их тел. И тут в дверь резко постучали.

— Минуточку! — грубо крикнула Виктория, и в ее голосе не было ни паники, ни смущения, лишь привычное раздражение начальника, которого отвлекли.

Она мгновенно отстранилась, оттолкнув его член от своей груди властным движением, и начала с поразительной скоростью приводить себя в порядок. Ее пальцы ловко застегнули бюстгальтер, затем пуговицы на блузке. Она бросила быстрый взгляд на Игоря, который стоял в ступоре, с возбужденным членом и выражением человека, у которого только что вырвали из-под носа самый желанный приз.

— Собирайся. Быстро, — ее слова прозвучали как удар хлыста, холодно и без возражений.

Игорь, ошеломленный и огорченный, вздрогнул и засуетился. Он с трудом застегнул ширинку, чувствуя, как адреналин и возбуждение сменяются досадой и неловкостью. Он пытался поймать ее взгляд, ища хоть каплю разделенного разочарования, но она уже смотрела в экран своего монитора, ее лицо снова было безупречной маской деловой женщины. Лишь легкий румянец на щеках и чуть учащенное дыхание выдавали недавнюю страсть.

— Отопри дверь. Тихо. И иди работать, — ее голос был почти неслышным, но в нем не осталось и тени страсти, только привычный приказ.

Игорь еще раз взглянул на нее в надежде поймать намек, мол, «потом». Но она уже не смотрела на него, уткнувшись в монитор, и выглядела так, будто ровным счетом ничего и не происходило.

Сжав зубы от досады, он подошел к двери и повернул замок.

— Войдите! — тут же, громко и четко, крикнула Виктория Викторовна, как будто ждала этого.

Дверь тут же открыли извне, и на пороге возникла Алиса. Увидев Игоря, застрявшего в дверном проеме с потерянным и обреченным выражением лица, она замерла в шоке. Ее взгляд метнулся от его растрепанного вида к безупречной фигуре начальницы за столом.

— Я… Виктория Викторовна, я… про… простите, — начала заикаться Алиса, пытаясь собраться с мыслями. — У меня вопрос по… по форме №7-ТР. Не могу найти последнюю редакцию.

«Ну какая, нахуй, форма №7-ТР?» — с отчаянием подумал Игорь, глядя на нее.

— Я сказала, Игорь, вы свободны, — холодно и четко произнесла Виктория Викторовна, даже не взглянув в его сторону. — И можете приступать к делу, которое мы обсудили.

Он последний раз глянул на нее, поймав лишь безразличный профиль, склонившийся над бумагами. Затем он молча вышел из кабинета, оставив Алису одну с начальницей и с гудящей в ушах тишиной, в которой так и витал призрак его несостоявшегося удовольствия.

Игорь побрел к своему рабочему месту, не видя ничего вокруг. Возбуждение, злость и досада образовывали ком в горле. Он чувствовал себя идиотом.

Его путь лежал мимо стола Дарьи. Она, как всегда, с царственным видом разбирала почту, но ее цепкий взгляд сразу же отметил его приближение. Увидев его помятый вид и потерянное выражение лица, она язвительно ухмыльнулась.

— Ты чего такой грустный? — громко, на весь зал, бросила она. — Хуй сосал невкусный?

Обычно Игорь парировал ее колкости, но сейчас он просто поднял на нее взгляд. И в его глазах читалось такое искреннее, неподдельное страдание и усталость от всего этого цирка, что улыбка на лице Дарьи медленно сползла. Ее бровь дрогнула от удивления. Она, знавшая его как наглого новичка, увидела совершенно другого человека.

— Случилось что-то? — спросила она уже совсем другим тоном, без привычной едкой нотки, даже с легкой, неуверенной долей участия.

Но Игорь уже прошел мимо, не удостоив ее ответом.

Дарья, все еще глядя ему вслед, покачала головой и тихо, скорее для себя, пробормотала:

— Странный чел…

Игорь доплелся до своего стола и тяжело рухнул в кресло. Взгляд его упал на стакан с недопитым холодным кофе. Вспомнилось, с каким настроением он его заваривал — полный дерзких планов и уверенности. А теперь…

Со всей