Лилит недоуменно наблюдает.

– Кейт, ты чего? Это же Майкл…

– Лил, прошу, не вмешивайся. – Голос Кейт так же глух, в нем сквозят нотки отчаянья, и от этого по моей спине пробегает холодок.

– Что ты с ней сделал? – Обманчиво спокойный голос Лилит заставляет меня мысленно чертыхнуться.

Ну и вляпался же я! Всё могло быть гораздо проще, не стань я бегать за этой мелкой. Если бы в свое время я не повелся на поводу у своего члена, этих проблем не возникло бы вообще!

Сколько раз его предупреждала коллега, сколько раз Кейт сама его отшивала, но я не хотел слушать. Никак не мог усмирить своё желание. Желание обладать ей. Желание подчинять её себе. Желание видеть её покорённой. Желание сделать своей.

Ловлю взгляд голубых глаз и сглатываю. Сердце обливается кровью.

– Кейт, я…

Последний шаг в её сторону был ошибкой.

Очередной выстрел вспарывает тишину ночи, отдается эхом на пустынной трассе. Мою грудь пронзает боль. Я падаю на колени с трудом понимая, что происходит. Крик Лилит доносится до меня будто из под толщи воды. Коллега склоняется надо мной, и только тогда я понимаю, что уже лежу на земле. Мне холодно и одновременно грудь горит огнем. Нахожу Кейт, стоящую надо мной, взглядом. Запоминаю ее образ.

– Кейт… – пытаюсь позвать ее, но горло ватное. Слов почти не слышно… Лилит рыдает надо мной, склонившись к груди.

– Майкл не смей, слышишь! Не смей умирать! – ее голос издалека, будто она в миле от меня. Темнота подступает со всех сторон. Последняя мысль не дает покоя. Она разрывает мозг как фейерверк ночное небо.

Кейт. Спустила. Курок.

Глава 33. Кейт

Наши дни

Майкл рухнул, как подкошенный. На его рубашке стремительно растекается пятно крови.

– Какого черта на тебя нашло?! – Лилит кричит во весь голос. Она бросается к моему врагу и, порвав рубашку на его груди, судорожно оказывает первую помощь.

Я держу в руке пистолет и молчу. Я будто наблюдаю за ситуацией издалека, и одновременно нахожусь в ее эпицентре. Смотрю на сестру, которая суетится вокруг агента, и на меня вдруг обрушивается понимание, что я сделала.

Отбрасываю пистолет и сгибаюсь в приступе рвоты.

Я только что убила человека!

Убила Гребаного человека!

Убила!

Тело сгибается от болезненных спазмов. Меня выворачивает, хоть я ничего не ела с утра.

– Ты чокнутая! – Лилит орет на меня, ее совсем не волнует мое состояние. Она даже не подозревает, что Майкл предатель. Она не знает, что он переметнулся на другую сторону. А я знаю. Но рассказывать ей сейчас бесполезно. Она в истерике.

Громкий голос. Истерический. Первый раз в жизни я вижу сестру такой.

Вытираю губы. Выпрямляюсь. Смотрю на свои руки будто в тумане.

Лилит суетится над телом, то проклиная сестру, то рыдая в голос.

Неужели она не понимает, что нам пора уезжать?

Невидящим взглядом смотрю в пространство. Это сон. Просто сон.

Или я сошла с ума?

На земле у моих ног лежит бездыханный Майкл. Джек Моретти.

Сестра дергает меня за руку и тащит к какой‑то машине. Толкает меня на сиденье. Рвет по газам. За окном мелькают пейзажи. Ночной город. Аэропорт.

– Выходи, живей!

Я не помню, как мы добирались. Не помню, как я оказываюсь в нашей с Лилит квартире. Сестра укладывает меня спать и уезжает, оставив одну. Словно под дурью, я лежу на кровати и смотрю в потолок. Ночь сменяется днем и наоборот. Но я продолжаю лежать.

Интересно, я попаду в ад? Ведь за убийство именно так карают. Хотя, странно. Если я совершила смертный грех, в аду мне должны быть рады, ведь там все такие, как я. И правит балом, вероятно, отец Карлоса. Его величество Дьявол. А может теперь его бразды принял Джек? Из глаз начинают катиться слезы.

Слышу звонок телефона, но не реагирую. Включается автоответчик.

«Ты дома? Соседка позвонила и сказала, что вы с сестрой недавно приехали. Надо встретиться и поговорить. Позвони мне».

Стив.

Наверно, я должна испытывать радость, раз слышу голос жениха. Но мои глаза все еще стеклянные, а желания жить совсем нет.

«Я знаю, что ты дома. Ответь. Надо поговорить».

Он, кажется, начал раздражаться. Хотя это его привычное состояние. Он постоянно меня за что‑то отчитывал.

Стук в дверь. Громкий и настойчивый.

Я поворачиваюсь на бок, кладу на ухо подушку, чтобы заглушить стук. Пусть идут к черту.

«Ладно, раз ты не хочешь говорить, я скажу все по телефону. У меня появилась другая. Я прошу прощения, что делал это за твоей спиной, но мне надоело смотреть, как ты держишь дистанцию между нами. Я, между прочим, здоровый, взрослый мужчина. Мне нужен полноценный секс. И я не намерен больше довольствоваться крупицами нежности, что ты дарила мне. Я предлагаю расстаться. Прощай, Кейт».

– Где же твой дружок? Неужели опять принимает экзамен? Или может зачет? Ах, нет, постой, а может ему отсасывает какая‑нибудь студентка‑практикантка?

Я ненавижу Майкла за то, что он снова оказался прав. Хотя…

Какая теперь разница?

Его, всё равно, больше нет.