Несколько равнодушных к природе предложений перед камерой — и всё, ты навсегда изгой для этого толерантного мира.

— Можно продать машину, — предлагаю я.

— Думала уже. Она в кредите, немного выгадаем, но хоть частично покроем взносы. — Мама обводит кухню задумчивым взглядом, будто впервые видит. — Менять квартиру нужно, не тянем мы. Но не готова я распрощаться. Это самое красивое жилье, которое у меня было. Самое-самое. Вроде бы решу уже всё, а потом руки сами тянутся поискать вакансию. Может быть, как-то перетерпим, ужмемся и все-таки выплатим эту ипотеку?!

Мы переглядываемся и улыбаемся — хорошее было время. Мама переехала в Москву, устроилась, доделывала ремонт, покупала мебель. Я приезжала на выходные.

— Так что, Ива, схожу на собеседование, обсудим график. Вдруг получится.

Мама вновь пьет кофе. Она у меня боец, конечно. Очень изменилась, как ушла от отца. В себя поверила.

Или, может, правильнее сказать, стала собой прежней? Похорошела даже. Сергей вот нашелся. Почему бы и нет: я была в спорте, мама жила одна. Молодая, красивая женщина. У нас одинаковые форма губ и разрез глаз. Длинные темные волосы. Сколько сотен раз мама ждала меня с тренировки! Возила в школу олимпийского резерва. Во всем себе отказывала, чтобы отправлять на соревнования.

Она так плакала, когда меня хвалили. От радости.

— Мамуль, — говорю бодро. Пульс ускоряется, не очень комфортно обсуждать с ней эту тему, но... Куда уже деваться? — Ты пока повремени с собеседованиями. Возможно, нам помогут с ипотекой.

— Кто поможет? — заинтересовывается она.

— Кажется... у меня появился поклонник.