Но Динка не собиралась сдаваться, ответив ему на поцелуй столь же яростно, кусая его губы и сплетая свой язык с его языком в противоборстве за ведущую роль в этом поцелуе.

Наконец, от оторвался от ее губ, часто дыша.

— Зато я единственный из всех, кто поимел тебя во все отверстия, — прошептал он, сверкая глазами и улыбаясь уголком рта.

Динка смотрела на него молча, пытаясь понять: он всерьез этим гордится или опять пытается ее смутить.

— Отсосешь мне еще разок, моя козочка? Мне так понравилось… — промурлыкал он ей в губы.

— А ты хорошо помыл свое… хм… орудие после вчерашнего? — Динка скептически приподняла бровь.

Шторос расхохотался и скатился с нее на траву.

— И хватит уже называть меня козочкой. Какая я тебе коза? — возмутилась Динка, садясь на земле и глядя на него сверху вниз.

— Разве не коза? — ухмыльнулся Шторос.

— Нет, — фыркнула Динка. — У меня даже рогов нет. Хотя жаль… Если бы были, я смогла бы узнать младше я вас или старше.

— А сколько тебе лет? — поинтересовался он.

— Девятнадцать.

— Если мы здесь уже полгода, то девятнадцать — это тридцать восемь раз по столько… — принялся он подсчитывать вслух, пытаясь перевести годы этого мира в привычную себе систему исчисления возраста.

Динка с удивлением смотрела на него.

— Тогда получается, я примерно в два раза старше тебя, — озвучил он свой вывод. — Ближе всех по возрасту к тебе Тирсвад. Он старше тебя буквально на один шегард. Это примерно два года.

— У-у-у, — шутливо протянула Динка. — Пойду-ка я. О чем мне с таким стариком разговаривать?

— А ну стой! — Шторос стремительно выбросил руку, пытаясь ухватить ее за лодыжку, но Динка с визгом и хохотом увернулась и отскочила в сторону. Шторос тоже рассмеялся, но догонять ее не стал, а лениво рухнул обратно в траву.