— Передать магию и Мунфол другому… — Деймонд хмыкнул, качнул головой. — Значит, нам сюда. А дальше надо действовать быстро, — сказал он, указал на зеркало, которое показывало реальность, в которой горят свитки. — Готова?

— Всегда, мой лорд, — ответила Харпер.

И вместе они шагнули в зеркало.

А потом резко очнулись на полу в лаборатории. Боль пронзила тело, но на лице само собой возникла улыбка, ведь над ними тут же склонились знакомые и любимые лица.

Глава 23

Да здравствует Смерть!

Харпер сидела у крутого склона на складном стуле, куталась в теплый плед, пила горячий кофе, но все равно тряслась от холода. Даже в теплых штанах, свитере и пальто. Без эмоций наблюдала за ведьмами, которые рассыпали соль и кровью выводили знаки на мунийском языке на притоптанной траве. Грехи продолжали прибывать: на зов откликнулись все. Времена года и Природа опаздывали, но обещали прийти: за ними отправился Колд, чтобы по пути объяснить, что они задумали.

Круг из соли увеличивался, в центре появился еще один поменьше, от которого уходили линии и дуги к основному. Одна из ведьм начала укладывать поверх полынь, но Харпер даже не пыталась думать, зачем все это.

Деймонд в отличии от нее принимал участие в подготовке. Откуда у него силы? Как он еще стоит? Тоже дрожал от холода, поэтому кто-то выдал ему шубу (и это при том, что они находились в центральном районе очень теплым летним вечером). Бледный, с кругами под глазами он направлял ведьм, здоровался с грехами, хоть Феликс и пытался заставить его посидеть рядом с Харпер: они оба свое дело сделали, они тут вообще не нужны, ведь в ритуале не участвуют, но и отправить их домой не лучшая затея — Алекс все еще где-то рядом (бродит… замышляет…) и может в любой момент напасть.

А вот время заметно поджимало. Кто знает, когда Алекс начнет действовать? И сделает что-то, что убьет Элизабет?

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, поэтому ведьмы зажгли факелы, что расставили вокруг круга, где вот-вот начнется ритуал. Они выбрали живописное место, с которого открывался вид на бушующий океан. Самая высокая точка центрального района идеально подходила для того, что они задумали, ведь тут огромная концентрация магии. Почему именно тут — Харпер так и не поняла. Ее мозг вообще отказывался нормально соображать после возвращения из лабиринта. Элизабет успокоила, заявив, что скоро силы восстановятся — слишком много они с Деймондом потеряли, пока проходили испытания. Нет, сначала наорала, конечно, ведь едва избранные очнулись, все безмолвно наблюдали, как единый свиток загорелся и сгорел за каких-то пару секунд.

— Я же показала вам! — не успокаивалась Элизабет, не желая смириться, что решение не изменить. Орала долго. С чувством. С дикими эмоциями, которых никто от нее не ждал. Орала и пока Деймонда с Харпер осматривал Феликс, ведь те подозрительно молчали, слишком ослабленные.

Лишь спустя полчаса Элизабет согласилась на их план. Словно у нее был теперь выбор. Феликса уговаривать не пришлось. Ожидаемо, ему пришлась по вкусу перспектива стать новой Смертью.

— Только в этот раз это не вечная ноша, — сказал Деймонд после пары флаконов с зельем для придачи сил и кофе. — Мы внесли коррективы в ритуал: когда устанешь, то найдешь приемника и передашь силы и Мунфол ему. Выбор — только твой. Но вряд ли живой это вынесет.

— Очевидно, — кивнул Феликс. — С этим разберемся. Я не планирую умирать ближайшие пару тысяч лет, так что это уже не ваша проблема.

Харпер вздрогнула, когда кто-то сел на стул рядом с ней. Нехотя открыла глаза, вырываясь из дремы. По правде, она хотела моргнуть, но что-то пошло не так.

— Надо было остаться в замке сообщества, — сказала Офелия. — Там достаточно людей, что смогли бы дать отпор Алексу, если он посмеет прийти.

— А тебе? — зевнула Харпер. Офелия закатила глаза: беременную сюда тащить никто не хотел, но… попробуй с Офелией спорить! — Деймонд тут. Все, кого я люблю, тут, если быть точнее. Значит, и я буду тут. Да и не каждый день рождается новая Смерть, знаешь ли.

— И умирает твоя мать, — тихо добавила Офелия.

— Она давно мертва.

— Но еще тут.

— Она давно мертва, — повторила Харпер.

Феликс обнимался с Сэм неподалеку. Она заметно волновалась, но верила будущему мужу, не пыталась его отговаривать — знала, что не имеет на это права. Да и Феликс убеждал, что на его характер это не может повлиять, потому что он никогда не жил с душой, значит, новая магия даст ему только дополнительные силы: видеть мертвых, обращаться к магии мертвых да жить вечно. А ноша ему по силам, подумаешь, Гордыне теперь придется на своих плечах удерживать баланс в мире мертвых. Ерунда какая!

— Я боюсь за Феликса, — тихо сказала Харпер. — Он попросил нас Деймондом не бросать Сэм, если… его не станет.

— Он переживет ритуал. Гордыня и не справится с такой ношей? Вот Уныние… Блуд… но Гордыня точно справится! Я больше волнуюсь, что Алекс что учудит и будет бойня.

— Сэм тут, значит, Феликс уверен, что здесь безопасно, — заметила Харпер. — Ты тут. Значит, и Колд уверен.

— Колд не может заставить меня сидеть дома, — закатила глаза Офелия. — У нас прогрессивные отношения: запрещено только спать с другими. И не ночевать дома. И еще…

— Я поняла, — перебила Харпер. Офелия надула губы. — Прости, я очень устала.

— Угу. Феликс сказал, что вы оба истощены настолько, что вам бы под капельницами сейчас лежать. Вы опустошили себя целиком, не только резервы.

— А я-то все думаю, почему мне кажется, что меня переехал поезд…

Продолжали прибывать грехи. Лав и Тори привели с собой юного Гнева. Он выбрал себе имя: Аддамс. Уже уверенно говорил, неплохо понимал, что происходит. Выглядел, как юный парень, что только-только начинает самостоятельную жизнь. Полный сил, прекрасный и мускулистый, вот только взгляд пугал — столько ярости таил в себе, но все обещали, что скоро его гнев успокоится, и Аддамс сумеет стать адекватным.

Троица подошла к остальным грехам, в том числе к Сигрид, с которой уже провели серьезный разговор. Та честно признала, что понимала, на кого работала, клялась, что давно ушла от Алекса. Извинялась