Кай, демон, обладающий даром внушения и ментальной магии, выполнил главную просьбу Амели. Внушил Филиппу Хоупу, что тот влюблен в нее. И что он ее хочет. Кай подавил собственную волю Филиппа, буквально заморозил его чувства, сделал послушной марионеткой Амели. Но… даже у демона не вышло убить чувства у Филиппа у Элион до конца. Чувства просыпались, выползали весенними цветами на свежевыпавший снег. Филипп не подчинялся Каю полностью. Он сопротивлялся даже магии демона, хотя это было почти невозможно. Филипп вызвал у Кая уважение тем, как борется за свою любовь. И демон уже не раз пытался урезонить Амели. Просил закончить месть, вышвырнуть Филиппа из дома и освободить наконец несчастного, чтобы тот жил собственной жизнью.

— Амели, он же умрет! — твердил ей Кай. — Нельзя слишком долго подвергать искусственному воздействию магии разум и душу человека. Тело начинает угасать, болеть, если сопротивляется…

— Мне плевать! После того, что Филипп сделал с Салли, пускай хоть умрет!

— Мы так не договаривались, Амели. Ты сказала, что месть… срок моей помощи будет ограничен.

— Но ты тоже не называл сроков, котик, — Амели так льнула к нему в тот вечер, когда он впервые попытался быть с ней жестким и все прекратить. — Ну, пожалуйста, еще немного… Обещаю, я остановлюсь сама!

— Это плохо кончится, Амели! Неужели ты не понимаешь?!

— Не твое дело, демон! Сроки в контракте не указаны. Так что будешь помогать мне, если не хочешь сам заплатить… жизнью, честью, свободой за разрыв контракта со мной. Я знаю, у вас есть Верховный суд для демонов, и таких, как ты, жалостливых отступников, там карают жестоко!

Кай стиснул кулаки и вошел в комнату, отгоняя воспоминания. В тот вечер он увидел истинное лицо Амели. Жестокое и злое, никого не жалеющее. В тот вечер в нем поселилась ревность. Беспричинная, но мучающая его. А что, если Амели просто хочет вечно наслаждаться влюбленной куклой-марионеткой Филиппом? Удобный муж, удобный любовник, который и слова против не скажет… а рядом, всегда рядом, на расстоянии вытянутой руки ручной демон на цепочке, которого можно кормить сладкими обещаниями будущей близости. И не менее сладкими поцелуями.

Иногда Каю хотелось, чтобы он любил Амели чуть меньше. И заставил ее платить болью, как делали все остальные демоны с призвавшими их людьми. Но с Амели Кай не мог быть жестким. Ради нее он был готов отдать и жизнь. К сожалению, Амели это знала.

* * *

— Зачем ты пришел, Кай? — поморщилась Амели, прикладывая изумрудное ожерелье к своей изящной шейке.

Кай почти грубо толкнул ее к стене и впился губами в ее губы, прошипев напоследок:

— Чтобы взять свою плату, Амели. Ты задолжала мне много поцелуев за те гадости, что я творю с Филиппом!

Амели тихо охнув, ответила на поцелуй. Но он вышел слишком жадный и горячий. Кай почувствовал, как его клыки, иногда возникающие слегка во рту, разрезали губы Амели до крови. И жадно слизнул капельки с ее губ. О, это была единственная доступная ему плата болью от этой девушки. И она пьянила демона!

— Ты сегодня горячий, Кай. Соскучился по мне? — мурлыкнула девушка и нарочно прильнула к демону, чтобы тот ощутил касание ее груди к своей.

— Я пришел сказать, что ставки повышаются, красавица, — надменно проговорил Кай. — Мне мало одних поцелуев. Я хочу от тебя настоящей близости. Когда ты вышвырнешь своего щенка? Я не собираюсь делить тебя с ним. Я не питаюсь отбросами.

— У нас же чисто деловые отношения, Кай! — притворно округлила глаза Амели, но, когда наткнулась на ледяной взгляд Кая, слегка подувяла.

— У нас контракт, — жестко напомнил он и, внезапно выпустив когти, провел острием по ее запястью, не до крови, но до алой ниточки на белоснежной коже. — Там написано черным по белому: я беру плату болью или удовольствием. Но это должны быть чистые эмоции. Мне надоела та эмоциональная подделка, что ты мне подсовываешь, Амели. Или ты даешь мне удовольствие, или боль. Решать тебе.

— Ах ты скотина! — взвилась Амели и замахнулась, чтобы дать Каю пощечину, но тот перехватил ее запястье и жестко стиснул. — Шантажировать меня вздумал?

— Нет, — усмешка Кая могла заморозить и лед. — Напоминаю тебе твое место, смертная. Я устал, понятно? Устал носиться вокруг тебя. Ты моя собственность. В будущем. Кажется, ты забыла об этом? А может, напомнить, как ведут себя со своими… игрушками — темными магами — другие демоны? Один мой далекий знакомый демон развлекается иллюзиями. В них приводит своего «должника»-мага на площадь, где замахивается по нему плетью у столба. Может, и мне попробовать такое милое развлечение? Только учти, после таких иллюзий вполне остаются следы. Не хотелось бы портить твою нежную кожу, красавица?

— Да ты… Ты никогда так не сделаешь! — всхлипнула Амели уже непритворно, в ее кукольных голубых глазах поселился страх. — Иначе я… возненавижу тебя! И не видать тебе близости по доброй воле, как мы с тобой договорились!

— А мне ее и так не видать, — нехорошо прищурился Кай, разжимая руку и выпуская Амели на свободу. — Я уже вижу, что ты не хочешь меня, Амели. Что ты просто тянешь время и пользуешься мной, моей магией, условиями контракта. А меня водишь за нос, обещая лечь со мной в постель и подарить невиданное наслаждение. Но в итоге, откупаешься только поцелуями. Во время которых хочется зевать.

— Ты просто ревнуешь меня к Филиппу! — гордо встряхнула волосами Амели, отшатываясь от Кая, но тот и не сдвинулся с места, будто глыба льда, взирая на нее с высоты своего роста, и сложил руки на груди. — Я… я скажу, что ты нарушил условия контракта! Тебя покарают!

— Неправда, — усмехнулся хищно Кай, скользя ближе к девушке. — Верховный демонический суд очень строго проверяет информацию по одним им доступным каналам. Твоя ложь выплывет, куколка.