— А напоследок позвольте отдельно представить первую женщину-преподавателя в нашей Академии, — сказал ректор, когда в зрительских рядах снова установилась тишина. — Необычайную, скажу я вам, личность: учителя, осмелившегося взять класс магиков, и уже успевшего показать свой педагогический талант с лучшей стороны! Марина Игоревна Калинина, опытный педагог из мира Креста, любезно согласившаяся взять на себя самых сложных учеников этого года. Поприветствуем же ее!

Ректор зааплодировал, подавая пример. Зрители присоединились к нему — без особого энтузиазма, но и без роптания, как в случае с Леамом. Хотя, дамы тут же стали шептаться, прикрываясь веерами. Наверное, обсуждали, как на первой женщине-учительнице сидит форма.

Марина густо покраснела от такого представления. Определенно, было бы гораздо лучше, объяви ее ректор, как всех остальных: просто по имени. А еще лучше, если б он ее вообще не объявлял. Всем же ясно, что преподавая музыку, она ну никак не могла подготовить к турниру двух юных алхимиков. Тем более, за пару дней.

Однако, пришлось все же раскланяться и занять свое место в ряду преподавателей. К счастью, от нее не шарахнулись. А конеподобный учитель — как Марина смутно припомнила, преподаватель в классе травничества — так даже радостно ее поприветствовал.

— Ну а теперь, когда все в сборе, я объявляю начало первого тура Игрищ, — сказал ректор. — Сейчас наши ученики продемонстрируют нам глубину своих знаний.

Ректор сделал знак, и учителя покинули сцену, оставив своих протеже в одиночестве. Марина тоже спустилась с помоста и неловко встала подле рассевшихся на земле магиков. У нее возникло неприятное чувство, будто она все еще на сцене: все кругом сидели, пусть некоторые и на земле, а она одна стояла, привлекая внимание.

Впрочем, неожиданно к ней подошел Ксавьер, легонько кивнул и замер рядом, слегка загородив ее от зрительских рядов. Стоять вдвоем стало не так неуютно, как в одиночестве. Марина мысленно послала мужчине лучи благодарности за внимание к даме. Определенно, кое-кого тут с детства приучали к обходительности, так что даже имея мрачный нрав, он тем не менее вел себя более, чем достойно.

— Господин Тельпе будет задавать вопросы, а наши студенты должны быстро на них ответить, — пояснил суть первого состязания ректор. — За каждый правильный ответ они получают по одному баллу. По итогам тура мы определим предварительного лидера. Но, разумеется, окончательный победитель определится только послезавтра, в финале. Итак, начнем!

Раздался музыкальный аккорд — волнительный и одновременно побуждающий к действию. Ректор отошел от кафедры, предоставив это место заместителю — проректору.

Господин Тельпе откашлялся, поправил стопку листов, а затем таким же поставленным голосом, как и у ректора, только без ноток восторженности, принялся деловито и совсем не так торжественно проводить блиц-опрос.

Вопросы посыпались один за другим и с большой скоростью. Зрители притихли, вслушиваясь в непонятные Марине термины и обороты речи. Ученики отвечали так же быстро, стремясь не опозорить свой класс. А точнее, торопливо и сбивчиво. Единственным, кто чувствовал себя уверенно и нисколько не волновался, отвечая на вопросы, был Финеус.

«Так нечестно! — завопил внутренний голос. — Этот гад Тельпе натаскал своего ученика! Ты посмотри, как этот парень отвечает: будто все зазубрил. Он просто знает ответы!»

«Ну, не будем обвинять, не имея доказательств, — отозвалась Марина, хотя у нее тоже возникли такие подозрения. — Финеус все-таки теоретик, ему положено все знать. И вообще, главное, чтобы МОИ ребята не слишком стушевались. На чужих смотреть не будем».

К счастью, ни Уильям, ни Леам проверки не испугались. Уилл отвечал на вопросы сухо, с ноткой пренебрежения: мол, зачем вы спрашиваете то, что каждый ребенок знает? Но Марина, стоявшая у самой сцены, видела, как по его виску катится капля пота: молодой маг определенно сильно нервничал.

Леам тоже здорово разволновался. Это было видно и по мелкому подрагиванию пальцев, и по странной речи: от волнения эльф почему-то принялся громоздить сложные речевые обороты. Ясно было, что ответы он вроде как знает, но внятно и лаконично их проговорить затрудняется. Тельпе несколько раз пытался его перебить, однако, ректор ему не дал, и судьи — трое незнакомых Марине дядечек в белых париках — кивали, выставляя парню какие-то баллы.

«Слабоват наш Леам, — вынужденно признал внутренний голос. — Переоценил себя паренек. Эх…»

«Ну, ничего, — ответила Марина. — Может, даже лучше, если он на первом же туре отсеется — меньше привязываться будут. А к следующему году подготовится, как надо».

«К следующему году класс по-любому расформируют», — заметил ее незримый собеседник.

«Типун тебе на язык! — возмутилась Марина. — Не каркай».

Пока она спорила с внутренним голосом, темп опроса еще более ускорился. Вопросы стали короче, а в ответ на них требовалось назвать термин. Если кто-то не отвечал быстро, вопрос переходил к следующему участнику, а не знавший ответа делал шаг назад.

Как поняла Марина, эти передвижения не знаменовали собой проигрыш на первом туре. Они просто зрительно показывали лидеров, так как те оставались впереди. Но судя по виду отступивших, за незнание ответов полагался какой-то штраф.

Бомбардировка скоростными вопросами длилась недолго, и вскоре зал уже аплодировал победителям первого тура. К приятному удивлению Марины ни один из ее ребят не «отступил». Леам, правда, морщился, и выглядел недовольным собой. Зато Уильям лучился самодовольством за двоих.

Кроме ее ребят в лидерах осталось еще трое. И среди них был Финеус.

«Кто бы сомневался, — буркнул внутренний голос. — Любые школьные конкурсы по умолчанию нечестные».

«Ой, ну и наплевать, — нисколько не расстроилась Марина. — Главное, что мои ребята с достоинством закончили этот раунд. Можно сказать, даже выиграли».

«Не обольщайся, — тут же осадил ее невидимый собеседник. — Думаю, это был отсев дурачков».

Но Марина не стала его слушать: она уже встречала своих победителей горячими объятиями. Хотела было что-нибудь им сказать, но тут, пользуясь тем, что проректор объявил перерыв, и люди повставали с мест, на них налетели магики.

— Жжешь, Леам! — тут же хлопнул друга по плечу Крис. — Откуда ты столько знаешь?

— Да я не то, чтобы хорошо отвечал, — тут же смутился эльф.

— Ага, — хмыкнул Уильям, вмешиваясь в разговор. — Слышал звон, да не знаешь, где он. «Кы…кы… кыгда м-много пы-пы-палажительной