— Бретт! — закричала я.

Он поцеловал меня, украл то немногое, что у меня осталось, и оставил меня накаляться и отчаянно жаждать большего. Мне было так чертовски много нужно, и он отдавал мне все это. Диван немного сдвинулся под нами, когда я встречала его толчки.

Как будто пыталась пойти против течения, он был порогом белой воды, и все, что я могла сделать, это выдержать то, насколько хорошо он заставлял меня чувствовать.

Я чувствовала, что приближаюсь к другому оргазму.

Прежде чем я успела его предупредить или сказать, он, казалось, знал.

— Кончи для меня, Ферн, — прошипел он мне в кожу.

Я тяжело кончила, снова переступив через край. Мои бедра сжались у его бедер, удерживая его во мне, когда он тоже кончил, разлетаясь на части в своем оргазме. Мое дыхание было затрудненным, грубым, и мы целовались друг с другом.

Когда Бретт вышел из меня, мне захотелось начать все сначала.

— Конечно, я перееду к тебе.

Я поцеловала его. Он обнял меня, поднял нас с дивана и направился к задней части дома.

— Хорошо, мы больше никогда не встаем с постели, — поддразнил он.

Улыбаясь, я закатила глаза, прежде чем поцеловала его.

Мне не терпелось просыпаться рядом с ним снова и снова, он был так совершенен.

Конечно, я ненавидела Шулла, ненавидела все, что он сделал, но я была должна ему за то, что он привел ко мне Бретта. Меня бы не было в живых, если бы не этот человек, он меня спас.

Пока мы лежали и целовались, я пообещала себе, что сделаю все, чтобы он был счастлив. Он уже так много сделал для меня.