было говорить на родном языке, общаться просто, не задумываясь, что можешь выдать в себе лиммерийца. Он от этого отвык и теперь будто постигал давно забытую науку заново, и это было непередаваемое ощущение свободы. От всего! Даже от нависшей над головой смерти.
– Кстати, пиво у Марка отменное, – похвалил Петер. – Может, передумаешь?
Арт отрицательно покачал головой. Нет, не время расслабляться. Сегодня можно позволить себе отдохнуть, а уже завтра… Завтра предстоит новый бой. Прежде всего, с самим собой, потому что отчаяние было как никогда близко. Затем с судьбой. И, наконец, с властями. Надо понять, каким образом он предал Родину, когда все это время служил только ей.
– Не грусти, – сразу заметил старик.
– Не стану, – откликнулся Артур и приказал себе забыть о проблемах хотя бы на полчаса, пока насладится ужином. Затем съел ужин, пожелал Петеру доброй ночи и вернулся в свою комнату. Прямо за окном висел фонарь. Это хорошо – даже в темное время суток в его квартирке было светло. И любая фигура, попытавшаяся проникнуть в его жилище, сразу станет заметна.
Арт едва успел об этом подумать, когда снаружи у окна промелькнула какая-то тень. Он пригнулся и метнулся к окну, осторожно выглянул, скрываясь в темноте комнаты, и увидел фигуру, закутанную в плащ. Та перебиралась с карниза на карниз, как заправский акробат, а потом скользнула в окно соседней квартирки. Кажется, у него интересные соседи. Надо разузнать, кто именно и почему пробирается в трактир подобным образом.
Артур постоял у окна еще немного, но больше ничего необычного не заметил. Стены в трактире были толстыми, массивными. Шаги за стеной нельзя было расслышать. Побродив по комнате из угла в угол, Артур принял решение лечь спать.
На этот раз он умылся, застелил постель, не зажигая света, разделся и лег. Свежее постельное белье холодило тело. Когда он в последний раз спал в кровати? Еще до отъезда из Лиммера… А потом все больше на полянах или в заброшенных домах, которых хватало после отгремевшей войны. И сейчас даже обычная кровать, застеленная чистым бельем, вызывала странные чувства, казалась непривычной. Ничего, привыкнет, если дадут возможность. Если у него получится просто жить.
ГЛАВА 4
Утро выдалось ясным и теплым. Лучи солнца заливали комнату, а Арт лежал и смотрел в потолок. Больше всего на свете хотелось никуда не ходить.Вот так лежать, прислушиваясь к звенящей пустоте в голове, и отдыхать. За окнами нарастал привычный шум города. Люди спешили: кто на работу, кто по делам. Кто-то, может быть, и вовсе только возвращался домой. Артур слушал, слушал, слушал… Затем все-таки поднялся, умылся чуть теплой водой, оделся и спустился в общий зал.
– Доброе утро, господин, – приветствовала его вчерашняя подавальщица, явно рассчитывая на продолжение приятного знакомства.
– Доброе утро, Мила – ответил Артур.
– Откуда вы знаете, как меня зовут? – Девушка удивленно захлопала глазами.
– Петер сказал.
– А, дядя Петер! – Она снова разулыбалась и поставила перед посетителем тарелку с кашей и румяной котлетой. – Чай? Или кофею?
– Чай.
– Сейчас сбегаю.
И Мила умчалась, а Арт взялся за ложку – вилок здесь не водилось. В голове он уже прокручивал план на день. Во-первых, надо купить одежду. Да, денег в кошельке Аннет не так много, но его нынешний гардероб сложно назвать подходящим, он пообтрепался за время пути. Во-вторых, стоит прогуляться до дома куратора Бойлза. Убедиться хотя бы, что тот жив, а вот стоит ли встречаться с ним, посмотреть по обстоятельствам.
К чаю Мила подала свежие булочки. Арт впился зубами в сдобное тесто и даже прищурился от удовольствия. Жизнь! В которой есть солнечный свет и вкус булочек. То, к чему он стремился. Только не с кем разделить радость жить. Близких не осталось. И от этой мысли свет утра сразу померк. Арт бросил на стол медную монету и пошел обратно в комнату, сделав вид, что не заметил заинтересованного взгляда Милы.
Сборы вышли недолгими: пересчитал деньги, прикинул, сколько взять с собой, остальное спрятал в комнате. Подумал, что надо купить кое-что для ловушек. Как маг Арт был очень слаб и без усилителей работать не мог, а комнату стоит защитить как можно лучше. Значит, понадобятся усилители. Лучше два или три, на всякий случай. Поэтому один золотой и серебрушка отправились в карман, а остальные деньги – в ванную комнату, Арт сумел подцепить кошелек за зеркало, там в стене оказалась очень удобная выемка, которую это самое зеркало и прикрывало.
После этого Артур вышел, накрепко запер дверь и покинул свое новое жилище. Город успел окончательно проснуться. В квартале шла оживленная торговля: если Арт помнил верно и ничего не изменилось, тут и рынок неподалеку. Именно к нему он и направился, вглядываясь в лица прохожих, чтобы не упустить возможную опасность. Но нет, никого знакомого. Простые люди, улыбчивые в этот теплый день.
А рынок действительно оказался всего в паре улиц. Артур прошелся вдоль торговых лотков, приглядываясь к товарам. Итак… Три лавки готового платья, одна необходимая ему лавчонка с мелочами. Магические штуки предлагали из-под полы, как и всегда. Лицензию на их создание и продажу имела только знать, однако таланты встречались и среди обычного народа. Правда, чаще всего выявленного мага тут же тащили в академию, и он отправлялся служить на благо родине. Выбор не предоставляли. Поэтому и торговали усилителями вот так, тайком. И совсем не те, кто их изготовлял.
Быстрее всего вышло с одеждой: Арта окружили милые девушки, повертели, как куклу, и тут же предложили все, что могло понадобиться их посетителю: белье, рубашки, штаны. Обувь он не искал, одних сапог пока хватит, пусть старых и потертых. Приобрел пару смен белья, две рубашки, штаны, пояс к ним, сюртук и плащ с глубоким капюшоном, чтобы лишний раз не светить лицом. За все это отдал половину золотого.
Дальше путь его лежал на ряды с мелочевкой, где мешок с покупками пополнился колокольчиками, тонкой леской, нитями. Самые элементарные ловушки, но если к нему пожалует непрошеный гость, Арт будет знать. Чаще всего именно на подобных мелочах и попадались бывалые люди. Не стоит ими пренебрегать.
С усилителем тоже повезло. Курносого мальчишку с лотком выпечки Арт отметил сразу. Слишком хитрые у него были глаза, и все время будто выискивали кого-то в толпе. Время от времени к бубликам и пряникам присоединялся небольшой сверток, а довольный