за что на свете, эта
принцесска не может быть альфой. Женщин альф не бывает. Они ошиблись, — Ашер с яростью ударил ногой о землю и провел рукой по одному из своих рогов.
По огню в его янтарных глазах можно было сделать вывод, что он вспыльчивый парень. Я привыкла к парням по типу большого ребенка. Они выплескивают злость на всех подряд.
— Ты уверен? — Джакс наклонил голову набок и осмотрел меня, словно пытался разглядеть признаки того, что я психопатическая альфа, способная превратиться в зверя.
— Да! Олигархия подтвердила! — сказал Зед, указывая на меня, как на сломанную вилку, которую он пытается продать. На это даже больно смотреть.
Джакс кивнул, словно пришел к какому-то выводу.
— Нам нужна любая помощь, какую мы можем получить. Ладно. Заберем ее внутрь и проверим, на что она способна.
— Ни за что, блядь, — сказал Ашер.
В то же время Кобра рассмеялся:
— Мы просто убьем ее.
Все трое альф направились к крепости, даже не проверив, иду ли я за ними. Они не считали меня угрозой. Зед подошел ко мне. Его большие карие глаза смотрели искренне, а когда он улыбнулся, в нем чувствовалась подлинная доброта.
Редкость для мира перевертышей.
— Прости за это, — сказал он. — Для нас большая честь иметь еще одного альфу у портала номер три. Прошло много лет с тех пор, как сюда в последний раз направили альфу. Я нулевой перевертыш. То, что ты альфа, очень важно. Поздравляю.
— Думаю, священное озеро ошиблось, — сказала я и потерла шею, следуя за альфами.
Праздновать мне совсем не хотелось.
Альфы не покрыты шрамами. Они достаточно сильны, чтобы защитить себя.
— Озеро не ошибается. Я рад, что ты здесь.
Зед похлопал меня по спине, и я старалась не морщиться, когда он задел одну из еще не заживших ран от ремня. Мне пришлось отстраниться от его прикосновения, и он тут же опустил руку. Парень явно плохо умел оценивать ситуации. И все же, хотя мне не нравилось, когда меня трогает другой мужчина, я ценила его неуместную поддержку.
Это лучше, чем ненависть и безразличие альф.
Когда мы вошли в здание, стало ясно одно, крепость очень огромная. Казалось, в ней сотни комнат и коридоров.
— Так, какой же ты зверь, принцесса? — с насмешкой спросил Ашер, проводя рукой по своим ониксовым рогам, пока я шла за ними в огромный тренировочный зал.
Мы вошли в самое большое помещение, какое я когда-либо видела. Пол был покрыт синими и розовыми матами, а по периметру пролегала беговая дорожка. На другой стороне зала стояли и разминались около тридцати солдат, как мужчин так и женщин.
— Что? — спросила я в замешательстве.
Меня ошеломили размеры помещения и группа мускулистых солдат внутри.
Все трое альф уставились на меня в ожидании.
— В какого зверя ты превращаешься? Какая у тебя альфа-форма? — спокойно спросил Джакс.
— Наверное, в котенка, — рассмеялся Кобра и толкнул Джакса локтем. Звук смеха звучал не очень приятно.
Зед ушел, как только мы вошли в зал. И я поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы он остался рядом. Его присутствие было в некотором роде утешительным, противоположным энергии, исходящей от альф.
— Я не знаю, — честно ответила я.
Мое тело не было массивным, как у трех альф. Я худощавая, и почти без мышц. У меня нет драгоценных камней в коже, как у Кобры. Рогов, как у Ашера. Или силы, как у Джакса.
В отличие от альф, омеги не славились физической силой, они превращались в маленьких, безобидных зверей. Было бы гораздо логичнее, если бы я оказалась омегой и превращалась, скажем, в пушистого енота. Или крысу.
Альфы были большими зверями, а я маленькой сучкой.
Физически, а не эмоционально. Разумеется.
— Что ж, ей повезло, ведь насилие помогает раскрыть вторую форму альфы, — Кобра хрустнул шейными позвонками и ухмыльнулся Ашеру.
Звук эхом разнесся по огромному залу. Рогатый альфа улыбнулся в ответ.
Я не чувствовала, что мне повезло.
Мне также совершенно непонятно, почему Кобра все время говорил обо мне, но не обращался напрямую. Это очень странно.
Джакс провел рукой по лицу в раздражении:
— Обычно мы не позволяем нашим альфа-формам появляться в тренировочном зале, потому что они могут… напугать других. Сегодня сделаем исключение и посмотрим, проявится ли твоя.
У меня защемило в животе.
— Думаю, произошла ошибка. Я просто уйду.
Я развернулась и врезалась в Ашера. Он быстро среагировал, его большая рогатая голова заблокировала дверь, а суровые глаза грозно смотрели на меня.
Вблизи я почувствовала его альфа-феромоны, и у меня потекли слюнки от этого потрясающего запаха. От него исходил запах сосен. Насыщенный мускусный аромат, от которого у меня закружилась голова. Ашер наклонился вперед, и его ноздри раздулись, как будто он вдыхал мой запах.
Его янтарные глаза пылали яростью:
— Ты не сможешь убежать. Ты, черт возьми, сама этого просила. Теперь ты это получишь.
Его божественный запах совершенно не соответствовал его противной личности.
— Я ни о чем не просила, — ответила я с отвращением.
Джакс тяжело вздохнул.
— Тебе стоит размяться.
Кобра улыбнулся мне, и на его прекрасном лице это выглядело зловеще. Ашер толкнул меня вперед, и я споткнулась, и упала на маты. Оказавшись на четвереньках, я поняла, что маты на самом деле не сине-розового цвета. Они все были синими, некоторые просто окрашены в розовый цвет.
От крови.
Переключатель в моем мозгу щелкнул.
Оцепенение перезарядилось.
Оно включилось.
Глава 3. Сэди
Бойцовский клуб
Я шла вперед по огромному тренировочному залу, следуя за тремя альфами. Когда подошла ближе, солдаты обернулись и уставились на меня. Они все были одеты в одинаковую зеленую форму, и каждый из них выглядел крупным и пугающим.
Я вдохнула воздух. От каждого исходил легкий дымный запах. Они пахли, как Дик, а значит, это беты.
Помимо этого, я выделялась среди них, стоя в своей слишком маленькой толстовке с дырками и рваных брюках. Выделялась и тем, что слишком низкая и щуплая телосложением. На моем лице все еще виднелись следы засохшей крови от драки в таверне, а волосы оказались в беспорядке.
Каждый бета в зале был как минимум шести футов ростом, и мужчины, и женщины. Беты не бессмертные, как альфы и омеги, но жили по двести лет и дольше. Этим бетам могло быть в десять раз больше лет, чем мне. Несколько человек открыто усмехались, глядя на меня с отвращением. Оцепенение текло по моим венам, поэтому я не испытывала ни