Он напрягся. Его руки сжались чуть сильнее.

— Ты жалеешь?

Я повернулась к нему. Посмотрела в его любимые, родные синие глаза, в которых больше не было вечной мерзлоты.

— Нет. Я бы не вернулась. Та, прежняя Вики, умерла не зря. Она была пустышкой в красивой обертке. Она подавилась, чтобы я могла начать дышать. По-настоящему.

Я поднесла бокал к губам. Выловила оливку зубами. Раскусила.

Соленая. Терпкая. Вкусная.

Я проглотила её, глядя мужу в глаза. Гештальт закрыт.

— Я думаю о том, что мы отличная команда, Саша, — улыбнулась я, ставя пустой бокал на перила. — Посмотри на этот город. В каждом третьем окне женщина надевает белье, которое придумала я. И чувствует себя королевой.

— А мужчины в этих окнах молятся на тебя, — хмыкнул он.

Он наклонился и поцеловал меня. Глубоко, собственнически, так, как умел только он.

— И всё-таки, — прошептала я ему в губы, когда нам стало не хватать воздуха. — Кружева правят миром. Ну, и немного инквизиции. Для порядка.

— Согласен, — ответил Граф. — Но только если кружева на тебе.

Он подхватил меня на руки и понес внутрь, подальше от огней города, в темноту кабинета, где нас ждал диван и вечность впереди.

КОНЕЦ