- Забери ее. Забери. – Крик Флоры сменялся ее плачем.

- Что тут происходит? – Беллатрикс смотрела то на Флору, то на Айсгайта, желая получить хоть от кого-то ответ.

- Она просит забрать ее силу. – С грустью в голосе ответил мужчина.

- А так можно? – Удивилась Беллатрикс.

- Можно! Можно! Я знаю, что можно, но он не хочет. – Флора рыдала и слабо толкала кулаками Айсгайта в грудь.

- Почему ты не хочешь это сделать? – Она боялась, что истерика Флоры сейчас сменится злостью хранителя и весь этот шквал обрушится на нее, но опасения были напрасными. Послышался грустный голос:

- Потому что вместе с ее силами, она может лишиться части своей человечности. Я не знаю, чем это может обернуться.

- Мне плевать. Забирай. Забирай все. – Флора продолжала рыдать.

- Милая, давай поговорим об этом. – Беллатрикс хотела подойти к подруге, чтобы обнять, но та резко повернулась:

- Говорить? О чем говорить? Тут не о чем говорить? Он – чудовище. Жестокое, безжалостное чудовище, которое возомнило себя богом. Он не будет забирать мою силу потому что я должна ценить этот бесценный дар, он не будет забирать мою силу потому что может ее не забирать. Ему плевать на меня.

- Это не так, милая. Я уверена, что есть другая причина. – Беллатрикс хотела успокоить Флору.

- Ты защищаешь его? Другой причины нет. Хватит его оправдывать. Тебе нравится не он, а твои фантазии о нем. На самом деле, он - чудовище и не смей его оправдывать.

Беллатрикс была напугана таким поведением Флоры, и тем, что та сказала. Вдруг, Айсгайт и правда какое-то чудовище. Флора пыталась увести с собой подругу, но та хотела остаться, чтобы узнать, что произошло и почему хранитель не хочет забирать силу, на что Флора обиделась и ушла, громко хлопнув за собой дверью.

Беллатрикс раза три пыталась что-то спросить, открывая рот, но останавливала себя, уходя в глубокую задумчивость, хмуря брови.

- Мало того, что она может умереть, она может остаться неспособной любить вообще. – Айсгайт решил объяснить свой отказ.

- Почему у вас все так тяжело? – Беллатрикс сняла пальто и без сил плюхнулась на стул.

- Это наша природа. У вас тоже все непросто, вы можете умереть от простой простуды.

- А вы не можете?

- Нет. Никто из нас не может простудиться.

- Повезло. Почему ты можешь забрать силу? Почему она может умереть? Что это вообще такое?

- Ее сила – часть нее, ее можно лишиться только с кровью, но это могу сделать только я, потому что я и дал ей эту силу.

- А как ты поймешь, что сила полностью ушла?

- Она полностью не уйдет, но ее станет настолько мало, что она больше никогда не сможет ей воспользоваться.

- Тогда почему нельзя забрать малую ее часть?

- Она восстановится. Нужно забрать столько, чтобы она не смогла восстановиться.

- Как ты поймешь, что ее осталось столько, сколько нужно?

- Я это почувствую.

- А что значит, что она может лишиться чего-то человеческого?

- Вместе с силой может уйти все что угодно: способность любить, радоваться, сочувствовать, грустить, чего-то хотеть. И тут не угадаешь, что уйдет.

- А может ничего не уйти?

- Может. Но это нельзя контролировать или предсказать, это огромный риск. Я не сказал Флоре, что не буду этого делать, я сказал, что не хочу это делать и что ей нужно все хорошенько обдумать, она может остаться без всего.

- Я поговорю с ней. Надеюсь, у меня получится ее успокоить.

- Было бы хорошо. Спасибо.

Беллатрикс оделась и выходя из дома спросила:

- А кто-то из вас умеет стирать память?

- Умеет, но не всю. А тебе зачем?

- У меня есть план.

- Но они не могут стереть из памяти человека, чувства, часть жизни. Они могут стереть что-то незначительное, небольшое, например, какие-то фразы, прочитанную книжку. Что за план?

- Спасибо.

Беллатрикс выбежала и направилась домой. Она решила дать Флоре возможность успокоиться самой, прежде чем говорить. Деревня продолжала праздновать. Она вбежала в дом и увидела Гронса, погруженного в свои грустные мысли.

глава 31

- Ты была с ней? Как она? – Спросил брат.

- Да. Она очень расстроена.

- Я тоже. Ей придется выбрать.

- Выбрать? Она тебе рассказала?

- Да. Она мне все рассказала. – Он тяжело выдохнул.

- И как ты к этому отнесся? Тебя это не шокировало? Не напугало? – Беллатрикс не верила своим ушам.

- А что меня должно было напугать?

- Ну, то, что она… Стой. А что она тебе рассказала?

- А кто она? – Гронс поднялся со своего места и стал медленно подходить к сестре.

- Никто. Что она тебе рассказала? – Беллатрикс поняла, что взболтнула лишнего и Флора рассказала не то, что должна была бы.

- Нет. Сначала скажи кто она.

- Так. Я тебе обещаю, что расскажу кто она, но после того, как ты расскажешь, что она тебе рассказала. Договорились?

- Я тебе не верю. Сначала говори ты, а то ты опять что-то скроешь от меня.

- В таком случае, ты вообще ничего от меня не узнаешь.

- Ладно. – Гронс сдался и сел на свое место,

Сестра сняла верхнюю одежду и присоединилась к брату, прокручивая в голове план, как бы потом его лишить памяти об этом разговоре, всё-таки нужно было поделиться своим планом с Айсгайтом, он бы подстраховал.

- Она мне сказала, что они живут общиной и строить отношения могут только с людьми из своей общины, а я чужак и со мной быть нельзя. Ей придется выбирать между мной и семьей.

- И что ты сказал?

- Я сказал, что у нее есть неделя, чтобы принять решение иначе, я приму это решение вместо нее и она останется с семьей.

- Это жестоко. Какого черта ты вообще ей ставишь условия?

- Что? Она все это время знала, что не может