— Не может быть, они совершенно свежие.

Я не знала, могу ли я признаваться графу, что это я продала ганзейцам рецепт крекеров, а вдруг «король» в лице графа обидится на меня, зато что разбазарила «государственный секрет», потому я решила попридержать эту информацию.

По нашему договору с ганзейцами я имела право производить галеты талько сама, не передавая рецепт в течение пяти лет. Соответственно, я была ограничена местом производства, и это было оговорено хитрыми купцами, чтобы не получилось так, что я «везде» произвожу сама.

И я, и капитан Седрик одновременно улыбнулись, и капитан подтвердил:

— Может, и поверьте, так оно и есть и это леди Маргарет придумала, как их делать.

Я подумала, что, наверное, Седрик прав, что сказал, что это моя идея и, с одной стороны, хорошо, что мы ушли от темы галет, а с другой стороны, теперь, скорее всего, у графа возникнут вопросы

— И много Вы можете таких делать? — спросил граф, полностью оправдав мои ожидания.

— Мне надо посчитать, — сказала я, — но было бы лучше, если бы вы озвучили потребность, тогда я могла бы подстроиться под Вас.

Граф подозвал секретаря, и тот принёс бумагу и перья с чернилами.

— Но я могу делать не только это, сэр Джон, — я решила, что пришла пора поговорить о делах, пока глаза у графа горят и он открылся, словно пёс, взявший след.

И я рассказала графу про колбасу с разными сроками годности. Рыцари сидели, глядя на меня так, будто бы увидели сошедшего с небес одного из своих покровителей. А малодой граф Честер продолжал хрустеть крекерами, щедро запивая их вином.

— Её можно брать с собой, не лишая себя радостей жизни, а можно и украсить стол, — закончила я, крайне жалея, что нет у меня с собой ароматно пахнущих образцов. Помнится, что в той жизни на презентациях образцы всегда действовали превосходно, даже самые упрямые скептики долго не выдерживали и обязательно пробовали кусочек.

А я знала, как сделать вкус таким, чтобы после первого кусочка сразу же захотелось второй.

Но и мой рассказ подействовал на графа, потому как в конце разговора он рассмеялся и сказал:

— Леди Маргарет, Вы так вкусно рассказываете о колбасе, что мне снова захотелось есть. Пообещайте, что Вы мне пришлёте образцы сразу же, как вернётесь к себе в замок.

Вот об этом и хотела поговорить, — сразу же уцепилась я за возможность.

И рассказала, что, если колбаса придётся по вкусу, то понадобятся поставки сырья, а кроме как из Карнаворна я пока не знаю, откуда ещё можно возить.

На это граф заметил, что у меня есть соседи и с правой стороны границы моих земель, и очередным разом, сверкнув глазами, сказал:

— Говорят даже, что Вы уже наладили с ними отношения.

Я удивлённо взглянула на графа, но ответил мне капитан Седрик:

— Скорее всего, граф имеет в виду Алана Стюарта и его людей, верно?

— Алан Стюарт, — повторил граф Честер, — да, те люди, которые...

И здесь, принявший вина отпрыск перестал себя сдерживать, и, перебив отца, сказал:

—... мужики в юбках

— Не в юбках, а в килтах, — машинально поправила я его.

— О, леди знает, как это называется, — пьяно и довольно развязно протянул молодой граф, — а может леди знает, что они под килтами совсем ничего не носят?

Я посмотрела на графа, который размахнулся и ударил сына так, что тот отлетел вместе с тяжёлым стулом.

«Шарикову пива больше не наливать*», — подумала я.

(здесь героиня вспоминает фразу профессора Преображенского из романа «Собачье сердце», которая в оригинале звучала как: «я Вас прошу, пива Шарикову не предлагать!»)

— Леди Маргарет, прошу простить, — извинился средневековый граф, — и, если Вы не против, то я бы хотел предложить Вам остаться в замке, а с утра готов предоставить Вам свою шнеку, и Вы за день уже будет у себя в замке, потому как по морю гораздо ближе, чем по суше.

Я не смогла отказаться от такого заманчивого предложения сократить дорогу до замка вдвое, и нигде не ночевать в дороге. И мне в голову пришла идея, что мне тоже нужна шнека и новый причал.

Рыцарей послали сообщить нашим, чтобы на рассвете выдвигались в сторону Карнаворна, граф собственноручно подписал пропуски и передал сэру Джефри, снова пристально взглянув на него, но снова ничего не сказал.

Я, не желая снова опухнуть от укусов клопов, спросила графа напрямую о том, как в замке обстоит дело с «живностью». И он ответил:

— В этой башне чисто, леди Маргарет. Поэтому здесь Вы с этой гадостью не столкнётесь. Я недавно взял на службу валлийского травника, вот он и очистил всё.

А я вспомнила, что скоро приедет капитан Сэл, а с ним и моя травница. И, видимо, что-то отразилось у меня на лице, потому как граф Честер, всмотревшись, произнёс:

— Вижу, что Вы знаете, о чём я говорю.

Пришлось кивнуть и рассказать, что да, у меня тоже есть человек, разбирающийся в травах.

Граф Честер выделил мне прислугу, мне наносили подогретую воду, и даже предоставили чистую холстину, часть из которой я приказала постелить на шкуры.

И в целом ничего бы не мешало мне выспаться, если бы ночью, уже перед рассветом, ко мне в дверь не постучал капитан Седрик и не сообщил, что приехал сэр Джэфри и ждёт, чтобы сообщить что-то крайне важное.

Пришлось вставать, и пока одевалась, уже успела себя накрутить, что там случилось что-то страшное, почему-то сразу представлялся Алан, избитый и весь в крови.

Но оказалось, что это по мою душу. В Карнарвон приехали церковники, представляющие Гилбертинский монастырь, и разыскивают леди Маргарет.

— Несколько монахинь во главе с самой аббатисой и с ними боевой отряд, — проговорил сэр Джефри.

Глава 20

Первая мысль, которая мелькнула в моей невыспавшейся голове, что сиди я сейчас у себя в замке, и доберись церковники до него, отступать мне, вероятно было бы некуда, и пришлось бы идти на конфликт. И, возможно, что без крови бы не обошлось.

Ах, как мне