Переложила книгу к себе и провела по золотым буквам. "С первых поколений" — блеснуло название книги, которую из века в век вели мои предки и куда попадали самые деятельные члены семьи. Листок, где когда-нибудь появится Микаэль еще был пустым, а вот мой… Я перелистнула страницу назад.

"Николетта Феррано — работник военной структуры, преданный стране и направивший ее на новый путь. Член революционного движения..-х годов. Активный участник битвы за императорский дворец. Миротворец и друг императорской семьи", — так будут помнить меня потомки.

По щеке скатилась слеза.

— Эй, — мое состояние заметил Рик. — Мы же сражались, чтобы никто больше не плакал. А ты, малец, — обратился он к Мике, — лучше принеси сестре графин с соком.

Микаэль спрыгнул со стула и помчался на кухню. Пока родители в отъезде, он жил с нами, чему были рады исключительно все обитатели дома, но больше всего он сам. Его ближайшей мечтой было увидеть настоящий снег. Что ж, снега у нас зимой навалом!

Сумерки накатили внезапно, но Рик с Даниэлем сумели удивить гостей и меня в том числе. Когда стало достаточно темно, в саду зажглись фонари.

— Но как? — удивился кто-то. — Камни силы же исчезли. Откуда свет?

— Это разработка Арчи, — пояснил Рик. — Сырая еще, но очень перспективная.

— Я все равно не понимаю, откуда в фонариках огонь? Там внутри свечи?

— Кое-что поинтереснее, — улыбнулся Рик и махнул в сторону Арчи, теперь молодого ученого при императорском дворце.

Парень вспыхнул от смущения, но потом набрался храбрости.

— Я изучал свойства черной жижи, в которую превращаются бракованные камни силы. И знаете… Из нее можно сделать превосходное топливо. Думаю, ценность этого вещества будет высока. Я бы назвал его… черное золото!

— Что же получается, нас снова ждут перемены?

— О, да! — кивнул Арчи.

— Ненавижу перемены, — буркнул шеф Виллинью и залпом выпил свой горячительный чай.

Молодые заулыбались.

— Знаешь, — шепнула я на ухо Рику, — нас с тобой тоже ждут перемены. Скажем… через восемь месяцев.

— Ника! — мужчина чуть не упал со стула. — Ты беременна?

Я загадочно улыбнулась и погладила еще плоский живот.

Будет ли наш ребенок обычным или дефектным? Будет он консерватором, как Рик, или склонным к приключениям и опасностям, как я? Уф, пусть лучше первое!

Этот малыш сам выберет свой путь, как выбрали его мы. Как выбираем снова и снова каждый день.

Конец