Шок. Ужас. Понимание.

Руки начали дрожать – сначала едва заметно, потом всё сильнее, пока не превратились в трясущиеся листья.

Я посмотрела на фотоаппарат в своих руках.

Моя обычная камера. Та, с которой я приехала в Шотландию снимать пейзажи для курсового проекта.

И она… она только что…

– Что это было? – Голос дрожал. – Как… как это возможно?

Лис сидел, осматривая свои обожжённые руки, и молчал.

– Моя камера, – прошептала я, глядя на неё с благоговением и ужасом одновременно. – Обычная цифровая камера отпугнула мёртвые деревья.

Я подняла взгляд на Лиса.

– Ты знал. – Не обвинение. Констатация факта. – Знал, что она может это сделать.

Он кивнул, не отрывая взгляда от своих рук.

– Железо, – сказал просто. – Магний в вспышке. Литий в батарее. Медь в проводах. Вся ваша технология…

Он замолчал, осторожно шевеля обожжёнными пальцами.

– Вся ваша технология построена на рационализме. На логике. На отрицании магии. – Голос стал тише, в нём зазвучала странная горечь. – Это противоположность нашей природе. Это… антимагия, если хочешь.

Я уставилась на него.

– Антимагия?

– Каждый ваш прибор, каждое устройство создано с мыслью, что мира духов не существует. – Он поднял обожжённую руку, глядя на волдыри. – Эта уверенность, эта рациональность… она впитывается в металл, в пластик, во всё, из чего вы строите свой мир.

Лис встретился со мной взглядом.

– И когда такая вещь попадает в наш мир… – Он поморщился. – Это как кислота. Как яд. Болезненно даже находиться рядом, не говоря уж о том, чтобы прикасаться.

Изумление накрыло меня волной.

– Откуда ты всё это знаешь? – прошептала я. – Про нашу технологию, про рационализм? Ты же фейри, живёшь в лесу…

– Триста лет, да. – Он отвёл взгляд. – Но не только в лесу.

– Что значит "не только"?

– Иногда… выбираюсь. – Неохотно. – В ваш мир. Изучаю.

– Зачем?

Лис помолчал долго, глядя в сторону Мёртвого Лога.

– Потому что ваш мир наступает на наш, – сказал он наконец. – С каждым годом всё сильнее. Железные дороги, заводы, города… Магия слабеет. Фейри исчезают.

Голос стал жёстче.

– Если хочешь выжить в меняющемся мире, нужно знать врага. – Он посмотрел на меня. – Или союзника. В зависимости от обстоятельств.

– И что ты… как ты изучаешь наш мир?

Усмешка – горькая, почти болезненная.

– Принимаю человеческий облик. Хожу по вашим городам. Читаю книги в библиотеках. Смотрю, как вы живёте. – Пауза. – Как вы убиваете магию, сами того не понимая.

Мне стало не по себе.

– И давно ты этим занимаешься?

– Лет сто. Может, больше. – Он осторожно согнул пальцы, проверяя ожоги. – Сначала было любопытство. Потом – необходимость.

– Почему не сказал раньше? – Я села ближе, стараясь говорить спокойнее. – Про камеру. Я могла использовать её с самого начала.

Лис поднял взгляд – в янтарных глазах читалась усталость

– Не знал наверняка, сработает ли, – сказал он честно. – Теория – одно, практика – другое. К тому же… – Он помолчал. – К тому же, не хотел давать тебе слишком сильное оружие.

– Что?

– Подумай сама. – Он встретился со мной взглядом. – Любая техническая штука из вашего мира может убить фейри. Телефон, планшет, даже обычные часы. Всё, что содержит железо и создано с мыслью об отрицании магии.

Холодок пробежал по спине.

– Ты боялся меня.

– Не боялся. – Быстро. – Был осторожен. Разница есть.

– Но ты знал, что у меня камера?

Пауза. Отвёл взгляд.

– Видел, когда ты перебирала вещи. Когда туман принёс тебя к нам. – Он поднял руку, останавливая мой протест. – Я не рылся в твоих вещах. Просто… заметил. Ещё тогда.

– И молчал.

– Молчал, – согласился он. – До сегодняшнего дня.

Я смотрела на него – на обожжённые руки, на усталое лицо, на янтарные глаза, полные какой-то древней печали.

Он спас меня, терпя боль от прикосновения к тому, что для него было ядом.

– Ладно, – выдохнула я. – В следующий раз просто… скажи сразу. Хорошо?

– Хорошо.

– И спасибо. – Голос дрогнул. – За то, что рискнул. За то, что терпел боль ради меня.

Что-то внутри меня сломалось.

Все эмоции, которые я держала под контролем – страх, отчаяние, благодарность – хлынули разом.

Я рванулась к нему, обхватила руками за шею, прижалась крепко, отчаянно.

– Спасибо, – всхлипнула я в его плечо. – Спасибо, что не бросил. Что остался. Что спас меня.

Лис застыл.

Совершенно. Абсолютно.

Будто превратился в статую. Я чувствовала, как напряглись мышцы под моими руками, как он перестал дышать.

Несколько секунд мы так и сидели – я, цепляющаяся за него, как за спасательный круг, и он, окаменевший от неожиданности.

Потом до меня дошло, что я делаю.

Неловкость ударила волной.

– Извини, – пробормотала я, начиная отстраняться. – Я не хотела…

Но тут его руки – осторожно, медленно – легли мне на спину.

– Опять "спасибо", – произнёс он слабым голосом, но я слышала в нём попытку пошутить. – Технически теперь ты снова мне должна…

Он не договорил.

Потому что напряжение покинуло его тело разом.

Руки сомкнулись крепче, притягивая меня ближе. Он опустил голову, уткнулся лицом в мои спутанные волосы.

– Боже, – прошептал он так тихо, что я едва расслышала. – Как давно… как давно никто меня не обнимал.

В голосе звучала такая растерянность, такое удивление, словно он забыл, каково это – человеческое тепло.

Мы стояли, прижавшись друг к другу в темнеющем лесу.

Я чувствовала, как дрожат его руки на моей спине. Как неровно он дышит. Как что-то жесткое в нём тает, размягчается.

– Не все фейри… – Голос дрогнул. – Мы не все понимаем прикосновения. Объятия. Это слишком… человечно.

Он слегка отстранился, посмотрел мне в глаза.

– А ты обняла меня, как будто это самое естественное в мире.

– Для меня так и есть. – Я не отпустила его. – Когда кто-то спасает мне жизнь, рискуя своей… это единственный способ сказать спасибо по-настоящему.

Лис смотрел на меня долго, изучающе.

Потом медленно улыбнулся – первая настоящая, тёплая улыбка за всё время нашего знакомства.

– Тогда я не буду засчитывать это как долг, – сказал он мягко. – Пусть будет исключением.

– Спасибо, – прошептала я, и мы оба рассмеялись.

Я нехотя отпустила его, отступила на шаг.

Мир вокруг показался холоднее без его объятий.

Но что-то изменилось между нами. Стена, которую я не замечала раньше, рухнула. Теперь он смотрел на меня не как на интересную смертную, а как на… друга.

– Рюкзак, – сказала я тише, возвращаясь к реальности. – Где мой рюкзак?

Глава 10

– Рюкзак, – прошептала я, озираясь. – Где мой рюкзак?

Лис кивнул в сторону Лога.

– Там.

Холод начал ползти по спине.

– С едой. –