Ознакомительная версия. Доступно 56 страниц из 307

Утро было прохладным, и внезапный порыв ветра взметнул полы широкой рубашки, приятно холодя потную кожу, хотя зрелище и впрямь было не для невинных девичьих глаз.

— Дай я завяжу полы между ног, — предложила Пейшенс. — Я умею делать бабин узел, прямой и рифовый. Меня папа научил!

— Не будь дурочкой, Пейшенс! Если ты завяжешь рубашку, как он будет в уборной ее задирать? Она слишком туго их завязывает. Ее узлы невозможно развязать, — предупредила Пруденс гостя.

— Неправда! Ты врушка!

— Уймись, сестра! Вот скажу маме, как ты меня назвала!

— А где ваш отец? — перебил их Джейми, пока они не вцепились друг другу в волосы.

Девочки замолчали и странно переглянулись, прежде чем ответить.

— Не знаем, — тихо и грустно заговорила Пруденс. — Он ушел на охоту год назад и не вернулся.

— Может, его индейцы забрали, — добавила Пейшенс, стараясь не терять надежды. — Тогда он сбежит и обязательно к нам вернется!

Пруденс вздохнула и уныло согласилась:

— Может… А мама думает, его ополченцы застрелили.

— Почему? — удивился Джейми, глядя на них сверху вниз. — Зачем им в него стрелять?

— За то, что он квакер, — пояснила Пейшенс. — Он не хотел воевать, поэтому они сказали, он лоялист.

— Ясно. А он… он и правда лоялист?

Пруденс нежно посмотрела на Джейми, без слов благодаря за то, что он говорит об их отце в настоящем времени.

— Я бы не сказала… Но мама рассказывает, что на ежегодных собраниях только и твердят, что все квакеры должны быть за короля, ведь король хочет мира, а повстанцы хотят войны. Так что… — она пожала плечами. — Люди думают, мы лоялисты.

— Папа не был! Он не такой! — вставила Пейшенс. — Он говорил о короле всякое, а мама умоляла его придержать язык. Вот и уборная! — неохотно объявила она, отпуская локоть Джейми и открывая перед ним дверь. — Только полотенцем не вытирайся, оно для рук. Там в корзине есть кукурузные листья.

* * *

Джон Грей проснулся совершенно разбитым. Его трясло в лихорадке, голова раскалывалась. Оба глаза залепило липкой коркой гноя, левый не открывался вовсе. Ему всю ночь снилась какая-то сумятица, мешанина образов, голосов, эмоций. Вот Джейми Фрэзер, весь черный от гнева, кричит на него, а потом все вдруг пропадает и начинается кошмар. Они будто бы бегут вместе через болото, зыбкую трясину, в которой вязнут ноги; Фрэзер проваливается, орет, чтобы Грей скорей уходил, но тот не может — ноги уже засосало, и он стремительно тонет, размахивая руками, но не в силах нащупать опору…

— Эй!

Кто-то затряс его за плечо, вытягивая из трясины. Грей разлепил здоровый глаз и сквозь пелену увидел силуэт молодого человека в темном пальто и очках, отчего-то смутно знакомого.

— Джон Грей? — спросили его.

— Да, — отозвался тот и с усилием сглотнул. — А мы… мы имеем честь быть знакомы, сэр?

Визитер вдруг вспыхнул и ответил вполголоса:

— Да, Друг Грей. Я…

— Ах да! — тот стремительно сел. — Ну конечно же вы… О господи!..

Голова из-за столь разительной перемены положения, казалось, вот-вот слетит с плеч и впечатается в ближайшую стену. Молодой человек… Хантер, всплыло наконец его имя из мешанины мыслей. Доктор Хантер. Тот самый квакер Дотти.

— Думаю, тебе, Друг, лучше все-таки лечь.

— Думаю, сперва мне лучше избавиться от лишнего в желудке…

Хантер вовремя выхватил из-под кровати горшок. Потом подал стакан воды — «Только пей медленно, Друг Грей, иначе ее тоже не удержишь» — и устроил Джона на подушках. Тут за спиной у него неожиданно возник полковник Смит.

— Что скажете, доктор? — взволнованно нахмурился тот. — Он в своем уме? А то посреди ночи вдруг начал петь, а потом до утра стонал и бредил. Да и вид у него…

Смита так выразительно перекосило, что Грей задумался, неужто и впрямь выглядит столь жутко?

— У него сильный жар, — определил Хантер, смерив Грея пронзительным взглядом сквозь очки. Он наклонился, чтобы пощупать у него пульс. — И, Друг Смит, видишь, что у него с глазами? Перевозить его крайне опасно. Может случиться кровоизлияние в мозг, и тогда…

Смит недовольно хмыкнул и поджал губы. Оттолкнув Хантера в сторону, сам склонился над Греем.

— Подполковник, вы меня слышите? — произнес он чуть ли не по слогам, будто разговаривал с умалишенным или иностранцем.

— Ich bin ein Fisch… — тут же пробормотал Грей, зажмуриваясь.

— Пульс неровный, — предупредил Хантер, держа Грея за запястье. Рука у него была холодной и успокаивающе твердой. — Я не готов брать на себя ответственность за последствия, если все-таки решите его перевозить.

— Ясно…

Смит помедлил немного. Грей слышал, как тот тяжело дышит, но открыть глаза и посмотреть не рискнул.

— Что ж, хорошо. — Полковник невесело хохотнул. — Раз Магомет не может прибыть к горе, значит, доставим к нему гору. Пошлю генералу Уэйну письмо. А вы, доктор, уж постарайтесь, чтобы этот человек выглядел вменяемым.

* * *

Раненым глазом Грей видел Дензила Хантера, и это обнадеживало: значит, он не ослеп. Пока что… Хантер снял очки, чтобы взглянуть на пострадавший орган поближе. У него самого были привлекательные глаза: светло-карие, цвета мякоти зрелой маслины, с крохотными зелеными прожилками в радужке.

— Посмотри наверх, пожалуйста.

Грей попытался поднять глаз.

— Ай!

— Нет? Тогда вниз.

Эта попытка тоже оказалась безуспешной; да и вправо-влево глаз двигаться не желал. Казалось, он засел в глазнице, будто сваренное вкрутую яйцо. Грей поделился этим наблюдением с Хантером, и тот улыбнулся, хоть и несколько обеспокоенно.

— Слишком сильный отек, нельзя пока говорить наверняка. Что бы с тобой ни случилось, удар нанесли с большой силой. — Хантер, осторожно нажимая подушечками пальцев, ощупывал лицо Грея. — Здесь болит?..

— Да. Можете не спрашивать: болит все, от скальпа до шеи, включая ухо… А насчет кровоизлияния в мозг — вы это серьезно?!

— Такая вероятность существует. — Однако Хантер улыбнулся. — Впрочем, я не вижу симптомов: ни обмороков, ни спутанности сознания — спиртное не в счет, — и, судя по всему, после ранения ты некоторые время провел на ногах. Так что шансы, думаю, невелики. Хотя под склерой наблюдается кровотечение… — Холодные кончики пальцев коснулись налитого века. — Глазное яблоко ярко-красное, и кожа вокруг тоже. Выглядит… весьма впечатляюще.

В его голосе слышалась откровенная насмешка, и Грей счел это успокаивающим знаком.

— Отлично, — сухо сказал он. — И сколько надо времени, чтобы все прошло?

Хантер поморщился и покачал головой.

— Краснота спадет через пару недель. Может, месяц. По сути, это обычный синяк, просто лопнули крохотные кровеносные сосуды под кожей. Куда больше меня беспокоит, что ты не

Ознакомительная версия. Доступно 56 страниц из 307