Несправедливо.

Никто не должен быть на последнем месте, ни одна из нас. Поэтому моментам нашего единения стоит произойти одновременно.

В тот самый миг, когда я решила, что так и сделаю, послышались шаги за моей спиной.

Кайрен приближался, и его босые ноги проваливались в песок, а над головой вились десятки разноцветных птиц. Щебетали тревожно, даже возмущенно, словно предрекали надвигающуюся бурю.

Пусть движения стаи на первый взгляд казались совсем уж беспорядочными, но в этом хаосе я уже начинала различать знакомый ритм.

Птицы постепенно закручивались в вихрь, а это означало, что Бездна нашла нас даже здесь, на необитаемом острове посреди бескрайнего моря.

Но я не собиралась никуда бежать. Знала, что меня уже не остановить, потому что мои драконицы были рядом, и наше объединение – дело ближайших секунд.

- Наплевать на тебя, Ларге Крейген! – пробормотала я.

- Когда вы объедините сознания, то произойдет сильнейший магический всплеск, – произнес Кайрен, не сводя взгляда с морской драконицы. – Но тебе ни в коем случае не стоит этого бояться.

- Я и не собираюсь, – сказала ему.

Кайрен кивнул.

- Твои драконицы поделятся с тобой своей магией, и с этого момента ты станешь в разы сильнее, Шани. Так сделай же это!

Птицы тем временем вились быстрее и быстрее, истерично щебеча, и их становилось все больше. Кайрен нахмурился и выставил защитное поле, накрыв нас полупрозрачным силовым куполом.

Но я прекрасно понимала, что Бездну таким не остановить. И даже если я объединюсь с обеими драконицами, получив от них дополнительную магию, этого тоже будет мало.

Веледе Веллард понадобились годы, а также помощь пяти Изначальных родов, при участии армий Арвена и морского народа, чтобы низвергнуть того, кто пожелал мирового господства.

- Поспеши, Шани! – произнес Кайрен, уставившись на птиц. – Боюсь, мы здесь не одни.

- Не одни, – согласилась я, после чего закрыла глаза и протянула руки.

Ладони легли на головы обеих дракониц одновременно, и в это самое мгновение мой привычный мир взорвался ярчайшим светом.

Мне показалось, будто передо мной распахнулись двери – в два мира, таких разных, но одинаково прекрасных, – а я открыла для них двери в свой.

Воздушные потоки и морские глубины встретились в человеке, сплетаясь, как дыхание и биение сердца. Я видела чужие воспоминания, впитывала надежды и страхи моих дракониц, ощущала их силу и магию, одиночество и ту странную нежность, которую они испытывали ко мне.

И я делилась с ними всем тем, чем была сама.

Кем была я на самом деле – Шанайя Гордон-Веллард-ДиРейн.

Через бесконечно длинную, но при этом короткую секунду наша магия стала одной на троих, а потом, словно от подсознательного толчка, я почувствовала опасность и открыла глаза.

Птичья стая, вившаяся перед этим над головой Кайрена, а потом, после его щита, отлетевшая к зарослям, теперь превратилась в гигантскую фигуру человека.

Трехметрового, а то и повыше.

Стоило ли говорить, чьи именно черты угадывались в лице птичьего монстра?!

Затем его кулак, наполненный Огненной магией, врезался в защиту Кайрена, с легкостью ее пробивая. Ладонь Бездны открылась, словно он собирался схватить и утащить меня с собой.

Но я не растерялась. Взмахнула рукой, ударив по Ларге Крейгену в ответ.

Чем? Я не могла сказать – всем тем, что дали мне драконицы.

Мир в очередной раз ослепительно вспыхнул перед моими глазами, когда мое заклинание пронзило голову и тело монстра. Стая застыла в воздухе, будто бы время для нее остановилось, а потом щебечущий пернатый народец разлетелся в разные стороны.

Но на долю секунды я успела ощутить мысли Бездны, явно не ожидавшей подобного отпора. Поняла, что именно задумал Ларге Крейген и каков будет его следующий шаг.

Все это промелькнуло перед глазами – я почувствовала его неистовое желание заполучить Веледу, которую он видел во мне.

Воплотившуюся в меня.

И две мои призванные драконицы лишь это подтвердили – окончательно и бесповоротно. Перед ним стояла именно она, его любовь, утраченная Ларге Крейгеном шесть столетий назад.

И даже то, что я ответила ему Огненным заклинанием, нисколько его не смутило. Ведь и тогда Веледа выбрала не его, после чего сражалась против Бездны до конца, пока не одержала победу.

Но на этот раз Ларге собирался поступить иначе. Считал, что у него появился шанс завоевать ее любовь – раз уж Веледа якобы вернулась в этот мир вместе с ним.

И нет, своим заклинанием боль ему я не причинила: тело Ларге давно уже умерло, но его это нисколько не смущало. Он мог выбирать любое из тех тел-носителей, которые себе подчинял.

А у птичьей стаи так и вовсе не имелось тела, было лишь его сознание, которым он всех контролировал.

Зато я ощутила его досаду – Ларге злился, что я продолжала ему сопротивляться. Считал, будто бы Веледа до сих пор не установила власть над девчонкой Шанайей Гордон, но надеялся, что вскоре ей это удастся, и тогда он переманит ее на свою сторону.

Но это было далеко не все.

Имелось нечто еще, что пыталось ускользнуть, раствориться в окружающем мире: в шелесте набегавших на песок волн, в дыхании ветра, в тепле, исходящем от Кайрена и моих дракониц.

Мой контакт с разумом Ларге длился всего несколько секунд, а потом он закрылся, распался, разлетевшись на птичьих крыльях в разные концы острова, и сейчас я не могла понять…

Но все же выловила, вытащила его мысли из глубин сознания.

Ларге Крейгену позарез нужен медальон Веллардов. Без шестого куска Печати из заточения ему не вырваться, не обрести полную силу и не завершить задуманное. То, что он пытался сделать в прошлый раз, – установить полную власть над этим миром.

Но Ларге понимал, что к медальону ему так просто не подобраться, как это удалось провернуть с другими.

- Шани, что с тобой? Ты в порядке? – донесся до меня встревоженный голос Кайрена. – Бездна ушла, ее здесь больше нет. Ты ее прогнала.

- Со мной все хорошо, – глухо отозвалась я.

Затем прислонилась к боку воздушной драконицы, а морская подошла ближе и подставила рогатую голову под мою ладонь, наслаждаясь первой моей лаской.

- Разве со мной может быть плохо после того, как я… Как мы…

Я уже знала их имена. Айрея – воздушная. Таласса – морская. Но как бы сильно мне ни хотелось провести первые минуты после