— Простите, моя госпожа, — Рой склонился на колено.

— Шейлис!!! — она прошла к поверженному нагу и стала залечивать Его раны, — Рой, я запрещаю тебе его трогать.

— Как скажете, моя принцесса, — Ройха не хотел убивать, и знал, что ни один наг не умрет просто так, а этого он уже наказал, раны заживут... когда-то.

Но Айлин не хотела их оставить. Она заживляла все сейчас.

— Вы слишком добры к нему, Моя принцесса, — не мог смолчать Рой.

Сейлиан только похлопал Роя по плечу. В поддержку.

И это было больно замечать Шейлису. Его жалела и лечила Айлин.

Демонесса, которую он старался ненавидеть. Но разве не видел, как преобразовался Нагшиар? Как пришла надежда к его народу? Разве не трудился он вместе со всеми над возрождением шелка?

Ее тонкая рука гладила голову темно-фиолетового змея, принося магию исцеления. И змей не выдержал.

Он так долго был ... одинок. Он уткнулся носом ей вбок.

И замер от неожиданности. Демонша не просто была беременна, что священно для любого нага, но ее дети...

Ее дети — наги!!!

Одно это уже ставит ее на самую высокую ступень в нагской иерархии.

Мать нагов.

И Шейлис склонился. Он обязан охранять ее ценой своей жизни.

И нет прощения ее врагам. Он наг ЕЕ клана.

Эпилог

В Темной империи останутся легенды об этой удивительной демонессе. Она бессмертна, как и ее мужья. Но никто не знает как ЕЕ найти. Ту, что оставила артефакт — Чашу Судьбы в Нагшиаре.

Столица Темной империи Руан— Эшиль-Яр.

Ресторан "Темнейшие" в одном из самых дорогих, близких к Новому дворцу районов города.

— Ваши документы, господа,— обратился консьерж — вампир к незнакомой группе парней, решившей посетить столь дорогое и приличное место.

Одета молодежь была хорошо, но не по последней моде столицы. Черные костюмы из хорошей тонкой шерсти северных шонгов, явно заговоренные — в этой одежде можно идти в бой равно как и на прием. Шестеро парней были невероятно красивы, горды и светились какой-то аристократической свободой, совершенно не волнуясь, что в столь престижное место кого попало могут не пустить и даже обсуждая кого-то не обращали особого внимания на вампира при входе!

С ними была обыкновенная девушка шатенка с карими печальными глазами. В простом закрытом коричневом платье. Ничем не интересная девушка, милое личико даже в глазах консьержа не искупало ее присутствия в их компании.

Однако документы, предоставленные парнями говорили о том, что эти господа... наги. С печатями и подписями  старейшины и государственного регистратора, ответственного за Юг.

На скромных нагов парни походили лишь высокомерием. И больше ничем.

— Эмм... господа... хочу вас предупредить, у нас достаточно дорогое заведение и минимальная сумма за обед у нас на вашу компанию может составить около двадцати золотых, — вампир скорбно опустил голову.

— Если Я сказал, что Мы хотим пройти сюда, как ты смеешь стоять на Моей дороге? — консьержа придавило таким объемом магического фона, что он поспешил в извинениях ретироваться и то только потому, что господин наг это позволил.

Они прошли и заняли стол в центре зала, привлекая внимание знати. Расселись абсолютно не стесняясь незнакомого места, с харизмой по меньшей мере принцев. Отличали их еще и длинные волосы, мода на которые временами наступала у знати, но этим господам невероятно все шло.

— Зря ты его так, Шеррад, — усмехнулся парень с белоснежными волосами и очень цепким взглядом.

Шеррад, его полная противоположность, черноволосый и черноглазый, фыркнул.

— Эйллар, уж лучше я его подвину, по крайней мере мои действия просты и понятны каждому. Если вспомнить, как ты входил в ворота столицы, я вообще удивляюсь как нас не арестовали за нападение на стражей, поскольку ты их снес ментальной волной.

— Не надо было смотреть на Аронию! — фыркнул в этот раз блондин.

— Я тебе ее не уступлю.

— Да я тоже.

Это извечное противостояние белого и черного братьев никогда ничем не заканчивалось. Они слишком хорошо знали друг друга и то, что силы равны, но когда-то черный родился первым и считал себя главным. У белого был выбор — остаться вторым или уйти из прайда. Однако методы белого в решении проблем настолько кардинальны, что с ним легко объявить войну всему миру.

Вот и сегодня. Городские ворота столицы устояли только благодаря магии земли алого и зеленого их братьев. Владыке Темной империи это могло не понравиться. Они выросли вместе и уходить никто никуда не хотел. Как и отдать Аронию, из-за которой спорили все.

Она принадлежит им с самого рождения, а можно сказать до него.

Едва родившись, они все заявили права на девушку — нагиню. На ее кровь. Она выкормила их. Но ни один не слушался ее. Они шипели и кусались, на самом деле не причиняя боли, а больше пугая ее, заставляя покориться их  воле, а не наоборот. Их невозможно погладить так просто, только когда они пьют кровь. Но не только ее кровь они пили, также кровь зверей, охотились и готовили мясо. Иногда для них готовила еду она, иногда родители. Они всегда ласкались к матери, носившей их очень долго, отчего дети родились очень крупными змеями, и им пришлось выходить через ее живот, который сразу залечился мощной регенерацией вампира. Мать дала им максимум силы, и они вырастали очень крупными нагами. А еще ипостаси вампиров и демонов принадлежали им в полной мере. Высшие. Они не уступали никому в этом зале. Особенно, когда вместе.

— Ронни, тебе не кажется, что ты слишком далеко от меня села? — их серый брат, ни в чем не уступающий ни силой, ни ростом, остался недоволен выбором девушки — между белым и рыжим братом.

— Грейдан, я села туда, где было место, — опустила она взгляд.

— Взяла свой стул и села рядом, — приказал он. И так выразительно на нее смотрел!

Арония вздыхая выполнила просьбу, сев между серым и черным братом.

Они всегда приказывали ей. И если один брат сказал, никто не оспорит его волю. Могут отдать другой приказ.

Она не чувствует себя старше! Они всегда главнее. Всегда стоят на своем. И ей лучше подчиниться.

Они  дети Айлин. Да, наги. Но сильные как она и гордые, как отцы.

Выполнив волю Грейдана она оказалась между ним и Шеррадом. Черный обвел взглядом всех и подозвал оффицианта.