По коже проходит дрожь.

Впервые за три года он так ко мне прикоснулся. А я впервые за три года не против. Неужели сердце всё-таки отболело и восстановилось от ран?

– Насть, – шепчет мне на ухо Константин. – Я тебя люблю…

По телу от этих слов начинают бежать мурашки.

– И я тебя люблю… – срывается с моих губ раньше, чем я успеваю осмыслить сказанное.

– Может… Начнём всё сначала? – голос Темникова звучит так осторожно, вкрадчиво и тихо.

– Может, – улыбаюсь и чувствую, как к глазам подступают слёзы.

Судьба преподнесла нам сильнейшее испытание, боль и потрясение от которого ни с чем нельзя сравнить. В ходе этого разрушилась наша семья, произошёл раскол между мной, мужем и дочерью. Я могла погибнуть. Мой сын мог не родиться. И всё из-за чудовищных ошибок, которые были допущены не только мной, но и моим мужем.

Злой человек, которым оказалась моя подруга, воспользовалась трещиной в нашей семье, а мы ей поддались.

После того, как Таня перепутала чашки и выпила сильнейший яд, она некоторое время лежала в коме. После восстановления, её всю жизнь будет мучить сердце. Когда она пришла в себя, возле её постели стояли представители органов внутренних дел. Беловой был предъявлен ряд обвинений по серьёзным статьям. Были слушания, очные ставки, суды…

На очных ставках мерзавка даже не находила в себе смелости смотреть мне в глаза.

А потом… Она просто исчезла. Кажется, её приговорили к нескольким годам заключения в женской колонии строгого режима с последующим запретом на ведение медицинской деятельности.

Как сложится её дальнейшая судьба, мне неизвестно.

Как неизвестно и то, как сложится наша с Костей жизнь.

Но я точно знаю, что на руинах былого счастья мы постараемся выстроить ещё более крепкую и счастливую семью. И мы точно сможем это.

КОНЕЦ