Сколько времени мы все приходили в себя я не назову и под пытками. Кажется, судороги удовольствия до последнего простреливали в кончиках пальцев ног, и их хотелось поджать, сохранить отголосок испытанного счастья.

— Уль, ты как? — первым задал вопрос о моём состоянии Валера.

Виталя же в это время целовал моё голо плечико, скользил руками по талии и, обхватив полушария груди, перекатывал между пальцами соски.

— Вроде всё хорошо, — ответила я, прислушавшись к своим ощущениям.

Голос был хриплым, каркающим. Словно я только что на морозе съела мороженое и простудила горло.

— Давайте уберёмся с этого праздника? — предложил Колесников, и мы с Бойцовым согласились с его доводами.

Только теперь остро стоял вопрос о том, как вернуть себе прежний вид и уйти незамеченными. Устранять следы нашей близости пришлось парням. Они доблестно пожертвовали свои боксеры на то, чтобы стереть с меня остатки нашего безумия.

— Я иду первым и вызываю нам такси. Потом осторожно выходите вы и сразу идёте к гардеробу. Ульяна, сумка твоя где? — спросил Виталик.

Мы поступили так, как предлагал Валера и неизвестно каким чудом мы сумели дойти до поста охраны никем не остановленными. Когда проходили мимо пожилого мужчины я взглянула на видео с камер наблюдения и мгновенно покраснела. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Ведь этот человек мог спокойно наблюдать наш секс словно кино для взрослых даже не скачивая его. В режиме онлайн и живого звука.

«Какой позор!» — билась мысль в голове, от которой я стала часто дышать, словно в помещении резко закончился кислород.

— Семёныч, все как договаривались, — говорит Колесников и выкладывает на стол белый конверт.

Я отворачиваюсь, понимая, что он ему, скорее всего, дал денег. У гардероба нас нагнал Виталя и сетуя на то, что еле отбился от Марины. Кто-то из них помог надеть мне шубку. Парни, увидев моё нестабильное состояние, которое скатилось едва ли не к истерике начали по очереди пытаться вывести меня на диалог, но у них это выходило из рук вон плохо.

— Я хочу домой, — тихо проговорила я, но меня услышали.

Виталя назвал таксисту мой адрес и тот усмехнувшись повёз нас туда, куда сказали. Как выходила из машины, и оказалась у двери в тамбур, помню смутно. В голове роилось столько мыслей и одна больше другой прибивала к земле своей действительностью.

— Я бы хотела остаться одна, — не узнавая собственного бесцветного голоса, сказала парням желая выпроводить их как можно скорее.

— Неужели ты думаешь, что после всего пережитого между нами мы вот так просто возьмём и оставим тебя?

Они оба вошли, следом не давая мне и шанса не пустить их. Плюнув на всё я механически сняла верхнюю одежду и, открыв входную дверь, прошла мимо радостно лающей питомицы.

— Ну и что ты там себе уже придумала? — строгий голос Валеры разнёсся по квартире. — Мы никуда не уйдём. Теперь мы будем в твоей жизни всегда.

— Вы в своём уме⁈ Вас двое! Никто и никогда не примет такого союза! Это противоестественно!

— Чушь! Мне плевать на мнение окружающих, если нам хорошо вместе. Мы все решили и отступить не собираемся.

— Смешно! В конечном счёте кто-то из вас захочет полигамии и уйдёт, а я потом буду собирать себя по кусочкам, разваливаясь на части от того, что у меня вырвали не просто часть души, а половину сердца!

— Знаешь сладкая, кажется, ты плохо усвоила этот урок соблазна. Виталя, нам следует повторить. Так сказать, закрепить результат, — проговорил Валера, скидывая с себя одежду прямо посреди коридора.

Виталик не отставал, и через пару секунд передо мной стояли боги секса и похоти с колом стоящими членами наперевес.

— Опять? — нервно вырвалось у меня, когда эти две машины разврата стали надвигаться на меня. — Хочу в душ.

— Мы потрём спинку.

— Все туда не поместимся.

— Когда нужно мы умеем быть компактными, — эти хитрецы переглянулись и в две руки стали раздевать меня.

Только в этот раз никто себя уже не сдерживал. Чистая не ограниченная рамками страсть завладела нашими телами, и мои стоны стали громкой музыкой, разносящейся по всей квартире.

Эпилог

Виталий.

С самого утра я не находил себе места. Мысли крутились в голове безостановочно. Каждая последующая рождала в душе смуту и перекрывала собой положительные стороны возникшей ситуации. Сегодня выходной и у меня по плану персональная тренировка богатеньких братцев Ров. Сначала я хотел её отменить, ведь один из них не пришёл, но избежать тренировки не удалось.

— Что у вас случилось? Герман ещё ни разу не отменял тренировку.

— Да так. Семейные неурядицы, — ответил мне Алекс.

— Девку не поделили? — неудачно пошутил я, но, встретившись взглядом с «подопечным», заткнулся. — Ясно, не моё дело. Давай со мной на разминку.

Алекс был так же хмур и зол, как чёрт, наши настроения сошлись, и кажется, сегодняшнее занятие выжмет из нас обоих все соки.

— А ты чего хмурый такой? Неужели училка не дала? — явно пытаясь ответно поддеть меня, спросил он, — Рассказывай.

Сначала хотел промолчать и оставить при себе все переживания, но решил, что выговорится иногда полезнее.

— Да в том-то и дело, что дала…

— Ну и радуйся тогда. Ты мне про неё столько в уши лил. Неужели после единственного секса всё завяло?

— Не только мне. Так получилось, что у нас с Валеркой чувства к Ульяне появились слишком стремительно. Всё так быстро закрутилось, у нас всех… троих… — мужчина на тренажёре замер. — Ты давай, не расслабляйся, — я ткнул в дисплей и прибавил ему скорости. С пешей прогулки Алекс перешёл на галоп.

— Если я вылечу отсюда, я ж тебе звиздюлей дам.

— Ага… обязательно.

После дорожки я потащил его на брусья, потом макнул мордой в пол и ради эффекта полного присутствия лёг рядом. Пока мой «подопечный» потел и кряхтел, стоя в планке, я лежал рядом, отсчитывал время и улыбался.

— Это ты мне за «училку» мстишь? — процедил Алекс сквозь зубы. — Не нравится, как я её называю?

— Даже не знаю, — демонстративно перевернулся на спину и положил руки под затылок. — Давай. Пятнадцать с левой руки, пятнадцать с правой. Потом в обратку по двадцать. Упадешь — добавлю ещё по тридцатнику.

Матерясь, он выполнял упражнение. Скрашивая тем самым моё мрачное расположение духа и настроение которое никак не желало подниматься. После мы перешли на штангу, и я мстительно прибавлял ему вес.

— Знаешь Виталик, не ты один грузишься из-за девушки, —