Растянувшись на прохладных простынях, посмотрела в потолок. Дима, мой мерзкий лживый муж, очень скоро ты получишь то, о чём так давно мечтал — “Чёрную воду” и развод со мной, уверена, это ты сделаешь сразу же, как я подпишу дарственную.

А потом… а потом, ты вернёшь все украденные деньги, лишь бы стать партнёром WDG. Прекрасно, всё будет просто прекрасно, иначе зачем судьба дала мне второй шанс? Справедливость восторжествует, и виновные понесут заслуженное наказание.

Глава 8

В субботу утром Дима достал папку с документами и разложил их на кухонном столе. Лицо его светилось от предвкушения, наконец-то, он получит то, к чему так долго шёл.

— Аня, вот те самые бумаги, — сказал он, усаживаясь рядом со мной. — Здесь всё просто. Дарственная на "Чёрную воду", компания переходит ко мне, чтобы ты могла спокойно восстанавливаться, не думая о делах. И потом не волноваться о бизнесе, он будет в моих надёжных руках, даже не сомневайся!

Я взяла документы, изображая растерянность.

— Дима, выходит, это навсегда? Я имею в виду… когда поправлюсь, то не смогу ли вернуться к управлению?

Он едва сдержал усмешку.

— Да, дорогая, ты всё верно поняла. Посмотри на себя. Ты ещё не готова к таким нагрузкам. А компания требует ежечасного внимания. Лучше оставить всё как есть. Просто доверься мне, я тебя ни за что не брошу.

Ага-ага, не бросит, врёт и не краснеет, подонок. А ещё как есть дурак, и думает обо мне в той же степени, считает меня круглой дурой.

Но выдавать истинные мысли и чувства я и не подумала, лишь кивнула, соглашаясь, взяла ручку и подписала документы. Каждая подпись давалась легко — ведь я знала, что это лишь промежуточный этап моего плана.

— Всё, — сказала я, отложив ручку. — Теперь "Чёрная вода" твоя.

Дима едва сдержал торжество. Поцеловал меня в лоб, покровительственно, как отец целует ребёнка.

— Спасибо, любимая. Обещаю, ты не пожалеешь!

Но не прошло и суток, как муж буквально преобразился. В обратную сторону.

За завтраком он сидел с холодным, отстранённым видом, листал что-то в телефоне, едва отвечал на мои попытки завести разговор.

— Дима, что-то случилось? — спросила я, играя роль обеспокоенной жены.

Он поднял на меня глаза, и в них было то же выражение, что и в Куршевеле — ненависть с презрением.

— Аня, нам нужно поговорить. Серьёзно поговорить.

— О чём? — я похолодела, но не от страха, а от предвкушения. Наконец-то, он сбросит свою маску!

— О нашем браке, — муж откинулся на спинку стула, разглядывая меня с холодным расчётом. — Я думаю, нам стоит развестись.

— Что? — я ещё шире распахнула глаза. — Дима, что ты такое говоришь? Я думала, мы помирились…

— Помирились? — он рассмеялся. — Аня, ты же не совсем идиотка. Неужели не понимаешь? Я просто ждал, когда ты передашь мне компанию. Теперь смысла изображать счастливый брак больше нет.

Слёзы потекли по моим щекам, искренние слёзы ярости, которые он принял за слёзы боли.

— Но ты же говорил, что любишь меня… что мы преодолеем всё вместе…

— Я многое говорил. — Дима встал, подошёл к окну. — Аня, будь реалисткой. Посмотри на себя. Да, ты похудела, но всё равно… Я заслуживаю женщину получше. Вику, например.

— Значит, ты опять с ней? — всхлипнула я.

— А я и не прекращал. — Он обернулся, и в его улыбке не было ни капли раскаяния. — Просто стал осторожнее.

Я закрыла лицо руками, плечи тряслись от рыданий. Внутри же я ликовала: "Получилось! Ну же, говори ещё, а мой диктофон всё запишет!"

— Дима, пожалуйста… — пробормотала я сквозь слёзы. — Дай нам ещё один шанс…

— Нет. — Он вернулся к столу, взял документы. — Я уже подал заявление в ЗАГС. Вскоре мы официально разведёмся.

— А как же наши квартиры? Дом? — я посмотрела на него красными от слёз глазами.

Дима равнодушно пожал плечами:

— Я не изверг. Твоя машина останется тебе. Обе квартиры и загородный коттедж мне. Плюс компания, конечно. Всё это прописано в дарственной, которую ты вчера даже не удосужилась прочитать, глупышка.

Какой щедрый. Оставляет мне крохи от того, что принадлежало моему отцу.

— Что?! — ахнула я. — Это… это грабёж!

— Я выдам тебе денег на первое время, чтобы ты смогла снять комнату в пригороде. — Он взглянул на часы. — Прости, но мне нужно ехать. Дела.

Когда за ним закрылась дверь, я вытерла слёзы и улыбнулась. Первая часть плана завершена. Дима получил то, что хотел, и показал, каков он на самом деле.

Пришла пора следующего этапа.

* * *

Две недели спустя развод был оформлен. Дмитрий Волков стал единоличным владельцем "Чёрной воды", а я экс женой с правом на небольшое содержание и подержанную машину.

Вскоре после нашего с Димой официального расставания в офис к бывшему мужу пришёл Максим. Я наблюдала за встречей через скрытые камеры и микрофоны в переговорной "Чёрной воды".

— Дмитрий Борисович? — Максим вошёл в кабинет с портфелем. — Максим Петров, генеральный директор Wellness Development Group. Спасибо, что согласились на встречу.

Дима поднялся, протянул руку.

— Очень рад знакомству. Я читал о вашей компании. Впечатляющие результаты.

— Мы действительно добились значительного успеха в Европе. — Максим сел, открыл портфель. — И теперь готовы выйти на российский рынок. Ищем надёжного партнёра с развитой сетью дистрибуции в премиум-сегменте.

— "Чёрная вода" — как раз то, что вам нужно. — Глаза Димы загорелись. — У нас двадцать три салона в Москве и области, плюс сеть в регионах. Клиентская база — исключительно состоятельные женщины.

Максим кивнул.

— Это именно наша целевая аудитория. Расскажу о продукте.

Он достал образцы крема и презентацию.

— Уникальная anti-age формула на основе карельской глины и органических экстрактов. Клинически доказанный эффект омоложения. В Германии продаём по двести евро за стограммовую баночку.

Дима взял образец, понюхал.

— Хм-м… Интересно.

— При эксклюзивном партнёрстве в России — сорок процентов. Ваша компания будет единственным дистрибьютором на территории страны.

— Звучит заманчиво. — Дима наклонился вперёд. — А каковы условия партнёрства?

Максим сделал паузу, затем назвал цифру:

— Партнёрский взнос сто пятьдесят миллионов рублей.

Дима слегка отклонился назад.

— Сто пятьдесят миллионов? — переспросил он. — Это очень серьёзная сумма…

— Да, всё верно. Сто пятьдесят миллионов, — повторил Максим. — Это покрывает эксклюзивные права на российский рынок, первую партию товара на