Вместе супруги путешествовали вдоль безымянных ручьев, сбегающих с вершин, которые также не имели названия, но были так высоки, что ангелы пели им в звенящей тишине перед восходом солнца. Вместе они пили из озер, синих, как глаза Вулфа, а однажды, заснув в объятиях друг друга, они проснулись и обнаружили, что пламенеющих осин коснулся первый поцелуй зимы.

Тогда они направились на восток, в сторону Сан-Хуана. В часе неторопливой езды от дома Виллоу и Калеба Вулф и Джессика построили собственный дом на берегу чистых вод Колумбины. Там Вулф разговаривал с мустангами, а Джессика охотилась на радужную форель в глубоких речных заводях. Под небом глубоким и беспредельным, как их любовь, они создали жизнь, которой раньше не было, — мальчиков, унаследовавших гибкость и силу Вулфа, и девочек с серебряным смехом Джессики.

И во все годы покоя и бурь Джессика была солнцем в небе Вулфа, несущим свет и жизнь Дереву Стоящему Одиноко.