Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 88

Медведь.

Быстрого взгляда через плечо оказалось достаточно, чтобы подтвердить мою догадку. Из одной из глубоких трещин на равнину выбрался гигантский черный медведь, и теперь они оба гнались за нами. При этом медведь сокращал расстояние гораздо быстрее, чем мужчина.

– МЕДВЕДЬ! – во все горло заорал я.

Я пытался бежать, но занемевшие от холода ноги плохо повиновались. Эмма, которая, казалось, вообще не замечает холода, схватила меня под руку и поволокла за собой. Мы нырнули обратно в пещеру, спотыкаясь, пробежали через комнату и вывалились в коридор, уже заметенный снегом. Я захлопнул дверь – как будто она была способна остановить медведя – и мы бросились бежать обратно по коридору, а затем по лестнице, пока снова не оказались в мертвом музее Бентама. Здесь мы спрятались между белыми призраками окутанных чехлами шкафов и витрин.

Мы затаились между стеной и массивным шкафом в самом дальнем углу, который только смогли найти, втиснувшись в щель настолько узкую, что даже повернуться друг к другу лицом не было ни малейшей возможности. Холод ледяной пустыни не отпускал, и мы безмолвно дрожали, неподвижные, как манекены, а снег с нашей одежды быстро таял, собираясь в лужу под ногами. Левой рукой Эмма нащупала пальцы моей правой руки, и это был единственный согревавший и ободрявший контакт, на который мы осмелились. У нас быстро формировался язык, который было просто невозможно перевести в слова, особый словарь жестов, взглядов и прикосновений, а также все более глубоких поцелуев. Он постоянно обогащался, расширялся и обретал все новые значения. Это был увлекательный и совершенно необходимый для обоих процесс, и в моменты, подобные нынешнему, он неизменно согревал и ободрял меня, помогая бороться со страхом и отчаянием.

Когда через несколько минут желающий сожрать нас медведь так и не появился, мы осмелели и стали перешептываться.

– Может, это все-таки была петля? – спросил я. – Петля в петле?

– Я не знаю, что это было, – ответила Эмма.

– Сибирь. Так было написано на двери.

– Если это была Сибирь, то комната, в которой она находилась, это некое подобие портала, а не петля. А порталов, разумеется, не существует.

– Разумеется, – согласился я и подумал, что на самом деле совершенно несложно поверить в то, что в мире, где существуют временны́е петли, имеются также и порталы.

– Что, если на самом деле это была всего лишь старая петля? – предположил я. – Может, она существует со времен Ледникового периода… или возникла, скажем, пятнадцать тысяч лет назад? Может, Дьявольский Акр в те времена выглядел именно так.

– Я не думаю, что существуют такие древние петли, – покачала головой Эмма.

– Я не могу согреться, – стуча зубами, пожаловался я.

Эмма прижалась ко мне боком и теплой ладонью потерла мне спину.

– Если бы я мог создать портал, – произнес я, – то вряд ли включил бы Сибирь в список пунктов назначения.

– Куда бы ты предпочел отправиться?

– Гм. Может, на Гавайи? Хотя это, наверное, скучно. Все первым делом назовут Гавайи.

– Только не я.

– А куда бы отправилась ты?

– Туда, откуда ты родом, – ответила она. – Во Флориду.

– С какой стати?

– Я думаю, мне было бы интересно увидеть, где ты вырос.

– Мне очень приятно, – отозвался я, – но это очень тихий городок. В нем нет ничего особенного.

Она склонила голову мне на плечо и выдохнула мне на руку, согревая ее.

– Звучит очень заманчиво.

– У тебя в волосах снег, – произнес я.

Но как только я попытался его стряхнуть, как он тут же растаял. Я стряхнул холодную воду с ладони на пол и только тут заметил наши следы. Мы оставили за собой след из тающего снега, который, скорее всего, вел прямо к нашему убежищу.

– Какие же мы тупые, – произнес я, показывая на следы. – Надо было сбросить туфли и бежать босиком!

– Все нормально, – успокоила меня Эмма. – Если они еще нас не выследили, то, вероятнее всего…

В глубине комнаты раздались громкие цокающие шаги и шумное дыхание крупного зверя.

– Обратно к окну, скорее, – прошипела Эмма, и мы выбрались из своего укрытия.

Я попытался бежать, но поскользнулся в луже и, чтобы удержаться на ногах, схватился за ближайшее, что было под рукой. Это оказалась простыня поверх некоего громоздкого предмета мебели, за которым мы прятались. Простыня с громким свистящим звуком соскользнула с очередного шкафа с экспонатами, а я очутился на полу, тщетно пытаясь выпутаться из складок обширного чехла.

Когда я поднял голову, первым, кого я увидел, была девочка – не Эмма, которая стояла рядом, а другая девочка, чуть дальше, в шкафу за стеклом. У нее было совершенно ангельское личико, платье в оборках и обруч с бантом в волосах. Она смотрела остекленевшим взглядом в пространство, застыв в неподвижной позе человека, превращенного в чучело.

Я обалдел. Эмма обернулась, чтобы посмотреть, что меня так напугало, и тоже обалдела.

Дернув меня за руку, она помогла мне подняться, и мы бросились наутек.

Я думать забыл о преследующем нас типе, а также о медведе и Сибири. Я просто хотел унести ноги из этой комнаты, подальше от чучела девочки и еще дальше от вероятности, что мы с Эммой можем очутиться за стеклом в шкафу. Теперь я знал все, что было необходимо знать об этом Бентаме, – он был чокнутым коллекционером, и я был уверен, что если бы мы заглянули под другие чехлы, то обнаружили бы и другие экспонаты, наподобие этой девочки.

Мы повернули за угол и увидели прямо перед собой десятифутовую гору шерсти и когтей. Крича от ужаса, мы попытались остановиться, но было слишком поздно, и, поскользнувшись, мы свалились у лап зверя. Мы закрыли головы руками и приготовились к смерти, ощущая, как нас окутывает горячее зловонное дыхание. По моей щеке скользнуло что-то мокрое и шершавое.

Меня облизывал медведь. Меня облизывал медведь, а еще кто-то смеялся.

– Успокойся, он не кусается! – произнес чей-то голос.

Приоткрыв ладони, я увидел длинную покрытую шерстью морду и большие коричневые глаза, которые смотрели на меня сверху вниз.

Неужели это говорил медведь? Могут ли медведи говорить о себе в третьем лице?

– Его зовут ПТ, – продолжал тот же голос, – и он мой телохранитель. Он весьма дружелюбен при условии, что вы не попытаетесь причинить мне вред. ПТ, сидеть!

ПТ сел и начал вместо моего лица вылизывать свою лапу. Я принял вертикальное положение, вытер со щеки медвежьи слюни и, наконец, увидел обладателя голоса. Это был уже немолодой мужчина – джентльмен, – на лице которого застыла еле заметная насмешливая ухмылка, вполне соответствовавшая его убийственно щегольскому костюму – цилиндру, трости, перчаткам и высокому белому воротничку над воротом темного сюртука.

Он слегка поклонился и приподнял цилиндр.

– Майрон Бентам к вашим услугам.

– Пятимся, только очень медленно, – прошептала мне на ухо Эмма. Мы встали и бочком отодвинулись от медведя. – Мы никому не хотим создавать проблем, мистер. Просто отпустите нас, и никто не пострадает.

Бентам развел руками и улыбнулся.

– Вы вольны уйти, когда пожелаете. Но я буду очень разочарован. Вы только что прибыли, и я хотел о многом с вами поговорить.

– Да ну? – протянул я. – Возможно, вы начнете с того, что объясните, что вон там, в шкафу, делает маленькая девочка?

– И насчет комнаты Сибирь! – добавила Эмма.

– Вы расстроены, замерзли и промокли. Может, лучше обсудим все это за чашкой горячего чая?

Мне идея очень импонировала, хотя я бы ни за что в этом не признался.

– Мы никуда с вами не пойдем, – заявила Эмма, – пока не узнаем, что здесь происходит.

– Ну что ж, как скажете, – кивнул мистер Бентам, не утратив ни капли спокойствия и хорошего расположения духа. – В комнате Сибирь вы видели моего помощника. Как вы уже, вероятнее всего, и сами догадались, эта комната является переходом во временнýю петлю в Сибири.

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 88