Ужас бессмертия подобрался совсем близко, протянул скользкие пальцы к сердцу. Тогда я резко обернулась, сложила руки на груди.

— Рано ты впал в меланхолию, дорогой Кощей, — заявила я громче, чем было необходимо. — У нас терем заливает талой водой, кладовые пустые, на балансе числится целая толпа мороков. В подземье, напоминаю, армия замороженных царевен, которых тоже надо куда-то пристроить. А на дворе десятый век, и ты всё ещё страшен и ужасен, и девицы плутают в лесу, а Баба Яга раздаёт царевичам указания, как тебя победить.

Я шагнула к Кощею, положила ладонь ему на грудь — туда, где под рубахой всё ещё было холодно, но уже не так мертво. Кощей посмотрел на меня прямо, не отводя взгляда.

— Однажды мы уйдём в тень, это правда. Но пока у нас ещё есть время.

Кощей медленно протянул руку. Я вложила свою ладонь в его, холодную, с тёмными когтями, но уже не обжигающую морозом.

И осталась рядом.

Конец.